Если вы будете брать данный материал, обязательно поставьте обратную ссылку:
HTML код: ВВ код:
На главную
К разделу "Переводы"
Коты-Воители

Цикл «Тень грядущего»

Испытание оруженосца

Warriors: A Vision of Shadows Arc.: Apprentice’s Quest

Пролог
Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Глава 9
Глава 10
Глава 11
Глава 12
Глава 13
Глава 14
Глава 15
Глава 16
Глава 17
Глава 18
Глава 19
Глава 20
Глава 21
Глава 22
Глава 23
Глава 24

Пролог

Воробей карабкался вверх по склону, ведущему к Лунному озеру. Лапы скользили на влажных камнях, а прохладный ветер ерошил шерсть. Кот дрожал, ожидая, пока его мать, Листвичка, поднималась к нему наверх.

– Зелёные Листья уже закончились, – сказала она. – Мы должны запастись травами, пока это ещё возможно. В особенности кошачьей мятой.

– Кошачья мята! – кончик хвоста Воробья дернулся в нетерпении. – Вечно ты мяукаешь про кошачью мяту. Да будь твоя воля, мы бы наполнили мятой всю палатку и ни для чего иного лагерь не покидали бы.

Листвичка наградила сына дружеским толчком.

– Мы могли бы поступить хуже. Ты знаешь, как быстро Белый Кашель перерастает в Зелёный, если не относиться к этому серьезно. Старейшины…

– Песчаная Буря, Крутобок, Милли и Пурди совершенно здоровы, – перебил её Воробей. – Честное слово, Листвичка, ты слишком с ними нянчишься. Между прочим, у нас полным-полно кошачьей мяты у старого Гнезда Двуногих. Достаточно даже для тебя! Так что даже не думай, что я пойду и наберу ещё хоть пучок.

Замолчав, Воробей услышал шарканье лап ниже по склону. Сильный запах Речных котов ударил в ноздри: Мотылинка и Ивушка, целительницы Речного племени, взобрались наверх и присоединились к ним.

– У нас полно кошачьей мяты, – мягко заметила Мотылинка. – Дайте нам знать, если у Грозового племени начнутся трудности.

– Спасибо, Мотылинка, – мяукнула Листвичка, а Воробей только и успел проглотить колкое замечание.

Как будто Грозовому племени нужно клянчить травы у Речных!

– Пошли уже, – напомнил он целительницам. – Перышко и Пустельга уже обогнали нас. Я чую их след.

Воробей возглавил процессию, преодолев оставшуюся часть склона. Несмотря на свою слепоту, кот ступал уверенно, прокладывая себе путь через плотную стену кустарников, окружавших ложбину Лунного озера. Вынырнув из зарослей, он отряхнул свою шкурку и тут услышал шум воды, льющейся вниз на скалы. Перед его мысленным взором предстал ослепительный блеск звёзд на поверхности воды.

– Добро пожаловать! – воскликнул Перышко, целитель племени Теней, лежавший у кромки водоёма. – Мы с Пустельгой уже думали, вы никогда не дойдёте.

– Что же, вот мы и здесь, – отозвался Воробей.

Он начал спускаться по извилистой тропинке, ведущей к озеру, его лапы легко скользили, ступая по следам, оставленным котами, жившими здесь многие луны назад.

– Такое далёкое прошлое… – шепнул он сам себе, борясь с одновременно и горькими, и сладкими воспоминаниями о том времени, когда он сам преодолевал этот путь вместе с древними котами. О времени, когда он отправил их в путешествие, которое привело котов в горы. «Время, когда я говорил с Половинкой Луны…»

С усилием вернувшись в настоящее, он присоединился к Перышку и Пустельге у Лунного озера и стал ждать, пока Листвичка, Мотылинка и Ивушка тоже спустятся по тропинке. Затем он устроился у кромки воды. Кот мог слышать, как остальные целители делают то же самое, распределяясь вдоль берега.

«Даже Мотылинка, – подумал он, в очередной раз задаваясь вопросом, как можно быть целителем, не веря в Звёздных предков. – Всё, за чем она приходит сюда, – это сладко вздремнуть!»

Постепенно шум копошения вокруг затих, и слышен был только нескончаемый шум водопада. Острый слух Воробей смог различить хриплое дыхания Перышка. Оно время от времени прерывалось, и Воробей с дрогнувшим сердцем вспомнил, как на самом деле стар целитель племени Теней.

«Он так и не взял себе ученика после смерти Огнехвоста, – нахмурившись, вспомнил Воробей. – Племя Теней кишит молодыми котами. Наверняка кто-то из них мог бы подойти?»

Со всей решительностью Воробей отбросил свои волнения. Что бы ни случилось в будущем, сейчас жизнь в племенах шла хорошо. Сезон Зелёных Листьев щедро дарил много дичи, и все коты были здоровы. Приятная нега разлилась по телу целителя, словно вкус сочной добычи, и, закрыв глаза, он вытянул шею и коснулся носом воды Лунного озера.

Воробей ощутил, как солнечные лучи пригревают его шерстку. Нос уловил ароматы растущей зелени, навеянные теплым ветерком. С наслаждением потянувшись, он открыл глаза.

«Что такое, во имя Звёздного племени?..»

Воробей вскочил на лапы и огляделся вокруг. Он стоял на полоске пышной травы, окаймленной деревьями с пышной листвой. Он мог расслышать, как где-то поблизости нежно журчит ручей. Вокруг него, растерянно хлопая глазами, сгрудились его товарищи-целители.

«Что-то здесь не так, – сказал себе Воробей, и каждый волосок на его шкуре поднялся от мрачного предчувствия. Когда-то он мог бродить по чужим снам, но он потерял свою силу после битвы с Сумрачным Лесом, произошедшей восемнадцать лун назад. – А теперь мы в снах друг друга. – Целители всех четырех племен стояли вместе на залитой солнцем траве охотничьих угодий Звёздного племени. – Значит ли это, что у предков-воителей есть важное послание для всех нас?»

– Что происходит? – спросил Пустельга с расширенными от ужаса глазами.

Перышко в недоумении потряс головой.

– Это очень странно… – мяукнул он.

Листвичка и Ивушка, наклонившись друг к другу, что-то говорили быстрым тревожным шепотом. Воробей двинулся было к ним, чтобы остановить их, но тут заметил группу котов, выходящую к ним из-за деревьев. Они двигались в дымке звёздного света, морозным сиянием светились их уши и лапы. Возглавлял шествие благородный кот с огненно-рыжей шерстью. Дрожь пробежала по спине Воробья, когда он узнал бывшего предводителя Грозового племени.

– Огнезвёзд! – Листвичка издала радостный возглас.

Волна любви затопила Воробья, когда он увидел, как она бежала по траве навстречу отцу, чтобы соприкоснуться с ним носами.

Пустельга понёсся следом за ней, чтобы встретить Корявого, который был его наставником в племени Ветра; оба целителя немедленно вступили в оживленный разговор. Ивушка подошла к Пятнистой Звезде и уважительно склонила голову, приветствуя бывшую предводительницу Речного племени. Перышко и Огнехвост сели рядом на траве, с восторгом переговариваясь и мурлыча, а бывший предводитель племени Теней, Чернозвёзд, одобрительно поглядывал на них.

Воробей не торопился идти приветствовать котов Звёздного племени. Хотя он и был рад видеть их, его лапы все ещё покалывало от беспокойства. «Я хочу знать, зачем всё это».

В тени деревьев он заметил ещё котов, едва заметных, видимых только за счет мерцания звёздного света. Внимательно рассмотрев их, Воробей понял, что не узнает никого из них. Открыв рот, он глубоко вдохнул, чтобы распробовать запах, и ощутил нечто, с чем никогда не сталкивался прежде.

Прищурившись, Воробей зашагал прямо к Огнезвёзду.

– Что происходит? – заявил он. – Кто эти странные коты?

– И тебе тоже привет, Воробей, – ответил Огнезвёзд.

Кончик хвоста Воробья дрогнул в нетерпении.

– Ну и?

Огнезвёзд откашлялся и взглянул на остальных Звёздных воинов, которые тут же прервали свои разговоры и собрались вокруг него.

– Я думаю, ты можешь говорить от имени нас всех, – сухо заметила Пятнистая Звезда, обращаясь к огненно-рыжему коту. – Хотя, похоже, ты и так собирался это сделать.

Остальные целители подвинулись ближе к Воробью, а Грозовой целитель обратил внимание на Пустельгу, беспокойно переминающегося с лапы на лапу, словно он хотел что-то сказать, но был смущён этим общим видением.

Воробей наградил его тычком.

– Выкладывай уже, что там у тебя, – рыкнул он.

– Может, каждому из целителей следовало бы поговорить лично с их собственными соплеменниками, – робко предложил Пустельга. – Есть вещи, которые мы можем обсуждать только со своим племенем.

– Нет, – ласково мяукнул Корявый, дотронувшись носом до плеча Пустельги. – У нас есть пророчество для всех вас – то, что касается всех племён.

Воробей почувствовал, что его сердце начало колотиться быстрее. «Только не еще одно пророчество! – мысленно застонал кот. – Неужели это означает, что мирные времена подошли к концу?»

– Пророчество, а еще – обещание, – мяукнул Огнезвёзд. Он смотрел Воробью прямо в глаза, словно бы знал о словах, которых Воробей не произнёс вслух. – В племенах наступает время великих перемен. Примите то, что вы найдёте в тенях, ибо только благодаря ним небо прояснится.

Он замолк, а Звёздные предки выразительно смотрели на целителей.

Молчание растянулось на несколько ударов сердца, и Воробей расстроенно хлестнул себя хвостом.

– Ну и что это значит? – спросил он, свирепо вытаращившись на Огнезвёзда. Его голос наполнял сарказм, словно царапающий коготь, когда он добавил: – Если уж вы так старались, не могли бы вы изъясниться ещё чуточку туманнее? Вы недостаточно загадочны!

Огнезвёзд посмотрел на Воробья со смесью любви и недовольства. Но видение уже начало исчезать. Силуэты котов Звёздного племени сияли в блеске звёздного света, ослепляя Воробья и других целителей. Небо потемнело, как если бы облака соревновались, закрывая солнце.

Но прежде чем видение окончательно растаяло, Воробей увидел краем глаза ещё одного кота, которого он не смог узнать: очень молодой кот стоял в паре шагов от круга целителей. Стоило Воробью повернуться к нему, кот ушёл прочь, тем не менее Воробей отчётливо видел мелькнувший белый кончик хвоста.

Воробей втянул воздух, улавливая запах. «Это живой кот! – осознал он. – И от него сильно пахнет Грозовым племенем».

Глава 1

Ольхолапик стоял у входа в детскую, неуверенно переминаясь с лапки на лапку. Котёнок выпустил свои коготки и медленно погрузил их в утоптанную землю на дне каменного оврага. Затем он втянул когти и стряхнул с подушечек лап приставшие песчинки.

«А теперь что? – спросил себя котик. В животе у него словно поселился пчелиный рой, а лапы предательски покалывало, когда он думал о своей церемонии посвящения в оруженосцы, которая должна была вот-вот состояться. – Что если меня заставят проходить жутко сложное испытание, прежде чем я стану учеником?».

Ольхолапик вспомнил, что уже когда-то слышал об испытаниях. «Может быть, это было несколько лун тому назад, когда Остролистку, Тростника и Медовушку посвятили в полноправные воители. Не могу вспомнить, – вздохнул котик. – Я был тогда ещё совсем малышом».

Попытки убедить себя в том, что кто-нибудь бы наверняка сказал котику, что ему придется доказать свою готовность стать оруженосцем, все же не могли унять бешеную пляску крошечного сердца. «Я не уверен, что готов стать учеником. Совсем не уверен, – сокрушался Ольхолапик. – Что если у меня не получится?».

Из беспокойных раздумий его вывел несильный шлепок, кто-то пихнул его лапкой сзади, и Ольхолапик едва не подпрыгнул от неожиданности. Его сестра Искринка возбужденно приплясывала вокруг него. Её пламенно-рыжая полосатая шёрстка топорщилась во все стороны, так что сестричка была похожа на маленького мехового ежа.

– Ты что, совсем не волнуешься? – спросила его сестренка, слегка кувыркнувшись в воздухе. – А ты уже знаешь, кто будет твоим наставником, нет? Надеюсь, мне дадут кого-нибудь веселого! А не этого любителя покомандовать Ягодника! Хотя, лучше он, чем Белолапа. Та постоянно талдычит про всякие правила-правила-правила. Не удивлюсь, если она самой себе во сне рассказывает Воинский закон!

– Довольно! – из детской показалась рыжая морда Белки. Мать котят явно слышала последние слова Искринки. – Наставники не для того, чтобы веселиться! – добавила она и, облизав лапу, принялась приглаживать встопорщенную шкурку дочери. – Вы же должны будете обучаться воинскому искусству, а Белолапа и Ягодник – славные воители и опытные наставники. Вам повезет, если вы будете у них учиться.

Хотя голос Белки и был резким, в глазах её светилась бесконечная любовь к своим малышам. Ольхолапик знал, что мама души в них не чаяла. Хоть он и был маленьким, но понимал, что Белка уже была слишком стара для первого помёта, когда они с братом и сестрами появились на свет. Щемящее чувство тоски всегда возникало у него в груди, когда он думал о своих погибших брате и сестричке. Можжевельничек, как рассказывали Ольхолапику, умер сразу после того, как сделал свой первый вдох, а Пушинка родилась очень слабой и постепенно угасала, малышки не стало спустя две луны после её рождения.

«Мы с Искринкой станем лучшими воителями племени, ради Белки и Ежевичной Звезды», – молча поклялся себе котик.

Искринку же совсем не напугала выволочка от матери, кошечка вновь распушилась и задорно замахала хвостиком.

«Хотел бы я быть таким храбрым», – подумал Ольхолапик. До этой секунды он как-то не задумывался о том, кого бы хотел себе в наставники. Не скрывая любопытства, он принялся разглядывать котов на поляне. «Искра была бы мне неплохой наставницей, – подумал он, заметив белую кошку с серебристыми полосками – она только что вернулась из патруля со своими товарищами Львиносветом и Пестроцветик. – Искра добрая кошка и хорошая охотница. А вот Львиносвета я немного побаиваюсь, – котик подавил дрожь, взглянув на упругие мышцы, перекатывающиеся под золотистой шкурой воина. – Пестроцветик не будет моей наставницей, так как она прошлой луной закончила обучение Остролистки. Папоротник и Шиповница тоже, так как они были наставниками Медовушки и Тростника».

Погруженный в размышления, Ольхолапик наблюдал за Терновником, что остановился в центре поляны, чтобы хорошенько почесать себя за ухом. «Терновник вроде тоже ничего, хотя и немного вспыльчивый…»

– Эй, ты что, спишь, что ли? – Искринка пихнула его лапой в бок. – Пойдем! Сейчас начнется!

Ольхолапик увидел, что Ежевичная Звезда уже вышел из своей пещеры и в несколько прыжков вскочил на каменный карниз, который называли Высокой Скалой.

– Пусть все коты, способные охотиться самостоятельно, соберутся у Высокой Скалы на собрание Грозового племени! – раздался над оврагом зычный голос Грозового предводителя.

Ольхолапик не мог отвести от отца восхищенного взгляда, все коты племени откликнулись на зов предводителя и собирались на поляне под скалой. «Какой же он сильный и уверенный в себе! – думал котик. – Как же я счастлив быть сыном этого великого кота!»

Ежевичная Звезда спустился вниз по беспорядочной россыпи камней и занял свое место в центре поляны, в рассредоточенном кольце соплеменников. Белка мягко подтолкнула своих деток к собравшимся в круг воителям.

Воображаемые пчелы в животе Ольхолапика завозились все сильнее, котик напряг все свои мышцы, чтобы унять дрожь. «У меня не получится! Я не смогу!» – лихорадочно проносилось у него в голове, он изо всех сил старался не запаниковать.

И тут он встретил взгляд отца: полосатый воин смотрел на сына с такой теплотой и с такой гордостью в глазах, что все страхи котенка тут же отступили. Ольхолапик глубоко вздохнул и попытался расслабиться.

– Коты Грозового племени! – начал Ежевичная Звезда. – Сегодня – великий день для племени, ибо мы принимаем в свои ряды двух юных оруженосцев! Искринка, подойди сюда, пожалуйста.

Искринка чуть ли не выкатилась на поляну, хвостик высоко задран, вздыбленная шерстка выдавала сильное волнение. Твердым взглядом юная кошечка взглянула на предводителя.

– С этого дня, – промолвил Ежевичная Звезда, коснувшись плеча дочери кончиком своего хвоста, – ты будешь зваться Огнелапкой. Твоей наставницей будет Вишнегривка. Я верю, что она сможет научить тебя своим великолепным охотничьим навыкам, а также передать тебе свой гибкий ум и безграничную преданность племени.

Огнелапка, все сияя от счастья, потрусила через поляну к своей наставнице. Рыжая воительница склонила голову, чтобы коснуться носа ученицы.

Поляна взорвалась криками: «Огнелапка! Огнелапка!»

Юная кошечка даже слегка подпрыгнула на месте от удовольствия, слушая приветственные крики своих соплеменников, затем уселась возле наставницы, глазенки кошечки сияли.

Ольхолапик радостно выкрикивал новое имя сестры, она же ответила ему взглядом, полным счастья и гордости. «Ух! Слава Звездному племени, что не нужно проходить никакое испытание!» – облегченно вздохнул котик.

Когда ликование стихло, Ежевичная Звезда поманил Ольхолапика хвостом.

– Твоя очередь, – ободряюще мяукнул он.

Ольхолапик внезапно почувствовал, что лапы не держат его. Он заковылял в центр круга. Странное стеснение в груди не давало котику глубоко вздохнуть. Но когда Ольхолапик остановился перед отцом, Ежевичная Звезда одобрительно кивнул ему и положил кончик хвоста ему на плечо. Котик тут же выпрямился.

– С этого дня тебя будут звать Ольхолапом, – объявил предводитель. – Кротоус, ты станешь наставником Ольхолапа. Ты преданный, стойкий и храбрый воитель. И я знаю, что ты сумеешь передать эти качества своему ученику.

Ольхолап не понимал, рад он был или огорчен выбором предводителя. Он знал, что Кротоус приходился Вишнегривке братом, но темно-кремовый кот всегда был более сдержан, чем его сестра и никогда особо не интересовался котятами. Его взгляд был серьезным, когда он коснулся носом своего ученика.

«Ты будешь гордиться мной, – подумал Ольхолап, – и не пожалеешь, что стал моим наставником!»

– Ольхолап! Ольхолап! – воины на все лады повторяли новое имя котика.

Ольхолап склонил голову и смущенно лизнул свою грудку. И в тоже время он был готов лопнуть от счастья, охватившего его. Когда церемония закончилась, коты начали расходиться – кто-то в свои палатки, кто-то к куче с добычей.

Белка и Ежевичная Звезда неспешно приблизились к своим детям, которые только что стали оруженосцами.

– Молодцы! – заурчал Ежевичная Звезда. – И вовсе не страшно было, да?

– Это было здорово! – завопила Огнелапка, весело махая хвостиком. – Вот бы на охоту прямо сейчас!

– Мы так гордимся вами обоими! – заурчала Белка, лизнув в ушки сначала Огнелапку, а потом и Ольхолапа. – Однажды вы станете отличными воинами!

Ежевичная Звезда медленно кивнул, расплывшись в улыбке.

– Вы многое можете дать нашему племени, – он подозвал хвостом Вишнегривку и Кротоуса, а затем вновь повернулся к детям. – Слушайтесь своих наставников. Я надеюсь услышать только самое лучшее о ваших тренировках.

Он ласково уткнулся носом в шерстку каждого своего котенка, а затем прошествовал в пещеру. Белка быстро прижалась к бочку Огнелапки, потом к Ольхолапу и последовала за своим другом. Новоиспеченные оруженосцы остались наедине с Кротоусом и Вишнегривкой. Желтоглазый воин с напускной важностью оглядел своего ученика и промолвил:

– Ты теперь оруженосец, а это большая ответственность. Внимательно относись к каждой тренировке, к каждому заданию, ибо однажды от твоих боевых и охотничьих навыков может зависеть судьба племени.

Ольхолап кивнул, в душе шевельнулась холодная скорлупка страха, а в горле словно застрял кусочек непережеванной дичи.

– Только упорством и преданностью можно доказать, что в тебе есть то, что отличает настоящего воителя, – продолжал Кротоус.

Ольхолап высоко поднял голову, чтобы выглядеть достойным, но боялся, что у него не получается завоевать уважение своего наставника. Услышав обрывки разговора Вишнегривки и Огнелапки, котик совсем расстроился.

– … как мы повеселимся, когда пойдем исследовать территорию! – услышал он задорный мяв Вишнегривки. – Точно, вам же теперь и на Советы ходить можно!

Ольхолап невольно подумал о том, как было бы здорово, если бы его наставник хоть немного походил на сестру.

– А мы можем уже сейчас пойти на тренировку? – спросила Огнелапка.

Ей ответил Кротоус.

– Не сегодня. Вы должны понимать, что у учеников есть свои обязанности. Уже сейчас вам нужно научиться заботиться о благосостоянии всего племени.

– Что мы будем делать? – спросил Ольхолап, надеясь впечатлить наставника и показать ему, что он готов на что угодно.

Вишнегривка выглядела немного виноватой, когда, наконец, выдавила:

– Сегодня вы будете ухаживать за старейшинами, искать у них блох.

Кротоус взмахнул хвостом в сторону палатки целителей.

– Пойдите к Воробью и Листвичке и попросите у них немного мышиной желчи. Они расскажут вам, как правильно избавляться от блох и клещей.

– Мышиная желчь! – Огнелапка демонстративно сморщила носик. – Это же такая гадость!

У Ольхолапа упало сердце. «Если именно это значит быть оруженосцем, то я не уверен, что вообще хочу им быть!» – разочарованно подумал котик.

Солнечные блики играли на листьях ореховых кустов, в тени которых жили старейшины. Ольхолапу хотелось свернуться в клубочек на мягкой подстилке и подставить шерстку теплым солнечным лучам. Но вместо этого он копошился в густой серой шерсти Крутобока, выискивая клещей и блох. Огнелапка занималась Пурди, а Песчаная Буря и Милли терпеливо ждали своей очереди.

– Ничего себе, какой жирный! – послышался возглас Огнелапки. – Не двигайся, Пурди. Сейчас я избавлюсь от этого клеща!

Кошечка сжала в зубах ветку, которую ей дал Воробей. На конце палки болтался кусочек мха, пропитанный мышиной желчью. Юной ученице пришлось потрудиться, чтобы правильно приложить мох к клещу. С громким шлепком жирное существо плюхнулось на землю.

Старый кот расслабленно пошевелил плечами.

– Агась, вот так намного лучше, – проурчал он.

– Как же воняет эта штука! – пожаловалась Огнелапка. – И как вы только, старики, это терпите!

Глубоко вздохнув, кошечка принялась расчесывать когтями клокастый мех Пурди в поисках новых клещей.

– Эх, не унывайте так, молодежь! – подал голос Пурди. – Не знавал я еще кота в Грозовом племени, кто, будучи учеником, не пачкал лапки в мышиной желчи.

– И Ежевичная Звезда? – непонимающе заморгал Ольхолап, остановившись, с одной лапой, так и лежащей на плече Крутобока.

– Даже сам Огнезвёзд! – ответил Крутобок. – Мы с ним вместе учились. Не пересчитать всех блох, от которых нам с ним пришлось избавиться. Эй, юнец, полегче! – добавил он, пихнув Ольхолапа лапой. – Ты же меня сейчас без шерсти на плече оставишь!

– Прости! – ответил Ольхолап, он так и не заметил, как глубоко вонзил лапу в плечо старейшины.

Хоть его и отругали, Ольхолап чувствовал себя вполне хорошо. Искать блох под лучами ясного солнца и слушать байки старейшин отнюдь не худшее, что его могли заставить делать. Он чувствовал на себе нежный взгляд своей бабушки, Песчаной Бури, что лежала на уютном папоротниковом гнездышке. Она всегда была очень добра и ласкова к своим внукам.

– Помню я, как ваша мать была ученицей, – заурчала палевая кошка. – Её наставником был Дым. Вы его не знаете – он погиб во время Великой Грозы. Он был одним из лучших воителей племени, и ох, как не мог терпеть безрассудное поведение и глупые выходки! Хотя Белка с наставником были две лапы – пара!

– А что она сделала? – спросил Ольхолап, он просто не мог представить уважаемую всем воителями маму-глашатаю маленькой сорвиголовой. – Ну же, расскажи нам!

– Моя дочь была сущим наказанием Грозового племени! Чего она только не делала! – вздохнула Песчаная Буря. – Убегала из лагеря, чтобы поохотиться в одиночку… Застревала в кустах, падала в реку… Дым мне как-то сказал: «Если Белочка не перестанет валять дурака, я сдеру с нее шкуру и повешу её на дерево, чтобы отпугивать лис!»

Огнелапка разинула пасть от удивления:

– Но он этого не сделал!

– Конечно, нет. – В зеленых глазах Песчаной Бури плясали озорные огоньки. – Но Дым должен был быть строг с Белкой. У неё были выдающиеся способности, но он понимал, что не сможет направить их в нужное русло, если она не научится хорошо себя вести.

– Но сейчас-то она усвоила урок! – мяукнул Ольхолап.

– Эй! – Крутобок снова пихнул Ольхолапа. – Что там с моими клещами?!

– И с нашими! – вставила Милли, взглянув на Песчаную Бурю.

– Ой, простите! – Ольхолап принялся быстро просматривать шкуру Крутобока и сразу же обнаружил раздувшегося клеща. «Должно быть, Крутобоку и вправду неудобно», – подумал он. Рыжий оруженосец взял мох с мышиной желчью и капнул этой вонючкой на клеща.

В эту минуту он заметил, что Листвичка и Воробей о чем-то горячо перешептываются у входа в палатку целителей. Не успел он подумать, о чем же таком важном они говорят, как оба целителя посмотрели на него. Котик почувствовал себя неуютно под слепым взглядом Воробья. Листвичка же смотрела на него испытующе.

Червячок беспокойства зашевелился в животе Ольхолапа.

«Великое Звездное племя! Они что, говорили обо мне?! Не успел я стать учеником, как уже во что-то вляпался!»

Глава 2

В свою первую ночь в палатке оруженосцев Ольхолап никак не мог заснуть. Он скучал по сладким запахам детской, теплому телу матери и мирному сопению Ромашки. Ложбинка в гуще папоротников казалась коту совсем пустой, ибо там спали только он и его сестра. Огнелапка сладко дремала, уткнувшись носом в хвост, а вот Ольхолап всю ночь вертелся на подстилке, разрываясь меж волнением и ожиданием того, что принесет ему новый день. Едва бледные лучи рассвета стали просачиваться сквозь папоротники, ученик тут же широко распахнул глаза.

Ольхолап подскочил на подстилке, когда упругие листья у входа зашуршали, но вздохнул от облегчения, увидев рыжую морду Вишнегривки.

– Привет! – мяукнула рыжая воительница. – Буди Огнелапку! Пора на обход территории!

– А я пойду? – спросил Ольхолап.

– Конечно. Кротоус уже ждет. Поторопитесь!

Ольхолап пихнул сестренку лапой в бок, и её мирное посапывание сменилось тревожным писком: – Что? Лисы? – спросила она, вскочив, и принялась бойко отряхивать шкуру от приставших кусочков мха. – Барсуки напали?

– Успокойся, никаких лис и барсуков. Только наши наставники, – ответил ей Ольхолап. – Они сегодня хотят показать нам территорию.

– Здорово! – Огнелапка бросилась к выходу, на бегу отчаянно царапая лапками пол пещеры. – Ну, идём же!

Ольхолап медленно последовал за сестрой, ежась от утреннего холода. Недалеко от пещеры оруженосцев их ждали Вишнегривка и Кротоус. Ольхолап заметил Шмеля, Шиповницу и Белохвоста, выходящих из воинской палатки. Каждый воин быстро привел свою шерсть в порядок, а затем они, с Белохвостом во главе, исчезли в зарослях шиповника.

– Это рассветный патруль вышел, – подал голос Кротоус, – Мы подождем немного, пока они не пройдут глубже в лес. Если хотите, можете пока перекусить.

Внезапно Ольхолап осознал, что голоден. Вместе с Огнелапкой они помчались к куче с дичью.

– М-да, не густо, – пожаловалась Огнелапка, ворочая лапкой худую мышку.

– Охотничьи патрули ещё не вышли, – ответил Ольхолап. Он взял себе черного дрозда из жалкой кучки с едой и принялся жадно глотать.

– Ух! Вот когда мы станем охотниками, – пробурчала Огнелапка с полной пастью мышатины, – тогда куча с дичью всегда будет полная!

Ольхолап надеялся, что сестра права.

Кротоус помахал им хвостом с противоположной стороны поляны. Проглотив последние кусочки, ученики засеменили через поляну к наставникам, и те повели их через колючий туннель, скрывавший вход в лагерь Грозовых котов.

Подушечки лап Ольхолапа покалывало от нетерпения, когда он проскользнул в узкое пространство и впервые оказался в лесу.

Красноватый свет просачивался сквозь ветви деревьев, там, где скоро взойдет солнце. Рваные клочья тумана всё ещё плыли над землей, трава тяжелела от росы.

Зеленые глаза Огнелапки округлились, кошечка глазела вокруг, а затем шумно вдохнула:

– Лес такой… огромный!

Ольхолап молчал, не в силах описать словами того, что видел. За исключением колючего туннеля позади него и высоких утесов, окружающих каменный овраг, повсюду, куда ни глянь, высились деревья. Лес простирался далеко-далеко. Казалось, вдали деревья утопали в тени. Толстые стволы были на много лисьих хвостов выше Ольхолапа, ветви деревьев причудливо переплетались друг с другом.

Нос котика защекотали дразнящие запахи добычи, уши его улавливали шорох крохотных существ в корнях.

– Можно нам поохотиться? – нетерпеливо выпалила Огнелапка.

– Может быть, попозже, – ответила ей Вишнегривка. – Сначала нам бы хотелось показать вам угодья нашего племени. К тому времени, как вы станете воителями, вы должны будете знать каждый клочок этой земли.

Кротоус с серьезным видом кивнул:

– Каждое дерево, каждый камень, каждый ручеек…

Ольхолап моргнул. Кротоус это серьезно?! Да ни один кот никогда в жизни всего этого не запомнит!

– Сюда, – оживленно мяукнула Вишнегривка, – Мы пойдем в сторону границы с племенем Теней.

– А что случится, если мы встретим патрульных племени Теней? – спросила Огнелапка.

– Ничего, – строго ответил Кротоус. – Они будут на их стороне границы, а мы на своей.

Вишнегривка засеменила в сторону границы, Огнелапка старалась ни на шаг не отставать от наставницы. Ольхолап побежал за ними следом, патруль замыкал Кротоус.

Они пробежали совсем чуть-чуть, пока не достигли широкой утоптанной тропы, что вела дальше в лес. С обеих сторон тропы росли густые папоротники и высокая трава, а вот саму тропинку покрывали мелкие ползучие растения да редкие травинки.

– Куда она ведет? – спросил Ольхолап и повел ушами в сторону тропы. – И почему там почти ничего не растет?

К радости Ольхолапа, Кротоус одобрительно кивнул:

– Хороший вопрос, – сказал кремовый кот. – Это старая Гремящая Тропа, её сделали Двуногие много-много сезонов тому назад. Мы думаем, эти же Двуногие когда-то добывали камень из нашего оврага. Тропа ведет к заброшенному Гнезду, где Листвичка и Воробей выращивают целебные травы.

– Но сегодня мы туда не пойдем, – добавила Вишнегривка.

Наставники вели учеников все дальше от лагеря. Вскоре Ольхолап заметил, что лес начал редеть. Сквозь стволы просачивался яркий свет, котик увидел, как что-то серебристое искрится в лучах солнца.

– Что это? – спросила Огнелапка.

Вместо ответа наставники подтолкнули своих учеников к порогу из кустов остролиста. Ольхолап ступил на мягкую, приятную на ощупь травку и аккуратно заглянул поверх колючих кустов.

У котика перехватило дыхание: перед ним расстилалась полоса гальки, которая сменялась песком и…

– Это что? – выдохнула Огнелапка. – Озеро?

Ольхолап смотрел на блестящую водную гладь. Он слышал, как его соплеменники в лагере говорили об озере, но он представлял себе его чуть больше луж, что обычно скапливались на поляне после обильного дождя. Он никогда бы не подумал, что во всем мире может быть столько воды.

– Ему, наверное, конца и края нет! – воскликнул Ольхолап.

– Не поверишь, но есть! – уверил его Кротоус. – Некоторые коты, даже из нашего племени, некогда обошли всю территорию вокруг него. Посмотрите туда, – указал он хвостом, – видите вон те кусты и деревья? Это территория Речного племени.

Ольхолап прищурил глаза и только так смог разглядеть деревья, о которых говорил наставник. С такого расстояния они казались не более чем туманной дымкой.

– Речные коты обожают озеро, – мяукнула Вишнегривка. – Они плавают в нем и ловят рыбу.

– Чудно́! – слегка подпрыгнув, воскликнула Огнелапка. – А можно мне поймать рыбку?

И, не дождавшись ответа наставницы, кошечка понеслась по гальке и с размаху ударила передними лапами по кромке воды, взметая в воздух сотни брызг.

– Мамочки! Холодно-то как! – взвыла она и отпрянула назад, шерсть на её шее встала дыбом. Затем кошечка выдавила смешок и побежала назад, к остальным:

– Я тут вообще никаких рыбёшек не вижу! – деловито крикнула она на бегу, гордо подняв хвост.

Кротоус тяжело вздохнул.

– И не увидишь, если будешь так себя вести! И не только рыбу! Если будешь так кричать и носиться, то распугаешь всю дичь в лесу!

– Прости, – пробормотала Огнелапка, понуро свесив хвост.

– Все хорошо, – ответила Вишнегривка, положив свой хвост на плечо ученицы. – Ты же сейчас не на охоте. Я знаю, каково это, увидеть озеро в первый раз!

Кротоус только ушами повел.

– Идемте, – буркнул он и повел своих товарищей вдоль берега.

Вскоре они достигли ручья, что журчащим стремительным потоком тек из леса и впадал в озеро.

– А там находится граница с племенем Теней, – объяснила Вишнегривка.

Крошечные ноздри Ольхолапа опалила незнакомая доселе вонь, что доносилась с противоположного берега ручья.

– Фу! Что за гадость? – спросила Огнелапка, отступая назад и проводя языком по губам, будто пытаясь избавиться от противного привкуса.

– Это запах племени Теней, – ответил Кротоус.

– Это что, кошачий запах?! – возмущенно пискнула Огнелапка. – Я думала, это так лиса воняет или барсук.

– Запах кажется нам отвратительным, потому что мы не привыкли к нему, – сказал Кротоус, ведя соплеменников вверх по течению, в спасительную тень деревьев. – Мы для них наверняка пахнем хуже падали.

– Да ну? – недоверчиво прошептала Огнелапка.

– Вы уже знаете, что каждое племя помечает свои границы, – объясняла на ходу Вишнегривка. – Конечно, мы все знаем, где находятся границы. Но ежедневное обновление пограничных меток – это напоминание соседям, что границы неприкосновенны. Переходить границу чужого племени без разрешения строго запрещено!

– Вы также должны различать по запаху метки, оставленные на границе вашими соплеменниками, – мяукнул Кротоус. – Мы научим вас оставлять и обновлять метки. Совсем скоро вы и сами сможете делать это вместе с рассветными патрулями.

– Вот здорово! – воскликнул Ольхолап. Первый раз в жизни он представил себя могучим воином, что возглавлял патруль и устанавливал пограничные метки, чтобы защитить угодья своего племени.

«Как же много я сегодня узнал! – ликовал котик в душе. – Я чувствую, что по-настоящему становлюсь частью племени!»

Стоило котам углубиться подальше в лес, как ручей резко повернул свое русло в другую сторону, но отчетливые запахи Грозового племени и племени Теней словно создавали невидимую преграду, за которую не следовало заходить. Густой подлесок на территории воинов Теней сменился высокими мрачными соснами и ковром из колючих иголок.

– А сейчас мы вам покажем что-то совершенно необычное, – пообещала Вишнегривка. Она подозвала оруженосцев в орешник и подала им знак хвостом, чтобы те сохраняли спокойствие.

– Ну, как вы думаете, что это такое?

Ольхолап внимательно поглядел на поляну. Несколько непонятных сооружений из прутов и прямых палок стояло вокруг странной палатки, укрытой яркими зелеными шкурками. Принюхавшись, оруженосец понял, что палатка стоит прямо на границе двух племен. И тут в ноздри ему ударил незнакомый запах.

– Это штука Двуногих? – спросил он. – Я их никогда не видел, но Белка рассказывала, что они иногда наведываются в наш лес.

– Верно, – заурчал Кротоус, слегка потрепав ушки ученика кончиком хвоста. Ольхолап почувствовал, как теплое чувство гордости разгорается в его груди. – В сезон Зеленых Листьев Двуногие приходят сюда и живут в таких-вот палатках.

– Зачем они это делают? – вопрос Огнелапки звучал недоверчиво, будто оно думала, что воитель смеется над ними.

Кротоус пожал плечами.

– Это только одному Звездному племени известно.

– А сейчас Двуногие здесь? – спросил Ольхолап, беспокойно оглядываясь, как бы Двуногие не появились из ниоткуда и не напали на них.

– Думаю, они все ещё дрыхнут там, – ответила Вишнегривка. – Лентяи, что с них взять. В любом случае, эта поляна принадлежит воинам Теней. Эти Двуногие – их забота. А нам пора идти дальше.

Наставники свернули в сторону от границы, и процессия углубилась в лес. Лапы ученика гудели, казалось, что они идут уже долгие луны, пересекая бесконечные просеки, покрытые густой листвой, огибая ежевичные заросли и перепрыгивая неглубокие ручьи. Живот предательски урчал, и Ольхолап вспомнил, что ел в последний раз лишь перед тем, как покинуть лагерь.

Через некоторое время он услышал журчание воды, как если бы впереди текла река. Но прежде, чем он что-то разглядел, Вишнегривка подала сигнал к остановке.

– Вы что-нибудь чувствуете? – мяукнула она.

Ольхолап и Огнелапка встали рядом, широко распахнув рты, пытаясь распробовать воздух. Ольхолап сосредоточился, пытаясь распознать разнообразные запахи, окружившие его плотным кольцом.

– Мышь! – воскликнула Огнелапка, пока он пытался сконцентрироваться. – Давайте поохотимся. Пожалуйста, я умираю!

– Да, мышь, – мяукнула Вишнегривка, игнорирую мольбы своей ученицы. – А что ещё?

Ольхолап сделал усилие, чтобы подавить голод и сосредоточил внимание на том, чтобы почувствовать запах.

– Есть ещё два запаха, они совсем близко, – начал он нерешительно, боясь, что может ошибиться. – Они довольно сильные. Это запах Грозового и… – Другой запах был отчасти неприятным, и он вспомнил, чему их учили на границе с племенем Теней. – Это пахнет другим племенем?

Кротоус и Вишнегривка переглянулись.

– Верно! – подхватил Кротоус. – Ты знаешь, что за племя?

«Как я могу знать? – подумал Ольхолап. – Я слышу его впервые!» Затем ему в голову пришла новая мысль.

– Вы говорили, что Речное племя находится на другой стороне озера. Следовательно, это племя Ветра.

– Замечательно! – замурлыкала Вишнегривка. – Пойдемте посмотрим границу.

Она направилась к берегу ручья, который протекал по дну глубокой расщелины, покрытой пышной растительностью.

– Вон территория племени Ветра! – мяукнула она, махнув хвостом.

По ту сторону ручья деревья упирались в крутой холм, покрытый невысокой жёсткой травой и напоминавший своими очертаниями выгнувшуюся спину кошку.

– Племя Ветра живет здесь? – спросила Огнелапка.

– Да, на этих пустошах, – кивнул Кротоус.

– Выглядит уныло, – поёжился Ольхолап. – У них, наверное, где-то есть лагерь под деревьями, так ведь?

– Нет, – ответил ему наставник. – Их лагерь в низине на болоте в окружении кустов утёсника. Нам это не подходит, но племени Ветра, похоже, нравится.

– Не хотела бы я жить там, на голом месте, без деревьев, – протянула Огнелапка. – Мне кажется…

Она замолчала на полуслове, заметив, что на вершине холма показался быстроногий кролик. Через мгновение за ним выскочила худощавая длинноногая полосатая кошка. Она почти стелилась по земле, касаясь травы животом, а ее хвост развевался по ветру. Они оба исчезли в низинке, но тонкий, резко оборвавшийся визг, возвестил наблюдателям о том, что охотница всё же поймала свою добычу.

– Вот это скорость! – прокомментировал Кротоус.

– Я сейчас смогла бы съесть целого кролика, – вздохнула Огнелапка, облизываясь, как будто сочный кусочек добычи лежал перед ней.

– Тогда возвращаемся в лагерь, – скомандовала Вишнегривка. – Это рядом.

– Но я думала, что мы будем учиться охоте! – запротестовала Огнелапка.

Ольхолап аж дернул хвостом в надежде, что наставники не согласятся. Он боялся, что если они будут еще что-то изучать сегодня, то для него это будет уже перебор, и он больше ничего не усвоит. Кротоус и Вишнегривка переглянулись.

– Хорошо, – согласился Кротоус. – Но если вы даже что-то поймаете, то вы это не тронете, мы это понесем в лагерь, в кучу с добычей. Племя должно быть накормлено в первую очередь.

У Ольхолапа упало сердце. Живот недовольно заурчал. Но он изо всех сил пытался скрыть свое разочарование.

Огнелапка пожала плечами. – Прекрасно! Можно начинать?

Удаляясь от ручья, патруль достиг края поляны, на котором рос огромный дуб с вздувшимися над землей извилистыми корнями. Вокруг него пышно росли густые заросли папоротника.

– Вот удачное место для охоты, – произнес Кротоус, останавливаясь. – Посмотрим, какие вы охотники.

Ольхолап прикрыл глаза, чувствуя легкое головокружение от всевозможных запахов, наводнивших воздух вокруг, и множества звуков, раздававшихся над его головой и чуть дальше, в подлеске. «Это сложнее, чем распознать запах племени Ветра. Тогда запах был намного сильнее».

В конце концов Ольхолапу удалось учуять запах: землеройка! Он слышал, как крошечные лапки царапаются в зарослях, и определил правильное направление. Открыв глаза, ученик заметил движение в зарослях травы. «Но прав ли я?» – спрашивал он себя, не решаясь вслух сказать о том, что услышал. И прежде, чем он решился, Огнелапка махнула хвостом:

– Вон там землеройка.

– Я тоже чую ее, – согласился Ольхолап, надеясь, что наставник поверит, что он сам это определил.

– Хорошо. Вы можете поймать ее, – промяукала Вишнегривка, переводя взгляд с брата на сестру. – Вы видели охотничью стойку, так ведь? – И она продемонстрировала её, прижимаясь как можно ближе к земле и напрягая при этом все мышцы для решительного броска. Ольхолап и Огнелапка постарались все в точности повторить.

– Молодцы, – продолжила Вишнегривка. – Теперь, продолжая прижиматься к земле, переставляйте лапы как можно легче. Будьте внимательны и не наступите на веточку.

– И следите за своим хвостом, – добавил Кротоус. – Если вы взмахнете им, ваша жертва обнаружит вас.

– Огнелапка, ты первая, – скомандовала Вишнегривка.

Не раздумывая, Огнелапка тут же поползла вперед, ее глаза сверкали от возбуждения. Кошка ступала так, чтобы лапы были близко к телу, а хвост подвернут сбоку. Вдруг она стремительно ринулась вперед и скрылась в густом подлеске.

Через мгновение кошечка появилась вновь, в ее пасти свисало обмякшее тельце землеройки. Ученица вернулась к остальным, ее голова была высоко поднята, а хвост победно задран вверх.

– Ух ты! – воскликнула Вишнегривка, и Огнелапка бросила добычу к ее лапам. – Я не припомню, чтобы ученики ловили что-то на самом первом уроке.

– Как и я, – подхватил Кротоус. – Хорошая работа, Огнелапка!

– Добрая охота! – похвалил сестру Ольхолап.

– Это было нетрудно, – похвасталась Огнелапка. – Я просто повторила то, что вы сказали.

Кротоус повернулся к своему ученику. – Давайте посмотрим, сможет ли Ольхолап повторить то же самое.

Котик застыл, он почувствовал, как его охватывает тревога. «Вот бы она упустила добычу. Тогда мне не пришлось бы беспокоиться о том, что я опозорюсь». Но он тут же прогнал эти мысли.

– Мы пойдем дальше, – решила Вишнегривка. – Мы, наверное, всю дичь тут уже распугали.

Ольхопал последовал за наставниками, он чувствовал, что лапы тяжелеют с каждым шагом. «Я знаю, что я все испорчу». Его живот скрутило от невыносимой тревоги.

Коты.

– Здесь мы что-нибудь найдем, – промяукал Кротоус, после того, как они остановились возле небольшого водоема, заросшего кустами и высокой травой. – Давайте вы, оба, покажите мне стойку охотника.

Ольхолап присел на бедра рядом со своей сестрой. Шкуру покалывало от волнения под пристальными взглядами внимательно наблюдающих за ними наставников.

– Хорошо, Огнелапка, – сказала Вишнегривка. – Но держи хвост чуть ближе.

– Ольхолап, подогни лапы ещё сильнее, – добавил Кротоус.

– Задние лапы не должны выпирать, если ты хочешь сделать хороший прыжок, – встряла Огнелапка.

«Без тебя знаю!» – подумал Ольхолап, сверкнув в ее сторону глазами.

– И ты должен быть очень быстрым, – не унималась ученица. – Дичь не будет тебя ждать. А когти…

– Отставить, Огнелапка! – Голос Крутоуса был раздраженным. – Ты тут не наставник, ты такой же новичок, как и Ольхолап.

Огнелапка прижала уши, затем неохотно кивнула. Ольхолап благодарно посмотрел на наставника. Крутоус успокаивающе положил хвост на плечи ученика.

– Помните, что мы вам говорили о низкой посадке, – продолжила Вишнегривка. – И смотрите, куда ставите лапы. Хрустнет ветка, зашуршит лист папоротника – и вашей дичи след простынет.

Ольхолап кивнул, пытаясь запомнить все, что услышал. И тут наступил момент, которого он боялся.

– Давай, Ольхолап, – мяукнул Крутоус. – Посмотрим, сможешь ли ты найти что-нибудь.

Котик прищурился и сосредоточился, пробуя воздух. Запахи здесь были не такими сложными, и вскоре он опознал полевку под кустом возле воды.

– Там полевка, – пробормотал он Крутоусу, показав ушами направление.

Крутоус одобрительно кивнул. – Отлично. Тогда вперед, на ней!

Ольхолап поглубже присел и начал ползти вперед, затем заколебался. «Полевка действительно под тем кустом, или она в зарослях травы рядом с ним? Мне идти прямо на него или сделать круг в траве, чтобы она не видела, что я крадусь?»

– В чем дело? – прошипел нетерпеливо Крутоус. – Вперед!

Ольхолап застыл в нерешительности. «Я должен сделать все без ошибок, но я не знаю, как!»

Пока Ольхолап в нерешительности раздумывал, не в состоянии пошевелить лапой, полевка неожиданно вылетела из кустов, шлепнулась в воду и исчезла.

– Мышеголовый! – воскликнула Огнелапка.

«Я заслужил это», – признался Ольхолап сам себе. Он опустил голову от стыда, не в силах взглянуть на наставника.

– Хороший охотник не раздумывает, – начал Крутоус. – Ты должен доверять своим инстинктам. – Затем он немного расслабился и коснулся Ольхолапа своим хвостом. – Ничего. Будет еще другая дичь.

Котик готов был провалиться сквозь землю, услышав добрые слова наставника. «Я подвел Крутоуса».

Огнелапка вдруг метнулась в кусты, и Ольхолап испуганно вскинул голову. Через мгновение кошечка появилась вновь, держа за хвост упитанную мышь.

– Огнелапка, мои похвалы! – Глаза Вишнегривки искрились восторгом. – У тебя впереди будущее великого охотника!

– Да, хорошая охота, – пробормотал Крутоус, раздраженно взмахнув хвостом.

«Я снова подвел его, – униженно подумал Ольхолап. – А мне так хочется, чтобы он гордился мной!»

Вишнегривка взяла мышь, пойманную Огнелапкой, и повела патруль обратно в лагерь. Ольхолап плелся с опущенной головой, чувствуя себя с каждым шагом все более несчастным и униженным. «Я не могу поверить в то, что происходит!»

– Не переживай, – бодро мяукнул Крутоус, шагая рядом с учеником. – Ты научишься. Просто делай то, что нужно, не колеблясь и не раздумывая.

– Я знаю, – пробормотал Ольхолап. «Но говорить легко…»

Впереди бежали и несли добычу Вишнегривка и Огнелапка, Ольхолап не мог даже смотреть на них. И в тот момент, когда он думал, что хуже быть не может, из зарослей показались Искра, Берёзовик и Медовушка. Они также несли добычу в лагерь.

– У вас тоже была славная охота! – похвалила Вишнегривка, кивая на пару белок и кролика, что нес патруль.

– Как и у вас, – в тон ей ответила Искра.

– Это всё Огнелапка, – промяукала Вишнегривка. – И это ее первая охота. Не плохо, да?

– Потрясающе! – воскликнула Медовушка. – Хорошая работа, Огнелапка!

– Ты способная ученица! – добавил Березовик.

– Просто Вишнегривка отличный наставник! – прощебетала довольная Огнелапка.

Никто не обратил внимания на Ольхолапа, и это его устраивало. Хвост ученика волочился по земле, котик был настолько разочарован в себе, что ему хотелось стать ниже травы и вовсе исчезнуть.

Когда они вошли в лагерь, Ольхолап заметил Ежевичную Звезду, стоящего на Высокой Скале и разговаривающего с Крутобоком. Как только предводитель заметил вернувшийся патруль, он прервал беседу и сбежал вниз по насыпи из камней, пересек поляну и пошел им навстречу.

– Как успехи в первый день? – спросил он.

Вишнегривка и Кротоус переглянулись, они были удивлены столь ревностным вниманием предводителя к успехам своих детей.

– Я поймала землеройку и мышь! – гордо распушив грудку, заявила Огнелапка.

– Умница! – воскликнул Ежевичная Звезда, лизнув дочь в ушки. – Как насчет тебя, Ольхолап?

Ученик молча разглядывал свои лапы.

Неловкое молчание растянулось на несколько ударов сердца. Огнелапка заговорила первая.

– Ох, он действительно внимательно слушал своего наставника и узнал все про территорию Грозового племени.

«Было бы чем хвастаться», – с тоской подумал Ольхолап.

– Я уверен, что Ольхолап всему научится, – промяукал Кротоус. – Он старается изо всех сил.

Ольхолап почувствовал себя совсем жалким, раз это все, что сестра и наставник могли сказать в его защиту. «Я всего лишь хочу, чтобы Ежевичная Звезда гордился мной». С огромным усилием он поднял глаза на отца, готовый увидеть разочарование в его взгляде.

Но глаза предводителя не выражали никаких эмоций. Он поколебался мгновение, а затем слегка кивнул головой.

– Вишнегривка и Кротоус, вы вместе с Огнелапкой отнесите добычу в общую кучу, – скомандовал он. – А с тобой, Ольхолап, я хочу поговорить наедине.

Огнелапка с сочувствием взглянула на брата и ушла вместе с другими котами. Ольхолап стоял, понурив голову.

– Ты сердишься на меня? – спросил он Ежевичную Звезду тихим голосом. – Я пытался. Я реально пытался. – Он все еще смотрел в землю. Он не мог себя заставить взглянуть на отца.

Ежевичная Звезда наклонился и слегка коснулся головы носом.

– Я уверен, что ты старался, – сказал он. – Это только первый день тренировок. И я горжусь тем, что сказал наставник. Что ты делал все возможное, чтобы научиться.

Ольхолап все еще не был готов встретиться взглядом с отцом. «Он просто старается быть милым. Я не хочу увидеть жалость в его глазах».

Ежевичная звезда некоторое время молчал.

– Я когда-нибудь рассказывал о временах, когда был учеником? – произнес он наконец.

– Я знаю, что твоим наставником был Огнезвезд, – пробормотал Ольхолап, глядя на свои лапы. – Наверное, он считал тебя подающим надежды, раз выбрал в свои ученики.

Ежевичная Звезда вздохнул.

– Я думаю, Огнезвезд просто хотел держать меня поближе, чтобы присматривать за мной. Ему потребовалось много времени, чтобы научиться мне доверять. Потому что я был сыном Звездоцапа. – Его голос напрягся, словно ему было тяжело думать о злодее, которым был его отец. О коте, который пытался убить предводителя собственного племени, и желавшем править всем лесом.

– Во всяком случае, – продолжил он через мгновение, и его голос был уже не таким напряженным. – В первый раз, когда я ходил на охоту с Огнезвездом, я очень хотел произвести на него впечатление. Я так рванул за одной белкой, что поскользнулся на влажных листьях, не удержался на лапах и врезался в дерево. О, великое Звездное племя, как же это было больно! И что самое обидное – я был уверен, что Огнезвезд лопнет от смеха.

– В самом деле? – наконец Ольхолап смог взглянуть на отца без стыда и смущения. – Это на самом деле так и было?

– Да, на самом деле, – подтвердил Ежевичная Звезда. – Это была позорная первая попытка. Но у меня вскоре стало получаться намного лучше. И я уверен, что и с тобой будет так же.

Глядя в светившиеся нежностью глаза отца, Ольхолап почувствовал, словно камень падает с его плеч. И он начал мечтать о том, чтобы начать тренировки с наставником снова. «Я стану лучше, – обещал он себе. – И в один прекрасный день я буду воином, и племя сможет гордиться мной!»

Глава 3

Солнце скрылось за горизонтом, и очертания деревьев, что росли над каменным оврагом, словно растворились на фоне сумрачного неба. Ольхолап сидел у палатки оруженосцев и старательно вылизывался. «Сегодня особая ночь! – думал котик. – Моя шерстка должна блестеть и лосниться как никогда!»

Минула почти половина луны с тех пор, как Ольхолап и Огнелапка стали оруженосцами Грозового племени. Вспоминая свои тренировки, Ольхолап рассудил, что не такой уж он плохой ученик. Кротоус хвалил его за ответственное отношение к обязанностям оруженосца: к уходу за старейшинами, к сбору мха для уютных гнёздышек каждому соплеменнику и к прочим делам, которые поручали юным котам. Ольхолап слушался предводителя, делал всё, что ему говорили, и даже успел поучаствовать в пограничных патрулях. А вот на охоте ему не везло!

«Пусть я ещё ни разу ничего не поймал, вчера я почти сцапал дрозда, а Кротоус сказал, что птиц ловить очень сложно!» Но темно-рыжий ученик был вынужден признать, что его сестра Огнелапка справляется со всем просто блестяще. Даже непонятно, что у юной кошечки получалось лучше – охотиться или сражаться! Огнелапка никогда не возвращалась в лагерь с пустыми лапами!

«То, что она все схватывает не лету, не значит, что меня пора отправлять обратно в детскую! – уверял себя молодой кот. – Интересно, каково было бы учиться не в одно время с Огнелапкой? Мне бы тогда не пришлось постоянно себя с ней сравнивать!»

Стоило ему так подумать, как острый коготок вины впился в его шкурку. «Она моя сестра! Если с кем тренироваться – то только с ней!»

И в это мгновение в полутьме перед ним замаячило пятно ярко-рыжего меха.

– Готов? – выпалила ему прямо в лицо невесть откуда взявшаяся Огнелапка. Его сестра чуть ли не приплясывала от возбуждения, не в силах скрыть свое волнение. – Ежевичная Звезда собирает всех у входа!

Ольхолап вскочил, стряхнув с себя все тревоги, словно кусочки приставшего к шерсти мха. И тут же сладостное предвкушение охватило все тело кота – от ушек до кончика хвоста.

– Конечно! Вот здорово-то будет! – мяукнул он. – Наш первый Совет при свете полной луны!

– Мы познакомимся с котами из других племен! – ликовала Огнелапка, когда они с Ольхолапом бок о бок семенили через поляну. – Не могу дождаться!

Присоединившись к толпе соплеменников, которые обступили колючий туннель, скрывавший вход в лагерь, Ольхолап задумался – какие же они, воины из других племен? Помимо проблесков кошачьих шкур, которые он краем глаза замечал по ту сторону границ во время патрулей, молодой кот лишь однажды видел чужих котов. Когда он был ещё котенком, две целительницы из Речного племени приходили, чтобы потолковать с Листвичкой и Воробьем. Они вроде ничем не отличались от обычных кошек – разве что мех у них был очень густой и лоснящийся, сами кошки были довольно упитанными и пахли рыбой. Но пока они находились в лагере Грозового племени, соплеменники Ольхолапа странно косились на гостий и то и дело вздымали загривки.

«Целители и воители все же не одно и то же!» – рассуждал Ольхолап. Но юному коту сложно было представить себе ещё одно племя, полное воителей, целителей, оруженосцев и старейшин.

Наконец Ежевичная Звезда подал знак хвостом следовать к выходу, и коты стали протискиваться через ежевичный туннель. Ольхолап плелся в самом хвосте, радостное возбуждение начало постепенно покидать его. «Только бы не опозориться перед чужаками!»

Вынырнув из колючего туннеля, оруженосец понял, что ещё ни разу не видел ночной лес. Всё здесь было иначе, нежели днем: мрачные стволы казались толще, кривые ветви замысловато переплетались друг с другом, растворяясь в тени, прохладный воздух был густо пропитан другими запахами. Неизвестно откуда во тьме гулко раздавались незнакомые оруженосцу звуки.

К тому времени, как Ольхолап и его соплеменники достигли берегов озера, сердце молодого кота бешено колотилось. Стоило ему покинуть знакомые своды ветвей, как уши уловили гулкое уханье. Котик вздрогнул и резко обернулся, уставившись в темноту. Проблеск молочно-белого крыла мелькнул перед его глазами, но прежде чем он успел опомниться, сова уже растворилась в густых тенях лесной чащобы.

Едва сдерживая дрожь, Ольхолап засеменил к Белке, что неспешно бежала в нескольких мышиных хвостиках от него.

– Я слышал, огромным совам ничего не стоит схватить своими когтищами кота и унести его в небо, – с волнением в голосе прошептал он. – Это правда?

Добрые зеленые глаза Белки в холодных сумерках светились нежностью и озорством.

– Совы в этих лесах недостаточно большие, – ответила ему мать. – Мышей таскают, а вот для котов силенок маловато!

Ответ Белки лишь частично успокоил оруженосца: неужели мама намекала, что где-то все-таки есть огромные совы, хватающие котов, словно добычу? И что мешает таким совам как-нибудь поселиться и в этих лесах?

Кротоус, шедший по другую сторону Ольхолапа, легонько пощекотал ушко оруженосца кончиком хвоста.

– Когда-нибудь мы с Вишнегривкой возьмем тебя и Огнелапку на ночную охоту, – пообещал наставник. – Ты не представляешь, сколько маленьких существ предпочитает выбираться из норок при свете звезд.

– Ну… это… здорово! – неуверенно промямлил Ольхолап.

И тут за спиной он услышал взволнованный писк Огнелапки. Ученик повернулся и невольно заморгал: крошечные золотистые огоньки, похожие на капельки солнечного света кружились в воздухе, то вспыхивая, то угасая.

– Что это такое? – спросила Огнелапка, завороженно следя за огоньками, будто не могла поверить в то, что она видит.

– Это такие насекомые, светлячки называются, – объяснила Вишнегривка. – Будто маленькие звездочки, да?

– Изумительно! – восхищенно прошептал Ольхолап, а Огнелапка уже со всех лап пустилась навстречу мерцающим огонькам. Ольхолап с мгновение помедлил, прежде чем броситься за сестрой. Он возбужденно замолотил лапками по воздуху, пытаясь схватить крошечные осколки солнечного света. Но сияющие искорки, казалось, смеются над ним и уплывают все выше. Рядом с ним Огнелапка безуспешно кружилась в ворохе танцующих огней.

– Огнелапка! Ольхолап! – раздался голос Белки, стоило сердечку оруженосца пропустить пару глухих ударов. – Идите сюда немедленно, кому говорю!

Котята, тяжело дыша, нехотя поплелись обратно к группе котов.

– Что это вы вытворяете? – резко спросила Белка, оглядывая взъерошенные шкурки детей. – Если уж вы идете на совет в качестве Грозовых оруженосцев, то будьте добры вести себя соответствующе!

– Мы будем! – склонил голову Ольхолап. – Прости нас!

– Нам жаль! – вторила Огнелапка.

– Хочется верить! – буркнула Белка и зашагала вперед.

Двое учеников послушно последовали за матерью, но стоило Белке оказаться вне пределов слышимости, как Огнелапка горячо зашептала на ухо брату:

– Круто было, а? Разве в лагере такое увидишь!

Коты Грозового племени неспешно огибали озеро, держась в паре лисьих хвостов от берега, поскольку находились они сейчас на территории племени Ветра. Луна вышла из-за туч, превратив водную гладь в серебристое зеркальное полотно.

– Это хорошо, – довольно мяукнул Кротоус. – Если Звездное племя чем-то недовольно, оно скрывает луну тучами. Сейчас они, видимо, дают добро на Совет.

На дальней стороне территории племени Ветра Ольхолап заметил скопление гнезд Двуногих, безмолвно застывших в холодном лунном свете.

– Это, должно быть, конюшни, – прошептал он Огнелапке. – Помнишь, нам Ромашка в детской рассказывала?

Огнелапка молча разглядывала мрачные гнезда позади забора Двуногих:

– Что-то я никаких лошадей не вижу, – разочарованно промолвила она. – Может быть, они прячутся в свои пещеры, когда…

– Шевели лапками! – Белка легонько подтолкнула дочь вперед. – Мы почти на месте!

Волнение Ольхолапа усиливалось с каждым мгновением – стоило ему пересечь участок болотистой земли, как его глаза уловили очертания поваленного дерева, ведущего к Острову Советов. У дальнего конца моста-дерева сгрудилась группа незнакомых котов.

– Это племя Ветра, – сказала ученикам Вишнегривка. – Принюхайтесь и хорошенько запомните этот запах!

Ольхолап уже встречал такой запах на Грозовой границе с племенем Ветра, но сейчас этот аромат был в разы сильнее: на него словно дохнуло холодным пронизывающим ветром, который донес да его ноздрей жесткий привкус сухой травы. «И кроликом немного отдает!» – решил Ольхолап, внимательно разглядывая воинов Ветра. Они были более худощавыми, чем его соплеменники, с длинными лапами и поджарыми, мускулистыми телами.

Ежевичная Звезда шагнул вперед и вежливо поклонился бурому полосатому коту. Седые волоски на морде того выдавали преклонный возраст кота.

– Приветствую тебя, Однозвёзд, – поздоровался Ежевичная Звезда. – Как нынче обстоит охота в племени Ветра?

– Скажу тебе, неплохо, – хрипло выдохнул предводитель племени Ветра. – Надеюсь, твои воины держались близко к озеру, когда переходили через нашу территорию.

– Конечно, – спокойно ответил Ежевичная Звезда, – Грозовому племени нет нужды переступать чужие границы.

Однозвёзд на это только хмыкнул.

Грозовой предводитель подал своим котам знак не подходить к дереву, пока все воины племени Ветра благополучно не переберутся на другую сторону. У Ольхолапа предательски кололо в лапках, когда он наблюдал, как поджарые воители осторожно ступают по стволу, а затем ловко спрыгивают на берег.

– Интересно, кто-нибудь когда-нибудь падал в озеро, – спросил он себя. – Было бы так стыдно!

И вот Ежевичная Звезда повел своих котов через переправу, Ольхолап старался держать голову высоко и не думать о том, что находится внизу. Когда пришла очередь Огнелапки, рыжая кошка молнией промчалась по стволу и с триумфальным визгом плюхнулась на противоположную сторону. Следующая за ней наставница закатила глаза:

– Стоит ли ей напоминать о том, куда может привести безрассудство! – пробормотала Вишнегривка и покачала головой.

Ольхолап вскарабкался на ствол и с облегчением понял, что тот оказался куда шире и устойчивее, чем ожидал котик. Но его все ещё била дрожь от вида спокойной черной воды и от противного хлюпанья, которое раздавалось, стоило стволу немного качнуться. Ольхолап упрямо смотрел прямо перед собой и испустил вздох облегчения, когда оказался у корней дерева рядом с сестрой, поджидавшей его на другой стороне.

– Ну, что ты как улитка? – поддразнила его Огнелапка. – Всё веселье пропустим!

Их соплеменники уже пробивались через полоску кустов на вершине склона, идущую от пляжа. Вместе с Огнелапкой он помчался вверх по склону, чтобы не отстать от товарищей. Когда шипы на кустах хорошенько прочесали его шкуру, он со вздохом подумал, что не стоило так долго прихорашиваться перед выходом. По ту сторону кустов простиралась огромная поляна, в центре которой возвышалось исполинское дерево, чьи кривые корни были толщиной с кошачью спину. Поляна была сплошь запружена котами – коты были везде, куда ни кинешь взгляд: небольшие группки что-то деловито обсуждали, кто-то уже выискивал себе удобное местечко перед дубом. Букет незнакомых запахов защекотал Ольхолапу ноздри, так что котик боялся даже вдохнуть.

– Похоже, все остальные племена уже пришли, – прошептала ему на ухо Огнелапка. – Никогда не видела столько котов в одном месте!

Ольхолап молча кивнул и принялся разглядывать незнакомцев. Группка юных котов, вероятно, оруженосцы, визжали и мутузили друг друга под тенью широких кустарников. «Я думал, на Советах нужно вести себя соответствующе, – вспомнил он слова матери, – но, может, в других племенах другие правила?»

– Ну, что скажешь? – спросил у него Кротоус, Ольхолап так засмотрелся на шумных учеников, что не услышал, как к нему подошел наставник.

– Чудно́! – выдохнул Ольхолап.

– Точно подмечено! – согласилась вышедшая из-за кустов Вишнегривка. – В первый раз всё особенно странно!

– Смотри! – подал голос Кротоус. – Вон Рябинозвёзд, предводитель племени Теней, карабкается на Великий Дуб! – сказал он, указывая хвостом на мускулистого темно-рыжего кота, что уже уселся на развилке меж двух исполинских веток и принялся властным взглядом осматривать поляну, раскинувшуюся внизу.

«Не хотел бы я наступить такому на хвост!» – подумал Ольхолап, моргая.

– Однозвёзда ты уже видел, – продолжал Кротоус, указывая хвостом на бурого полосатика, восседающего на ветке чуть выше Рябинозвёзда. – А вон идет Невидимая Звезда, предводительница Речного племени.

Изящная серо-голубая кошка, словно птица, вспорхнула на нижнюю ветку. Ольхолап почувствовал прилив гордости, когда увидел, что Ежевичная Звезда тоже направляется к исполинскому дереву, чтобы занять свое место среди предводителей племен. «Его здесь все уважают!» – восхищался отцом Ольхолап.

– Глашатаи сидят в корнях дерева, – сказала ученикам Вишнегривка. – Вон тот бурый с белыми пятнами, Кролик, глашатай племени Ветра. Черный кот рядом с ним – Камышинник, глашатай Речного племени. А кот, что только что подошел к ним – Враноклюв из племени Теней.

– Пора и мне туда свои кости кинуть! – весело проурчала Белка, проходящая мимо. Она остановилась и окинула взглядом своих детей: – Это ваш шанс познакомиться с котами из других племен. Скорее же, идите и представьтесь.

Ольхолап видел, что старшие Грозовые воители уже присоединились к своим друзьям из соседних племен и с интересом обменивались новостями. Белка побежала к другим глашатаям, а Ежевичная Звезда вскарабкался на ветку рядом с Невидимой Звездой.

Ольхолап беспокойно оглядывал толпы толкающихся да сплетничающих котов. Ему было немного боязно первому подойти к ним. «Буду держаться поближе к Огнелапке!» – решил он.

– Я представлю вас паре своих знакомых, если хотите, – предложила Вишнегривка, и Ольхолап с готовностью закивал, но вездесущая Огнелапка выпалила, дернув ушами:

– Спасибо, но нам помощь не нужна! Мы сейчас сами со всеми перезнакомимся!

– Тогда, ладно! – кивнула Вишнегривка и поспешила поприветствовать стройную полосатую кошку, которая выглядела как воительница племени Ветра.

Ольхолап сердито посмотрел на сестру:

– Ты зачем так сказала? Вишнегривка могла бы нас с воителями познакомить!

Огнелапка не менее сердито сверкнула глазами:

– Не хочу прятаться за спину старшей кошки. Я что – котенок? – зашипела она. – Что коты из других племен о нас подумают?

– Хорошо, некотёнок, – парировал Ольхолап. – С кем разговаривать-то будем?

Огнелапка склонила голову и опустила хвост, будто только сейчас соизволила задуматься над этим вопросом, но затем гордо вскинула подбородок и принялась оглядываться по сторонам.

Почти сразу же Ольхолап заметил, как какая-то серебристо-серая кошечка с белой грудкой машет им хвостом. Судя по росту, она тоже была ученицей – её озорные зеленые глаза светились, когда она позвала их: «Что вы там стоите? Идете сюда!»

Радостный оттого, что кто-то другой сделал первый шаг, Ольхолап потрусил в сторону незнакомой кошечки, Огнелапка не отставала от него ни на шаг. Ноздри котика сразу заполнила странная вонь, которую он впервые почувствовал у границы с племенем Теней. Вежливый Ольхолап собрал все свои силы, чтобы не сморщить нос.

– Я Иглолапка, – представилась кошечка, – а это Гладколапка и Пчелолапка.

Две ученицы, сидящие рядом с Иглолапкой, кивнули в знак приветствия. У Гладколапки была палевая, почти желтая шерсть, а Пчелолапка оказалась пухлой белой кошечкой с черными ушами.

– Привет! – мяукнула Пчелолапка и подвинулась, чтобы освободить новым знакомым местечко в тени куста. – Мы из племени Теней.

– Это ваш первый Совет? – спросила Иглолапка и, не дожидаясь ответа, выпалила. – Мой – второй! Я уже три луны как ученица!

– Да, это наш первый Совет, – вежливо ответил Ольхолап. – Я Ольхолап, а это моя сестра – Огнелапка. Мы из Грозового племени.

– Да ну? – вытаращила глаза Иглолапка. – Значит, вы пришли сюда, чтобы командовать нами, как и всеми котами в лесу?!

– Что за чушь! – воскликнула Огнелапка, щёлкнув кончиком хвоста. Ольхолап почувствовал, как шерсть встает у него на загривке. – О чем ты говоришь? – наседала Огнелапка. – И вообще, какое ты право имеешь оскорблять нас?

– Пригладь шерстку, – мяукнула Иглолапка, обменявшись удивленными взглядами с соплеменницами, – уже и пошутить нельзя. Вы же знаете, что говорят соседи друг про друга. Грозовые коты любят покомандовать, племя Ветра все время трусит и убегает, словно перепуганные кролики, ну а Речные коты слишком жирные и ленивые, даже охотиться правильно не умеют.

Ольхолап едва не разинул пасть, да вовремя спохватился, обменявшись возмущенным взглядом с Огнелапкой. Кем эта Иглолапка себя возомнила, чтобы отзываться так о других племенах?

– Глупости это всё! – добавила Гладколапка, лизнув свою лапку и проведя ей за ушком. – Племя не может решать за кота, каким им быть. Это просто место, где ты родился. Кое-кто в племени Теней покомандовать любит не меньше Грозовых!

Огнелапка уже инстинктивно прижала уши, чтобы одарить Гладколапку парой ласковых, но Ольхолап подумал, что сумрачная ученица, была в чем-то права. Прежде чем Огнелапка успела открыть пасть, над поляной раздался зычный голос.

– Коты всех племен! Добро пожаловать на Совет! – Это был Рябинозвёзд, что гордо стоял, впившись когтями в исполинскую ветку. – Невидимая Звезда, не хочешь начать?

Серо-голубая кошка склонила голову и, поднявшись на лапы, обратилась к собранию:

– В Речном племени все благополучно, – начала она. – В озере полно рыбы…

– Речные коты едят рыбу! – воскликнула Пчелолапка. – Вот потеха! Неудивительно, что от них так несёт!

Ольхолап огляделся по сторонам, ожидая, что какой-нибудь воитель племени Теней отругает ученицу, но поблизости никого не было. Он лишь надеялся, что Невидимая Звезда не услышала грубость. Впрочем, даже если она и слышала, Речная предводительница не подала виду.

– В нашем племени прибавление – у Озёрницы родились четверо чудесных котят, – громко объявила она и вновь склонила голову перед Рябинозвёздом, прежде чем вернуться на свое место.

– Однозвёзд? – Рябинозвёзд кивнул в сторону предводителя племени Ветра.

– На пустошах охота нынче славная, – прокряхтел Однозвёзд.

– Конечно, славная, – пробормотала Иглолапка, – Когда эта плешивая шкура в последний раз охотилась?

– Ага, – засмеялась Гладколапка, – мой наставник сказал, что этот старый хрыч не то, что кролика – ежа слепого не поймает, даже если его ёж перед носом будет колоть своими иголками!

«Вы же говорите о предводителе племени!» – мысленно возмутился Ольхолап и тут же услышал позади себя сдавленный смешок Огнелапки. Он был не столько удивлен словами вражеских учеников, сколько тем, что воители рассказывали оруженосцам такие гадости.

– Какие-то бродяги объявились на дальней границе нашей территории, – продолжал Однозвезд, – Грач возглавил патруль, чтобы предупредить их и бродяги поспешно покинули нашу территорию, не доставив никаких проблем. Сейчас они уже далеко.

– Ох, я бы как следует прошлась когтями по их ушам, посмей они заявиться к нам, – пробормотала Пчелолапка, выпуская когти.

– Воины Ветра всегда были слабаками, – добавила Иглолапка. – По крайней мере, так Рыжинка сказала Враноклюву.

Гладколапка наклонилась вперед, чтобы прошептать Иглолапке что-то на ухо, но Ольхолап ничего не услышал, так как к собранию обратился Ежевичная Звезда.

– Угодья Грозового племени кишат дичью, – гордо мяукнул полосатый кот. – А в нашем племени стало на два оруженосца больше. Ольхолап и Огнелапка начали тренировки под руководством Кротоуса и Вишнегривки.

Ольхолап почувствовал, что каждый кот на поляне теперь глазел на них с сестрой. Кто-то даже принялся выкрикивать их имена: – Огнелапка! Ольхолап!

Смущенный вниманием со всех сторон, котик принялся вылизывать грудку. Даже среди своих соплеменников он всегда неуютно чувствовал себя, если оказывался в центре внимания! Огнелапка же, наоборот, казалось, наслаждается ликованиями со всех сторон.

Ежевичная Звезда вернулся на свое место, а Рябинозвёзд шагнул вперед.

– В племени Теней полно дичи, – сообщил он.

– Ну, в самом деле! – прошептала Иглолапка. – Как будто бы мы от него что-то другое сегодня услышим. Он бы сказал то же самое, болтайся у нас шкуры на костях. Он что, думает, мы все мышеголовые?

Ольхолапа крайне возмущало отвратительное поведение кошки. Неужели, она и своего предводителя не уважает? Ольхолап никогда не осмелился бы даже подумать подобное о Ежевичной Звезде! Тем более, он был уверен, что Рябинозвёзд не лжет. Эти холеные ученицы выглядели так, будто целыми днями лопают и не давятся!

– Двуногие все ещё приходят на нашу территорию в сезон Зеленых Листьев, – продолжал Рябинозвёзд, – но от них хлопот мало, а стоит только похолодать, уберутся обратно, где бы они ни жили!

– Чем скорее, тем лучше! – пробурчала Иглолапка.

– Двое наших оруженосцев стали полноправными воителями, – Рябинозвёзд гордо взглянул вниз, указывая хвостом на белого кота и палевую кошечку, что стояли плечом к плечу у подножия Великого Дуба. – Теперь их зовут Камнелёт и Осохвостка.

Молодые воины тут же выпрямились и обвели поляну горящими гордостью глазами. Коты племени Теней на все лады повторяли имена своих товарищей, некоторые из других племен тоже присоединились к общему хору.

– Кроме того, – продолжил Рябинозвёзд, когда шум стих, – четверо наших котят были произведены в оруженосцы. Пчелолапка стала ученицей Светлоспинки, Гладколапку обучает Когтегрив, а Камнелёт и Осохвостка получили в ученики Можжевельника и Вьрочка.

Но вместо веселого приветствия новоиспеченных учеников, по поляне разлился удивленный ропот.

Однозвёзд изучал взглядом тёмно-рыжего предводителя:

– В племени Теней теперь поручают воспитание оруженосцев юным неопытным воителям? – неодобрительно покачал он головой.

– В нашем племени просто так воинами не становятся! – возразил Рябинозвёзд, в голосе его послышалось едва заметное рычание. – Наши молодые воители готовы на все. А другим племенам лучше не лезть в наши дела.

– В племени Теней слишком много учеников, – высокомерно заявила Иглолапка своим новым знакомым. – Рябинозвёзд не знает, что с нами всеми делать.

– Рада за вас! – буркнула Огнелапка.

Ощущение странности всего происходящего все сильнее давило на Ольхолапа: мало того, что оруженосцы племени Теней неуважительно отзывались о своем предводителе, они спокойно обсуждали проблемы своего племени с чужаками.

Он отвлекся от своих мыслей, когда заметил, что предводители племен склонились поближе друг к другу и о чем-то шепчутся.

Мгновение спустя Рябинозвезд снова выступил вперед:

– Нашим целителям есть что сказать другим племенам, – объявил он. – Что-то важное, что они обсудили со своими предводителями только сейчас.

Напряженная тишина преследовала спины целителей, когда они сгрудились у корней Великого Дуба. Рядом с Листвичкой и Воробьем стояли две кошки, которых Ольхолап узнал – Мотылинка из Речного племени и её ученица Ивушка. Это они когда-то приходили в лагерь Грозового племени.

– Тот старый кот, должно быть, Перышко из племени Теней, – прошептал он на ухо Огнелапке.

– Тогда пятнистый серый кот – это Пустельга из племени Ветра, – ответила сестра.

Целители что-то деловито обсуждали меж собой, затем Пустельга быстро вскочил на один из кривых корней, рядом с глашатаями.

– У всех нас было общее видение, – начал он. – Мы получили пророчество о чем-то важном, что повлияет на судьбы всех лесных племен.

Взволнованные шепотки и возгласы прокатились по поляне, стоило ему закончить.

– С чего бы Звездному племени посылать вам общее пророчество? – раздался окрик. – Кто с вами всеми говорил?

– Сколько лун прошло со времен последнего Великого пророчества! – взвыл кто-то.

Шум становился все громче, пока Воробей ни вскочил на лапы и ни рявкнул:

– Ради Звездного племени, заткнитесь и разуйте уши!

Постепенно шум утих и Пустельга вновь взял слово:

– С нами пришел потолковать Огнезвёзд...

– Кто бы сомневался! – пробормотала Иглолапка. – Он и после смерти не перестал совать свой нос в дела каждого кота!

– … и сказал нам: «Примите то, что таят в себе тени, ибо только они сделают небеса вновь ясными».

– Что он имел в виду? – спросил Кролик, глашатай племени Ветра.

– Мы не знаем, – признал Пустельга.

– Ну, замечательно! – процедил Кролик.

Едва целитель племени Ветра произнес слова пророчества, как Ольхолапу показалось, что он слышит о чем-то знакомом. Он почти мог представить себе статного огненно-рыжего кота, которого Ольхолап прежде никогда не видел – глаза кота светились таинственным звездным огнем, когда он шептал слова предзнаменования. Мог ли это быть Огнезвёзд? Но все было так расплывчато, словно в полузабытом сне… Ученик попытался развеять смутные воспоминания и сосредоточиться на том, что происходило на поляне.

А на поляне не умолкал хор взволнованных голосов:

– Что все это значит?

– И что такого важного «таят в себе тени»?

– Как мы можем принять это, если даже не понимаем, что это такое?

– Может, предки имели в виду племя Теней?

– Если вы меня спросите, – зашипел какой-то старик из племени Теней, чья густая шуба была вся исполосована шрамами, – молодняку не мешало бы усвоить, что к старшим воинам надо относиться с должным уважением.

Пчелолапка и Иглолапка согнулись пополам от беззвучного смеха.

– Типичный Крысобой! – пробормотала Пчелолапка.

Симпатичная ученица из Речного племени подняла хвостик:

– Я нашла просто чудесные синие пёрышки в нашей тенистой долине и украсила ими гнездышко, – сказала она. – Может, это очень важно?

Угрюмый полосатик из Речного племени – наставник кочешки, догадался Ольхолап, – шлепнул её лапой по уху: «Шерстяная глупышка!»

– Наши угодья в старом лесу были полны теней, – пробормотал Однозвёзд. Сейчас он казался особенно старым, глаза его затуманили воспоминания. – Сколько было потеряно для нас, когда мы покинули это место.

– Но мы не можем отправиться на наше старое место, – голос Невидимой Звезды был полон теплоты и сочувствия, она легонько погладила бок старого кота кончиком хвоста. – Оно исчезло.

– А мне вот что интересно, – подал голос Белохвост, что сидел рядом с Яроликой и Белолапой. – Мы думаем, что это пророчество касается всех племен? А что если оно было только для Воробья?

– Хороший вопрос, – согласился Перышко.

– Огнезвёзд так же сказал, что «время больших перемен грядет для всех племен», – ответил Воробей, – что вроде бы намекает, что пророчество для всех.

– Но звездные предки сказали принять то, что таят в себе тени – как такое вообще возможно? – не унимался Враноклюв.

Казалось, будто туманная тёмная пелена напряженности и непонимания накрыла поляну – коты взволнованно переговаривались друг с другом.

– Вот здорово-то! – пискнула Огнелапка. – Представляешь, мы с тобой находим эти тени или как их там… и спасаем Грозовое племя!

– Сомневаюсь! – неуверенно ответил Ольхолап. – Не чувствуя я себя героем!

– Да, неужели? – Иглолапка, очевидно, подслушивала. – Неужели кто-то может сравниться в поиске с самыми дотошными в мире Грозовыми котами? – дразнила ученица. – Куда нам, Сумрачным…

– Слушай, еще одно слово… – ответила Огнелапка, злобно сверкнув глазами. – Ха, знаешь, а ты права! Мы намного лучше Сумрачных! Подожди и увидишь!

– Ерунда это все! – пренебрежительно мяукнула Гладколапка, понизив голос. – Всякие пророчества и знамения – просто глупость!

Ольхолап и Огнелапка обменялись удивленными взглядами. Неужели Гладколапка не верит в Звездное племя? Это ужасно! Он подумал, что Пчелолапка и Иглолапка тоже были обескуражены словами соплеменницы, поскольку они замолчали. Но потом из крошечных пастей послышался истерический смех.

И тут Ольхолап почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд, словно прожигающий ему шкурку на спине. Он повернулся к Великому Дубу, и его шерсть начала потрескивать от тревоги – у подножия дерева в окружении других целителей сидела Листвичка и смотрела на оруженосца пронзительными, немигающими глазами.

«Но почему?»

Глава 4

– Ольхолап, ты хоть пытаешься сосредоточиться? – Кротоус раздраженно рассекал хвостом воздух. – Даже маленький котенок может повторить это движение!

Двое оруженосцев занимались боевой тренировкой на поляне недалеко от лагеря. Кротоус показывал им, как подниматься на задние лапы, чтобы молниеносно атаковать противника сверху. Огнелапка с лету поняла прием и, повалив брата на землю, не замедлила хорошенько отлупить того по ушам. Но каждый раз, когда Ольхолап пытался повторить этот прием, он терял равновесие, и Огнелапке удавалось ускользнуть, прежде чем он был готов обрушиться на неё.

Ольхолап прекрасно понимал, почему он никак не может сосредоточиться на тренировке. Все его мысли занимал пристальный взгляд Листвички, которым она наградила его во время последнего Совета. Почему она всегда на него так смотрит? До недавнего времени целители не обращали на него никакого внимания, лишь когда он был маленьким котенком, они помогли ему вытащить шип, застрявший в подушечке. Сейчас же у него было чувство, что они все время следят за ним. «Не нравится мне это!» – сказал он себе.

– Достаточно боевой тренировки на сегодня! – со вздохом объявил Кротоус. – Вишнегривка, почему бы вам с Огнелапкой не отнести в лагерь вашу добычу? А мы с Ольхолапом попытаем счастья в другой части леса.

– Идет! – согласилась Вишнегривка. – Может, ещё чего поймаем по пути. Удачи, Ольхолап!

Вишнегривка засеменила в сторону лагеря, Огнелапка вприпрыжку бежала за своей наставницей: сегодня днем юная ученица поймала жирного дрозда и белку, заработав самую высокую похвалу от Вишнегривки.

– Идем, Ольхолап! – Кротоус углублялся все дальше в лес. – Может, без сестрицы рядом ты будешь лучше охотиться.

«Сомневаюсь, – невесело подумал Ольхолап, плетясь следом за наставником. – Я ещё ничего не поймал. Ни сегодня, ни за все время. А Огнелапка постоянно в лагерь что-то приносит».

Уже который раз за день его мысли вернулись к Листвичке. «Целители умеют проникать в суть вещей, – размышлял он. – Может, она сразу поняла, что со мной что-то не так, и я никогда не стану хорошим воином».

Он настолько погрузился в свои мысли, что даже не заметил, что Кротоус остановился и что-то настойчиво втолковывает ему. Все, что он услышал, это: «…а теперь попробуй сделать так».

– Прости, – виновато мяукнул он. – Можешь повторить?

Кротоус недовольно выпустил когти, его голос был тихим, но резким:

– Ольхолап, может, ты все-таки будешь обращать внимание на то, что я говорю? Воитель, не умеющий охотиться, племени не нужен.

Ольхолап вздрогнул от его сурового тона. Кротоус пристально взглянул на него и вздохнул. Видимо, наставнику с трудом удавалось держать себя в лапах.

– Я хочу, чтобы ты сосредоточился на небольшом участке земли, пока выискиваешь добычу, – наконец выдавил он. – Не отвлекайся на звуки и запахи за пределами твоей территории.

– Хорошо, постараюсь.

Оглядевшись, ученик выбрал маленькую полянку и подножия дуба и напряг все свои чувства. Наконец, он услышал, как кто-то скребется среди корней. Пропустив воздух через пасть, Ольхолап узнал запах мышки.

Темно-рыжий кот принял охотничью стойку и медленно пополз вперед. Он вспомнил, чему его учил Кротоус: держаться низко, едва касаясь земли животом, хвост должен быть неподвижен.

Он ступал так легко, как только мог. Приближаясь к дереву, он почувствовал, как его шкурка потрескивает при мысли о победе. «На этот раз у меня все получится… Я уверен!»

Теперь он мог видеть крошечное, серое тельце существа, которое пряталось за островком высокой травы. Челюсти ученика уже наполнились слюной от запаха добычи. Ольхолап изготовился к прыжку, но тут сучок предательски треснул под его передней лапой. Едва он успел опомниться, мыши и след простыл.

Ольхолап остановился, взвыв от разочарования. Он не смел поднять глаз на наставника, пока высокий силуэт Кротоуса ни навис прямо над ним. Кончик хвоста старшего кота раздраженно дергался.

– Хватит на сегодня, – отрезал Кротоус ровным голосом, изо всех сил пытаясь скрыть свою досаду.

Ольхолап молча поплелся в лагерь, он словно продирался через пелену отчаяния. «У меня ничего не получается! Где вы видели воителей, которые не умеют охотиться и сражаться?!»

Стоило котам протиснуться через колючий лаз в лагерь, как к ним подбежал Ежевичная Звезда.

– Кротоус, мне нужно поговорить с тобой, – серьезно промолвил предводитель, – зайди ко мне в палатку.

– Слушаюсь, Ежевичная Звезда, – Кротоус взглянул на ученика, прежде чем последовать за предводителем. – Можешь идти поесть, Ольхолап.

Ольхолап заковылял к куче с добычей. Огнелапка уже была там, вытаскивая из кучи упитанного дрозда, которого так ловко поймала сегодня.

– Как все прошло? – спросила сестра.

– Не спрашивай! – буркнул Ольхолап. – Опять упустил легкую добычу!

– Мышиный помет! – Огнелапка сочувствующе прижалась мордочкой к его щеке. – Не бери в голову. Я поделюсь с тобой дроздятиной.

– Спасибо, – печально протянул Ольхолап. «Неужели мне всегда придется принимать еду от других?»

Откусив первый кусочек, Огнелапка с любопытством взглянула на пещеру Ежевичной Звезды на Высокой Скале.

– У тебя неприятности? – спросила она брата. – Вот почему Кротоус разговаривает с Ежевичной Звездой?

У Ольхолапа неприятно засосало в животе. «Я об этом и не подумал. Просто был рад, что тренировка закончилась».

– Нет, конечно, – ответил он, нервно поглядывая на скалу. Но он не смог унять предательскую дрожь в голосе. Огнелапка ему не поверила, да и он сам себе не верил.

В это время из пещеры вышли Ежевичная Звезда и Кротоус, следом за ними показались Листвичка и Воробей. Все четверо поспешно спустились вниз по россыпи камней, Ежевичная Звезда на ходу поманил хвостом Ольхолапа.

«Великое Звездное племя! Они все же про меня говорили!» Обменявшись взволнованным взглядом с сестрой, он сглотнул и неуверенно заковылял к отцу.

– Я знаю, что ты старался всеми силами познать воинское искусство, – начал Ежевичная Звезда, когда сын подошел к нему. Его глаза светились теплотой, а голос был мягок. – Я горжусь тем, чему ты научился. Но иногда молодой кот может пройти полпути по дороге судьбы, которая ему не предназначена.

Ольхолап непонимающе моргнул.

– Я не понимаю.

Взгляд Ежевичной Звезды смягчился.

– Похоже, тебя ждет иная судьба: ты станешь учеником целителей.

– Что? – разинул пасть Ольхолап. Он понимал, что его накажут за неудачи на охоте, но не думал, что он навсегда расстанется с наставником. – Я больше не буду учиться на воителя?

Ежевичная Звезда кивнул в сторону двух целителей.

– Воробей и Листвичка видели знамение о твоей новой судьбе.

– Но я… не могу, – выдавил Ольхолап. Даже в своих самых странных фантазиях он не представлял себя целителем. «Я ж им всё испорчу…»

Да и к тому же, не верил он в это знамение. Это всего лишь отговорка Ежевичной Звезды, который не хотел ранить чувства единственного сына. «Воробью и Листвичке ни к чему сейчас ученик, – подумал Ольхолап. Молодой кот был так напуган и расстроен, что готов был убежать из лагеря… Он бы убежал, далеко-далеко, туда, где бы ни один кот не знал о его провалах и ошибках.

– Пожалуйста, – взмолился он. – Я обещаю, что исправлюсь. Буду слушаться Кротоуса и стараться изо всех сил!

– Ты уже стараешься всех сил, – сочувственно промолвил Кротоус. – Я не сержусь на тебя.

Вперед выступила Листвичка.

– Это не наказание, – объяснила она. – Ежевичную Звезду об этом попросили мы с Воробьем.

– Они сказали мне, что верят, будто ты можешь связываться со Звездным племенем, – вставил Ежевичная Звезда.

Ольхолап понимал, что его отец и предводитель племени вряд ли стал бы ему врать. Но все это звучало так неправдоподобно. «Не понимаю, с чего Листвичка с Воробьем взяли, что я могу говорить с предками!»

– Могу я что-нибудь сделать, чтобы ты передумал? – в отчаянии взмолился он, глядя на отца.

Ежевичная Звезда покачал лобастой головой.

– Это не от меня зависит, – ответил он. – Это воля Звездного племени, это твое предназначение.

Осознав, что дальше спорить бесполезно, Ольхолап глубоко вздохнул.

– Ладно, – безрадостно ответил он и поплелся к куче с добычей, где Огнелапка деловито уплетала дрозда. Тупо уставившись на останки птицы, ученик понял, что не голоден.

– Ну, что Кротоус и Ежевичная Звезда хотели тебе сказать? – с любопытством спросила Огнелапка.

– Сказали, что… – Голос Ольхолапа дрожал, котик сделал глубокий вдох и продолжил: – Что я должен стать учеником целителей.

Глаза Огнелапки изумленно расширились.

– Да это же здорово! – воскликнула она. – Целители очень важны!

Затем она, похоже, поняла, что брата её вовсе не радует такая перспектива и шутливо добавила:

– Конечно, будучи целителем можно со скуки помереть! Куча больных и травы всякие! – Она задумчиво моргнула. – Может, поэтому ты был так плох на охоте… тебе предназначено было стать целителем!

Ольхолапу показалось, что вся дичь, которую он когда-либо съел, встала у него в горле огромным комом. «Они хотят, чтобы я стал целителем не потому, что я особенный или важный: я просто не гожусь в воители, вот и всё!»

Он тяжело сглотнул, не в силах справиться с тугим узлом, возникшим в его груди. «Ну, я им ещё покажу! Стану самым лучшим учеником целителей! Буду стараться так, как никто ещё до меня. Чтобы Белка и Ежевичная Звезда смогли гордиться мной!»

Но в глубине души Ольхолап был уверен: что бы он себе ни надумывал, у него ничего не получится. «Я не целитель. Такими становятся только особенные коты. А я… не такой».

Ольхолап вышел из пещеры оруженосцев и оказался в холодных объятиях утреннего тумана, что окутал каменный овраг. Огнелапка всё ещё мирно посапывала в своем моховом гнездышке. Кот выгнул спинку, чтобы размять затекшие мышцы, сбросил с себя остатки сна и засеменил на поляну. Большинство его соплеменников ещё спали, у пещеры воителей Белка отправляла Бурого, Ягодника и Яролику в рассветный патруль.

– Что-то рано ты встал! – окликнула сына глашатая, когда он проходил мимо неё.

– Воробей хочет меня видеть у себя в пещере, – ответил Ольхолап.

– Да, его лучше не заставлять ждать, – проурчала Белка и торопливо лизнула сыночка в макушку. – Но все же поешь сначала. Учёба тяжело даётся, коли желудок пуст!

– Спасибо! – пробасил Ольхолап. Подбежав к куче с добычей, он вытащил землеройку и прикончил её в пару торопливых кусков.

Это был второй день Ольхолапа в качестве ученика Воробья и Листвички. Прошлым вечером он просто сидел в углу целительской пещеры, наблюдая за их работой и стараясь держаться от всего подальше. Но Листвичка сказала, что с этого дня он начнет им помогать.

Какая-то часть его с нетерпением ждала этого, но молодой кот немного побаивался вспыльчивого и острого на язык Воробья. Ольхолап был уверен, что серый кот вовсе не жаждал видеть его своим учеником. Листвичка была доброй, но Ольхолапу всегда было неуютно от её пронзительного, немигающего взгляда.

Целители спали в своей пещере вместе с Иглогривкой, кошкой с неподвижными задними лапами. Иногда там спали больные коты, которые нуждались в заботе и неусыпном внимании. Так что Воробей с Листвичкой решили, что Ольхолапу пока лучше ночевать в пещере оруженосцев с сестрой. Ольхолап был рад делить пещерку с Огнелапкой, но даже это заставляло его чувствовать ненастоящим учеником целителей. В его шкурку словно впился колючий шип ревности, когда он вспомнил прошлый вечер: Огнелапка пересказывала ему во всех подробностях пограничный патруль, в который она ходила с Вишнегривкой и другими соплеменниками. «Ну, почему я не могу быть обычным учеником воителя, как Огнелапка? – часто сокрушался Ольхолап, но потом брал себя в лапы. – Больше об этом думать не буду. Нужно стараться. Не могу же я и сейчас потерпеть неудачу?»

Как только Ольхолап протиснулся в узкий ежевичный лаз, скрывавший вход в пещеру целителей, он заметил Воробья, копавшегося в расщелине у дальнего конца стены, где хранились травы и коренья.

– Ещё позже заявиться не мог? – рявкнул слепой целитель.

– Да, ладно тебе, Воробей, – мягко проворковала Листвичка, ни на секунду не отвлекаясь от Иглогривки, которой она старательно массировала неподвижные конечности. – Солнце ещё не взошло.

Серый целитель обнажил клыки и зарычал: – Говорю, что хочу. Я теперь не твой ученик. – И, повернувшись к Ольхолапу, спросил: – Хорошо сегодня спал?

– Эм… да, спасибо, – выдавил Ольхолап, опешивший от столь резкой переменой в голосе Воробья: сейчас слепой целитель звучал настойчиво.

– У тебя иногда бывают странные сны?

Ольхолап чувствовал себя неловко под незрячим взором Воробья. Ему казалось почти неприличным пялиться на морду слепого целителя, понимя, что Воробей не может его видеть. Ольхолап отвернулся в сторону, только чтобы встретить на себе внимательный взгляд Листвички. Молодому коту казалось, что шубка его превратилась в муравейник – все его тело дрожало.

– Ну… вроде как, да, – запинаясь пробормотал он. – Но у всех же бывают?

– Ой, я такой странный сон видела! – перебила его Иглогривка, подтягиваясь вперед на передних лапах. – Прошлой ночью мне снилось, что я могу летать, представляете? Я парила над территорией племени, видела все-все. Вот здорово-то было!

Ольхолап был доволен, что внимание переключилось на кого-то другого. Воробей и Листвичка лишь переглянулись, и Воробей вновь вернулся к своим травам.

– Иди сюда, – буркнул он Ольхолапу. – Пора тебе начать изучать травы.

Ольхолап подошел к нему и уставился на аккуратно сложенные пучки трав на полу пещеры. Для него они все выглядели как кучки пожухлых листьев, но у него хватило ума не сказать об этом вслух.

– Это золотарник, – начал Воробей, обнюхивая растение с ярко-желтыми цветочками. – Мы используем его для очищения ран. А это пижма, которая хороша при кашле… Конечно, не так хороша, как кошачья мята… вот эта, здесь.

– Но и пижма полезна в нашем деле, – вставила Листвичка, которая закончила массировать лапы Иглогривки и теперь помогала кошке делать упражнение: Листвичка кидала ей моховой шарик, а бурая кошка должна была его ловить. – И от боли в суставах помогает тоже.

– А это водяная мята, – продолжал Воробей, поведя ушами в сторону ворсистых стебельков с шариками светло-сиреневых, похожих на шипы, цветочков. – Мы даем её страдающим от болей в животе.

– Дай ему понюхать, – предложила Листвичка. – В нашем искусстве многое зависит от запахов и хорошего нюха, – добавила она Ольхолапу.

Воробей потеснился и Ольхолап смог вплотную подойти к трещине и обнюхать растения. «Не думал, что они все пахнут… травой».

– Вот здесь у нас тысячелистник, – продолжал Воробей, – он помогает вызывать тошноту. Мы даем его отравившимся котам. Также из него можно сделать кашицу для потрескавшихся подушечек. Понял? – спросил он, резко обернувшись.

– Эээ… понял, наверно, – неопределенно протянул Ольхолап. На самом деле у него голова шла кругом! Он подумал, что ему никогда не удастся запомниться все эти многочисленные травы. «Это только начало, а они для меня все пахнуть одинаково!»

А Воробей все продолжал рассказывать ему про разные травы. Ольхолап машинально нюхал их, но ему казалось, что он провел в этом пещере уже несколько лун: шею ломило, а глаза щипало от огромного количества травянистых запахов.

Солнце поднялось на макушку небо, и из-за ежевичного полога у входа в пещеру просунулась мордочка Огнелапки.

– Чего надо? – проворчал Воробей. – Мы заняты, так что давай побыстрее.

– Меня Вишнегривка послала, – бойко ответила Огнелапка, нисколько не смутившись от грубого тона слепого целителя. – У Пурди живот разболелся, я пришла за травами.

– Ох, бедняжка, Пурди! – воскликнула Листвичка. – Я заскочу в пещеру к старейшинам и осмотрю его.

Воробей повернулся к Ольхолапу.

– Ну? Что Листвичка должна взять с собой? Какая трава помогает от боли в животе?

– Эм… это у нас будет… – мямлил Ольхолап. Он точно знал, что Воробей рассказывал ему сегодня про это. Но в е его голове ворошилось столько новых названий, что он никак не мог понять, что же ему ответить. В панике он огляделся по сторонам и заметил, что Иглогривка что-то ему шепчет, не разжимая зубов: – В…ая мя..та. Вод…я м..та!

– Водяная мята! – выпалил Ольхолап, с благодарностью глядя на Иглогривку.

Он почувствовал странную теплоту в груди, заметив впечатленный взгляд Огнелапки. «Здорово показать ей, что и я чего-то могу!»

– Хорошо, – колко процедил Воробей. – Теперь найди её в наших запасах.

Ольхолап уставился на груду трав. Он понятия не имел, как выглядит водяная мята. Воробей нетерпеливо повел усами, и Ольхолап вытащил из кучи первый попавшийся стебель – с ярко-желтыми цветочками.

– Это золотарник, – вздохнул Воробей. – Если Пурди это съест, у него живот разболится ещё сильнее. Водяная мята – вот эта.

Серый целитель подцепил когтем стебелек с сиреневыми листочками и передал его Листвичке. Та схватила растение в зубы и поспешила к выходу из пещеры, Огнелапка за ней.

– Тебе следует быть внимательнее, – зашипел Воробей. – Жизни котов зависят от нас.

– Я знаю, – вздохнул Ольхолап, но в голове у него крутилась одна-единственная мысль: «Как я же выучу все это?!»

Глава 5

Ольхолап на мгновение замер перед запасами трав, затем уверенно вытащил несколько листочков пижмы.

– Вот так, Голубка, – мяукнул он. – Мы поможем твоему больному горлу.

Бледно-серая кошка закивала.

– Спасибо, Ольхолап. – Уходя, она слизнула листья и начала жевать их. – Уже намного лучше, – промямлила она с набитым ртом.

– Хорошая работа! – бодро мяукнул Воробей.

Ольхолап ощутил, как в груди разлилось тепло. «Воробей в первый раз его похвалил!» Котик был учеником целителя уже несколько рассветов, и его жизнь уже не казалась такой невыносимой, как это было поначалу. Тем не менее, Ольхолап всё ещё с трудом представлял себя в качестве целителя.

Когда он начал приводить в порядок остальные листья пижмы, через ежевичную ограду пробралась Белка.

– Листвичка еще не вернулась? – спросила она у Воробья, заходя в палатку.

– Нет, – пробурчал Воробей. – И зачем ей понадобилось уходить в племя Теней только из-за плохого самочувствия Перышка, я не знаю.

– Она всего лишь хочет ему помочь, – мяукнула Белка.

– Прямо сейчас перед тобой кот, который знает, что нужно делать с оруженосцами, – фыркнул Воробей. – Племя Теней кишит учениками, ты думаешь, они не могли найти одного для Перышка? Но нет, обязательно было занимать целителя у Грозового племени!

– Ты знаешь не хуже меня, – мягко отозвалась Белка, – что учеником целителя может быть только определённый, подходящий для этого кот.

Она бросила на Ольхолапа ласковый взгляд, и тот растаял от её слов.

– Мы с Ежевичной Звездой хотели поговорить с тобой в палатке предводителя, – обратилась Белка к Воробью. – Ты сейчас занят?

– Ничего такого, что не может подождать, – ответил Воробей. – Ольхолап, ты можешь помочь Иглогривке с её упражнениями. Я скоро вернусь.

Когда он ушел, Ольхолап скатал шарик из мха и стал бросать его Иглогривке, чтобы помочь ей размять грудь и передние лапы. Он был поражён тем, какой проворной была кошка, ловившая шарик даже тогда, когда Ольхолапу казалось, что он вне ее досягаемости.

– А ты большая молодец! – воскликнул оруженосец.

– Я много практиковалась, – мяукнула Иглогривка. – Это вправду помогает мне с дыханием. А как твоё обучение? – спросила она мгновением позже.

Ольхолап закивал головой:

– Уже немного лучше, но я не уверен, что смогу когда-нибудь стать настоящим целителем.

– У тебя всё получится! – уверила его Иглогривка. – Подумай о том, сколько ты уже выучил, а ведь ты ученик меньше, чем пол-луны.

Ольхолап надеялся, что она была права. Котик чувствовал себя виноватым из-за того, что слишком тревожился по пустякам, тогда как Иглогривка, несмотря на множество препятствий и сильные боли, никогда не сдавалась и, кажется, едва ли жалеет себя.

– Воробей! Воробей!

Ольхолап напрягся, услышав неистовый визг своей сестры снаружи, в лагере. Мгновением позже, заливаясь слезами и задыхаясь, она с безумными глазами вбежала в палатку.

– Где Воробей? – спросила она. – Я была в лесу с Вишнегривкой и Медовушкой, и Вишнегривка поранилась – порезала лапу. Ей нужна помощь прямо сейчас!

На мгновение Ольхолап застыл, чувствуя, как его накрывает паника. «У меня раньше никогда не возникало никаких непредвиденный ситуаций, а теперь я еще и остался один! Как мне быть?»

– Воробей в палатке Ежевичной Звезды, – твёрдо сказал Ольхолап. – Иди и приведи его, Огнелапка.

Огнелапка тут же выскочила прочь. Пока выдалась минутка ожидания, Ольхолап судорожно пытался решить, что ему делать. «Может, мне следует взять каких-нибудь трав из запасов? Что именно нужно для пораненной лапы?»

Он испытал огромное облегчение, когда услышал, что снаружи его зовёт Огнелапка. Ольхолап выскользнул из палатки целителя и увидел её, ожидающую вместе с Воробьем.

– Пошли! – распорядился Воробей. – Огнелапка, показывай, где ты оставила Вишнегривку.

Ученица выбралась из лагеря и направилась прямо к границе с племенем Теней. Ольхолап, помогая слепому целителю обходить пеньки и ежевичные заросли, последовал за ней. Несмотря на то, что котик волновался о Вишнегривке, он был счастлив снова пройтись по лесу вместо того, чтобы сидеть заложником палатки целителей целыми днями.

– Ты не мог бы пошевеливаться? – раздраженно рявкнул на него Воробей. – Вишнегривка может истечь кровью и умереть!

– Делаю всё, что в моих силах, – отозвался Ольхолап. Он почувствовал укол досады от того, что мог бы бежать много быстрее, если бы ему не пришлось вести слепого кота. Однако ученик понимал, что Воробей такой злобный только потому, что ненавидит свою беспомощность, так что Ольхолап сохранял спокойствие и смотрел вперёд, выбирая наиболее легкий путь.

– Как Вишнегривка поранилась? – спросил Воробей, когда они вышли на побережье, где идти было проще.

– Ну, мы болтали про пророчество, – начала рассказ Огнелапка, – и Вишнегривка предположила, что «те, что вы нашли в тенях» – это те домашние киски, которые оставались с Грозовым племенем во время Великой Бури. Мы собирались найти их и спросить, хотели бы они вернуться обратно.

Почему-то Ольхолап был не удивлен. Сам он был слишком занят после Совета, чтобы сильно задумываться о пророчестве, но остальная часть племени, похоже, ни о чем другом и говорить не могла.

Воробей вздохнул.

– Это мышеголовая идея! Домашние киски не имеют никакого отношения к Звёздному племени. Племенным котам нет от домашних никакого толку.

– Вишнегривка считала, что возможно и такое, – мяукнула Огнелапка, защищая наставницу.

– Кроме того, вам нужно было бы пересечь территорию племени Теней, чтобы добраться до Гнезд Двуногих! – прорычал Воробей, недовольно зашипев, споткнувшись об упавшую ветку. – Вам нужно было спросить разрешения перед тем, как пытаться покинуть территорию Грозового племени! Безмозглые комки шерсти!

– Это был всего лишь наш план! – шерстка на загривке Огнелапки ощетинилась в ответ на пренебрежительный тон Воробья. – В любом случае, мы даже не приблизились к землям племени Теней. Вишнегривка поскользнулась и поранилась на каком-то мусоре Двуногих прежде, чем мы добрались до границы.

Воробей не стал отвечать, хотя все ещё казался рассерженным.

– Просто мы думали, что если мы сходим к Гнезду Двуногих, то можем найти там кого-нибудь из домашних котов, которые были бы знакомы с теми, кого мы ищем, – мяукнула Огнелапка.

– Да помоги нам Звёздное племя! Вот мышиные мозги! – закатил глаза Воробей.

Огнелапка стиснула челюсти покрепче, чтобы не нагрубить в ответ. Ольхолап жалел её, хотя сам понимал, что Воробей был прав. «Понятно же, что домашние киски не могут быть частью пророчества от Звёздного племени».

– Вот сюда, – мяукнула Огнелапка мгновение спустя. Она свернула с берега и повела их через стену молодых ореховых деревцев в травянистый овраг, укрытый тенью ветвистого бука. У корней дерева лежала Вишнегривка, вытянув одну лапу, а Медовушка в тревоге расхаживала взад и вперед.

– Спасибо Звёздному племени, вы наконец пришли! – воскликнула темно-коричневая кошка, завидев, как Огнелапка пробирается в овраг.

Ольхолап проследовал за Воробьём и стоял рядом, пока целитель осматривал лапу Вишнегривки. На подушечках лапы был глубокий порез, из него струилась кровь. Сгустки крови пропитали траву вокруг неё, а ещё Ольхолап обнаружил рядом несколько обломков твёрдого, чисто Двуноговского мусора. Он легонько дотронулся до одного из кусочков и почувствовал острые края.

– Осторожно! – предупредила его Медовушка. – Эти штуки поранили Вишнегривку.

– Вот почему Двуногие не могут забрать свои штуки обратно в свои Гнёзда вместо того, чтобы разбрасывать их повсюду и ранить котов? – сердито поинтересовалась Огнелапка.

– Ольхолап! – целитель поманил ученика хвостом. – Нам нужна паутина, чтобы остановить кровотечение. Иди и найди немного.

Ольхолап замер, удивлённо оглядываясь вокруг. «Паутина? Где?» Вид и вонь крови, лицо Вишнегривки, искажённое от боли, заставили его так разволноваться, что отяжелевшие лапы будто вросли в землю.

– Вот там! – Огнелапка указала на дуб в другой части оврага. – В том дереве трещина, а значит, должна быть и паутина.

Прежде чем Ольхолап смог пошевелиться, его сестренка сорвалась с места, за ней семенила Медовушка. «Огнелапка даже с обязанностями целителя сейчас справляется лучше меня!» – подумал Ольхолап, злой на самого себя. Он ещё больше огорчился, когда понял, что Огнелапка была права, вернувшись с полными лапами паутины.

– О, во имя Звёздного племени, Ольхолап! – гневно зашипел Воробей. – Иди сюда. Положи сюда лапу, – он указал кончиком хвоста на место на лапе Вишнегривки. – Нажми сюда посильнее, – нет, ещё сильнее. Не бойся причинить ей боль. Нам необходимо остановить кровотечение.

– Всё хорошо, Ольхолап, – втянула воздух Вишнегривка.

Ольхолап изо всех сил старался зажать лапу кошки, как показал ему Воробей, и к его облегчению струйка крови из лапы Вишнёвой ослабла и затем и вовсе остановилась.

– Славно, – буркнул Воробей. – Теперь – паутина.

Ольхолап глазам не верил, наблюдая, как ловко Воробей обращался с раной, учитывая, что кот был слеп.

– Теперь отпусти, – распорядился Воробей, когда паутина была намотана на раненую лапу. – И, помоги нам Звёздные предки, будем надеяться, что кровотечение не начнется снова.

Ольхолап поднял лапу и уставился на повязку из паутины, боясь увидеть там кроваво-алое пятно, расползающееся по серой паутине.

– Кровь больше не течёт, – мяукнул он спустя несколько ударов сердца.

– Хорошо, – судя по голосу, Воробей был доволен. – Вишнегривка, теперь нам нужно отвести тебя обратно в лагерь. Только не пытайся ступать на эту лапу. Огнелапка, Медовушка, поддержите её.

По возвращению в лагерь Воробей позволил другим котам довести Вишнегривку до его палатки. Ольхолап соорудил для кошки гнёздышко рядом с Иглогривкой, и воительница опустилась в него со вздохом облегчения.

– Спасибо, Воробей, – мяукнула она. – И тебе, Ольхолап. Мне жаль, что я доставила всем столько хлопот.

– Просто вспомни об этом в другой раз, когда решишь сделать что-то мышеголовое, – пробормотал Воробей. – А теперь, Ольхолап, сними-ка паутину. Я хочу осмотреть рану получше.

– А что, если опять начнется кровотечение? – нервно спросил Ольхолап.

– Тогда мы наложим побольше паутины, ты, с пчелами в голове!

С осторожностью, на которую был только способен, Ольхолап запустил когти в повязку из паутины и аккуратно обнажил рану. Он почти не дышал, пока не убрал последнюю паутинку, но, на его счастье, никакого кровотечения не было.

Тем временем Воробей сходил в кладовую для трав и принес кусочек корня окопника.

– Мы сделаем из этого припарку для раны, – мяукнул он, бросив корешок к лапам Ольхолапа. – Ты можешь пока что его разжевать, а тебе, Вишнегривка, нужно как следует вылизать рану.

Ольхолап принялся старательно разжевывать корень, морщась от его острого вкуса. Когда котику показалось, что уже достаточно, он выплюнул корень обратно. Воробей наклонился и обнюхал получившуюся кашицу.

– Сойдёт, – прокомментировал он. – Теперь намажь ею лапу Вишнёвой.

Ольхолап заметил, как начала расслабляться Вишнегривка, когда он наложил кашицу на нужное место, и сок окопника стал проникать в рану.

– Это так приятно… – пробормотала она.

– Тебе нужно поспать, – сказал ей Воробей, когда с припаркой было покончено. Обернувшись к Ольхолапу, он добавил: – С тебя тоже хватит на сегодня. Иди и съешь что-нибудь.

– Спасибо, Воробей.

На дрожащих от изнеможения лапами Ольхолап выскользнул из палатки. Заметив свою сестру у кучи с дичью, он направился к ней.

– Пошли поделим эту полёвку, – пригласила его Огнелапка, когда котик подошел ближе. – Я её поймала, когда охотилась сегодня с Вишнегривкой. Разве она не чудесна?

Ольхолап ощутил, что челюсти свело при взгляде на жирный кусок добычи, и осознал, что у него живот урчит от голода. И в то же время волна смущения прокатилась по его шерсти.

– Я, правда, испугался, когда увидел рану Вишнегривки, – признался он. – Я даже не смог просто пойти набрать паутины, – он издал долгий вздох. – Как я смогу стать целителем, если обмираю при виде крови?

– Ох, мышиный помёт! – бодро мяукнула Огнелапка. – Я не имею ни малейшего понятия, почему кому-то может захотеться стать целителем, но я впечатлена тем, как ты остановил кровь из раны Вишнегривки! Тебе просто нужно доверять себе, – она подошла ближе и коснулась хвостом брата. – Я так делаю, когда охочусь. Это когда ты перестаешь волноваться о том, что упустишь дичь, то же самое и с паутиной. Но после ты же делал всё правильно. Так что, думаю, в конце концов ты станешь хорошим целителем.

– Ты правда веришь в это? – спросил Ольхолап.

Огнелапка наградила котика дружеским тычком.

– Конечно же, глупый комок шерсти!

Откусывая кусочек от сочной полёвки, Ольхолап осознал, что начинает чувствовать себя гораздо лучше.

Глава 6

Когда на следующее утро Ольхолап вошёл в палатку целителей, он обнаружил, что Листвичка уже возвратилась. Целительница тщательно обнюхивала рану Вишнегривки.

– Выглядит неплохо, – сказала она рыжей кошке. – Но тебе нужно сказать Белке, что на сегодня ты освобождена от воинских обязанностей. Иди в свою палатку и отдыхай.

Вишнегривка благодарно кивнула и ушла прочь, прошмыгнув мимо Ольхолапа.

– Привет, Листвичка, – мяукнул Ольхолап. – Как поживает Пёрышко?

– Лучше, – отозвалась Листвичка, выпрямившись. – Он всего лишь подхватил белый кашель. Хотя я всё равно волнуюсь за него. Он уже так стар, а во всём племени Теней нет никого, кто мог бы помочь ему.

– Звёздное племя наверняка пошлёт знак кому-нибудь, – промямлил Ольхолап.

– Кхе! – отозвался Воробей из своего темного уголка пещеры, где он перебирал травы. – Да все эти Сумрачные коты так обожают быть воителями, что ни один из них, скорее всего, и не обратит внимания на какие-то там знаки.

«Как я их понимаю!» – подумал Ольхолап, хотя он уже и начинал чувствовать себя гораздо уютнее в этой новой жизни.

– Как бы то ни было, – мяукнула Листвичка, – сегодня ночью ты встретишься с Пёрышком и остальными целителями. Сегодня ночь Половины Луны, самое время сходить к Лунному озеру.

Ольхолап застыл. Когда он был на Совете, все целители, передававшие племенам пророчество, казались ему такими важными и значительными. «Что я им скажу? Я не чувствую себя одним из них».

И в то же время его шкурка потрескивала от возбуждения. «Никто, кроме самих целителей, не знает, что происходит на их встречах у Лунного озера».

– А что мы будем там делать? – поинтересовался он.

– Увидишь, – ответил ему Воробей. – А сейчас – как насчет того, чтоб поработать? У нас нет ни листика кошачьей мяты после того, как Листвичка утащила всю в племя Теней, – Воробей сердито сощурившись в сторону полосатой кошки.

– Хочешь, чтобы я принёс немного из заброшенного Гнезда Двуногих? – предложил Ольхолап.

– Нет, – рыкнул Воробей, хлестнув по земле хвостом. – Кроты перерыли всю нашу грядку с травами. Клянусь, они натворили там настоящий хаос. – Крроты! – выплюнул он сквозь зубы, впившись когтями в землю. – Я с каждого по отдельности шкуру бы снял.

– Тебе нельзя так много работать, – Листвичка ласково обвила хвостом бок Воробья. – Мы можем снова посадить растения.

Воробей сварливо хрюкнул.

– А тем временем у нас кошачьей мяты – мышь наплакала, как раз к сезону Голых Деревьев, когда подхватить Зелёный Кашель проще простого. Нам придётся пересечь территорию племени Теней и набрать мяты в том саду Двуногих рядом с Речным племенем.

Ольхолап был поражён и несколько смущён.

– Но ты отчитал Огнелапку, Вишнегривку и Медовушку за то, что они собирались пойти к тем Гнёздам, – напомнил он Воробью.

Ученику ответила Листвичка:

– Для целителей и для воителей законы различаются. Помимо того, любой кот может пересекать чужую территорию, если он будет держаться не дальше, чем в трёх лисьих хвостах от озера.

«Выходит, Воробью просто нравится быть занудой, – подумал Ольхолап. – Ну что ж, я и раньше об этом догадывался!»

– В любом случае, – бодро продолжила Листвичка, – Я только что побывала в племени Теней и помогала Пёрышку. Они же не станут теперь мне мешать, верно? Ольхолап, за мятой мы идём вдвоем.

Когда Листвичка с Ольхолапом пересекли ручей на границе с племенем Теней, им в ноздри ударил сильный свежий запах Сумрачных котов. Прежде, чем они успели сделать хоть несколько шагов по побережью, из кустов, растущих вдоль пляжа, возник патруль племени Теней.

– Когтегрив, – вежливо мяукнула Листвичка, кивнув головой темно-бурому полосатому коту, возглавлявшему патруль. – Как охота в племени Теней?

– Что это вы так интересуетесь? – с вызовом рявкнул полосатый воин. – Уж не хотите ли сами урвать кусочек?

Ольхолап ощутил, что шерсть на его загривке топорщится от враждебности в голосе Сумрачного кота, но Листвичка не дрогнула.

– Ты всё знаешь лучше меня, Когтегрив, – заявила она.

– Я знаю, что ты вечно лезешь не в своё дело, – мяукнул Когтегрив. Хвост воителя метался из стороны в сторону. – Впрочем, как и все Грозовые коты.

– Ага, истинная родная кровинушка Огнезвёзду, – встрял один из Сумрачных котов, здоровенный бурый воин с хохолком на макушке.

– Шипогрив, я горжусь тем, что Огнезвёзд был моим отцом! – голос Листвички всё ещё был ровным и спокойным.

Ольхолап был так увлечён этим обменом колкостями, что даже не обратил внимания на остальную часть Сумрачного патруля. Он подскочил, испугавшись, когда один из них подошёл ближе и слегка толкнул его. Обернувшись, котик узнал Иглолапку.

– Оу, это ты, – мяукнул он, сам не зная, рад ли он её видеть.

– Привет, Ольхолап! – дружелюбно кивнула Иглолапка. – Я была уверена, что мы с тобой скоро ещё увидимся. С Гладколапкой ты уже виделся, а вон тот, другой комок шерсти – это Астролап.

– Сама комок шерсти! – прорычал третий оруженосец.

– …Ладно, Листвичка, – отступил Когтегрив. Ольхолап совершенно упустил остальную часть разговора, однако с облегчением заметил, что голос Сумрачного кота звучит уже не так озлобленно. – Можете пройти, – продолжал он. – Но мы сопроводим вас до границы нашей территории.

– Спасибо, – склонила голову в знак признательности Листвичка.

Весь патруль с Когтегривом и Листвичкой во главе выдвинулся в дорогу вдоль побережья. Ученики держались позади; Иглолапка вышагивала бок о бок с Ольхолапом.

– Коты! – буркнула она. – Вечно от них одни неприятности. Шипогрив и вовсе та еще колючка в хвосте.

Задрав одну из передних лап и изображая ею хохолок над головой, кошечка скакала на остальных трёх и подражала низкому голосу Шипогрива:

– Иди и принеси мне больше мха, жалкий оруженосец! И ещё поймай дрозда для меня, пока будешь там возиться!

– Не стоит тебе так говорить про своего наставника, – заметил Ольхолап, прыснув со смеху.

– Слава Звёздному племени, он не мой наставник! – мяукнула Иглолапка. – Я – ученица Рыжинки, но она сегодня помогает укреплять стены в лагере, так что пришлось мне идти вместе с Шипогривом, – она закатила глава. – Я такая везучая! Ну да ладно, – продолжала она, – а что ты тут делаешь вместе с Листвичкой?

– Она сейчас мой наставник, – отозвался Ольхолап. – Мы идём за…

– Так ты – ученик целителя?! – глаза Иглолапки расширились от удивления. – Ты мне об этом не говорил, когда мы встретились в прошлый раз.

– Я тогда им и не был, – пояснил Ольхолап.

– Вау, да это же потрясно! – Иглолапка определенно казалась очень впечатлённой. – Ты же должен выучить столько всяких штук.

– О да, сто-олько… Разные виды трав и для чего они нужны, и как останавливать кровотечение при ранении… – В первый раз Ольхолап поймал себя на том, что хвастается, гордый тем, что он – настоящий ученик целителя. – А ещё сегодня ночью Листвичка возьмёт меня с собой на Лунное озеро! – завернул он.

– Это же здорово! – выдохнула Иглолапка. – А у тебя бывали видения? Знаешь что-нибудь особенное про пророчество?

Ольхолап потряс головой:

– У меня был кое-какой престранный сон… – начал было он…

– Ольхолап! – оглянулась Листвичка и поманила его хвостом, указав, что Ольхолапу следует идти рядом с ней.

Растерявшись, Ольхолап осознал, что его уже совсем понесло и он начал рассказывать Иглолапке вещи, о которых ему вовсе не стоит упоминать. Всю оставшуюся часть путешествия он брёл рядом со своей наставницей, не произнося ни слова.

Когда они добрались до дальней границы, Когтегрив поманил хвостом Ольхолапа с Листвичкой.

– Вам позволено пересечь нашу территорию по дороге обратно, но не затягивайте с этим, – надменно заявил он.

«Словно бы нам в радость шляться по твоей территории», – подумал Ольхолап.

– До встречи, Ольхолап, – Иглолапка дружелюбно провела ему хвостом по уху. – Мы с тобой ещё увидимся.

Ольхолап сомневался, будет ли он ждать этой встречи с нетерпением, или нет.

Половинка луны озаряла лес своим ярким светом. Воробей, Листвичка и Ольхолап пробирались вдоль ручья, разделявшего территорию Грозового племени и племени Ветра. Каждый волосок на шкуре Ольхолапа встал дыбом, когда они пересекли пограничные метки Грозовых котов и продолжили путь, оставляя позади не только земли их собственного племени, но и всех четырёх племён. Они направлялись к неисследованным холмам.

– А нам идти ещё дальше? – пропыхтел ученик.

– О да, впереди ещё долгий путь, – ответил ему Воробей.

Ольхолап вздохнул, наполовину взбудораженный предстоящим, наполовину напуганный. Целители уже покинули укрывающий их полог древесных ветвей, и теперь, куда ни посмотри, всюду простиралась вересковая пустошь, абсолютно голая, не считая зарослей утёсника и камышей, растущих вокруг озера.

– А как целители узнали, что Лунное озеро следует искать именно здесь? – спросил Ольхолап.

– На самом деле, его нашла я, – немного смущенно заметила Листвичка. – Пестролистая – она была целительницей в то далекое время, когда Огнезвёзд впервые пришёл в лес, – явилась, чтобы указать мне верный путь.

– Ух ты, значит, ты действительно особенная! – восхищенно мяукнул Ольхолап.

– Не совсем, – мотнула головой Листвичка. – Я была всего лишь нужной кошкой в нужном месте. К тому же, задолго до нас другие коты собирались у Лунного озера.

– Мы и с ними встретимся тоже? – нервно заморгал Ольхолап.

– Ты можешь увидеться с ними в Звёздном племени, – отозвалась Листвичка. – Однако они оставили эти места много, много лун тому назад.

– Ну и чудаки! – поёжился Ольхолап.

Ему показалось, что путешествие к Лунному озеру длится вечность. Но взобравшись по крутому склону, ученик понял, что слышит шум падающей воды где-то впереди.

– Мы почти пришли, – пояснила Листвичка.

Полосатая целительница возглавляла процессию, Ольхолап следовал за ней, а Воробей шествие замыкал. Каждый раз оборачиваясь, чтобы убедиться, что со старшим целителем всё в порядке, Ольхолап с удивлением обнаруживал, что Воробей инстинктивно ставит лапы именно туда, куда следует. Видимо, он уже столько раз преодолевал этот путь, что не нуждался в том, чтобы видеть дорогу.

Когда они вскарабкались наверх, Ольхолап услышал впереди скрипучий возглас. Он замер и, обернувшись, заметил остальных целителей, кажущихся совсем крохотными вдалеке. Те также шествовали к Лунному озеру.

– Подождём их, – мяукнула Листвичка, становясь плечом к плечу с Ольхолапом.

Когда остальные коты подошли достаточно близко, Ольхолап смог разглядеть их и узнал каждого. Возглавлял их Пустельга – крапчатый серый кот из племени Ветра. Следом за ним бок о бок со своей ученицей, Ивушкой, шла Мотылинка. Последним подошёл Пёрышко; старому коту этот подъём определенно давался нелегко, и теперь целитель стоял, пытаясь отдышаться, рядом с Ольхолапом и другими ожидавшими котами.

– Всем привет, – мяукнула Мотылинка, вежливо склонив голову. Затем она наградила Ольхолапа любопытным взором. – А это кто, Листвичка?

– Это Ольхолап, – ответила Листвичка. – Наш новый ученик.

По рядам целителей прокатился удивлённый ропот.

– Вы что, серьёзно? – спросил Пустельга. – А я-то думал, что ещё один целитель – это последнее, что может понадобиться Грозовому племени!

– Мы не подвергаем сомнениям волю Звёздного племени, – спокойно ответила ему Листвичка, тогда как у Воробья усы задрожали от возмущения.

Ольхолап старался не чувствовать себя запуганным. И Ивушка, наградившая его добрым взглядом, очень в том помогла.

– Я считаю, что не бывает слишком много котов, которые заботятся о своём племени, - промяукала она.

Пёрышко ничего не сказал, однако Ольхолапу показалось, что старый кот немного завидовал. «Надеюсь, Звёздное племя скоро пошлёт ему ученика».

– Так мы, наконец, сделаем это или будем здесь всю ночь торчать? – вспылил Воробей и первым пошёл вперед, уверенно преодолевая оставшуюся часть склона.

На вершине густые кустарники преградили им дорогу. Воробей и Листвичка уверенно прокладывали себе путь через кусты. Ольхолап замешкался на мгновение, а затем изо всех сил стал продираться через плотно переплетенные ветки, остановившись, чтобы отряхнуться, уже только по другую сторону. Затем он поднял глаза, и у юного кота перехватило дыхание от изумления.

За кустарниками земля уходила вниз, образуя глубокую ложбину. Поток воды пробивался между скал на противоположной стороне впадины и через папоротники и мох перетекал к озеру. Поверхность воды поблескивала изломанными отражениями звёзд и луны, и Ольхолап подумал, что в жизни не видел ничего более прекрасного.

– Великолепно, правда? – пробормотала Ивушка, появившись из-за кустарников рядом с ним. – Никогда не забуду тот день, когда я впервые увидела его. До сих пор дух захватывает.

Воробей и Листвичка уже начали спускаться по извилистой тропинке, ведущей к озеру. Ольхолап поспешил за ними, охваченный благоговейным трепетом, его лапы подгибались от мыслей о тех древних котах, живших здесь давным-давно. Его шкуру покалывало от возбуждения. Древние коты, которые ушли… много лун тому назад…

Остальные целители последовали за ним и собрались у кромки воды. Листвичка поманила Ольхолапа к себе, приглашая его встать рядом с ней.

– Ольхолап, – мяукнула она, – желаешь ли ты разделить с нами самые потаённые знания Звёздного племени как Грозовой целитель?

«Вот и момент истины», – подумал Ольхолап.

– Да, желаю, – ответил он таким голосом, словно бы его горло царапал коготь.

Листвичка подняла глаза к звёздам, ее янтарные глаза сияли, как два огонька в ночи.

– Воители Звёздного племени, – торжественно начала она, – я представляю вам этого оруженосца. Он избрал для себя путь целителя. Одарите его своей мудростью и проницательностью, чтобы он мог понять ваши заветы и лечил своих соплеменников в согласии с вашей волей.

Ольхолап стоял на месте, моргая и понимая, что происходит что-то грандиозное. Он уже как будто видел ряды Звёздных котов, сидящих вокруг них на склонах ложбины. Затем Листвичка коснулась кончиком хвоста его плеча.

– Опустись к воде, попей немного и затем коснись носом поверхности воды, – подсказала она.

Ольхолап подчинился. Он видел, как и другие целители сидят вокруг Лунного озера, дотронувшись носом до воды. Он почувствовал ледяной холод, когда начал лакать, а когда его нос дотронулся до поверхности воды, ощутил, что этот холод пробирается ледяной сосулькой в самое его сердце. Чуть не взвыв, он зажмурился и стал ждать.

Ольхолап был без понятия, сколько прошло времени, когда обнаружил себя прогуливающимся вдоль неглубокого узкого ручья безо всякого представления о том, как же он сюда попал. Берега ручейка были покрыты густыми травами, а воздух полнился богатыми ароматами. Ольхолап так и не решил, следовало ли ему испугаться. Он чувствовал себя слишком умиротворённо, поэтому побрёл вперёд, наслаждаясь теплотой солнечных лучей, играющих на его шерстке.

Спустя некоторое время он увидел огненно-рыжего кота, который шёл рядом с ним.

– Здравствуй, – сказал ему кот. – Я так счастлив наконец встретиться с одним из котят Белки.

У Ольхолапа скрутило живот, когда он понял, кто этот рыжий незнакомец. Это должно быть Огнезвёзд, знаменитый мамин отец, погибший в Великой Битве ещё до их с сестрой рождения. Ольхолап подумал было, что ему придётся преодолеть свою застенчивость в разговоре с таким знаменитым котом, но вместо этого он чувствовал себя рядом с ним совершенно свободно и легко. Было в нём нечто, из-за чего Огнезвёзд казался старым приятелем.

«Это тот же кот, про которого был тот странный сон?»

– Идём, – мяукнул Огнезвёзд, ведя ученика дальше вдоль ручья, пока они не достигли того места, где поток вливался в озеро. Огнезвёзд жестом велел Ольхолапу встать у самой кромки.

– Посмотри в воду, – распорядился он.

Сначала Ольхолап увидел только гальку на дне озерца, несколько маленьких юрких рыбок, шныряющих тут и там, а затем вода и галька будто бы растворились, и Ольхолап понял, что видит внизу глубокое ущелье, в котором течёт река, ограниченная с двух сторон голыми песчаными скалами. Всюду меж скал он замечал котов, собирающихся в неровный круг с одним-единственным котом посередине.

«Я как птица, следящая за всем с высоты».

Парящая птица как будто опустилась ниже, и Ольхолап неожиданно оказался намного ближе к котам, так что смог рассмотреть их всех в отдельности получше. В центре круга была пятнистая бурая с кремовым кошка благородного облика, она хвостом подозвала к себе кого-то с края круга.

Двое котов вышли вперёд: могучий рыжий кот и маленькая черно-белая кошка. Бурая с кремовым кошка и рыжий кот заговорили друг с другом. Ольхолап почувствовал разочарование: хоть он и видел этих котов, но не мог услышать ни слова из того, что они говорят.

Затем рыжий кот отступил обратно. Старшая кошка сказала что-то более молодой, та ответила, и Ольхолап внезапно понял, что происходит.

– Это же церемония посвящения в воины!

Огнезвёзд мягко коснулся хвостом его плеча:

– Смотри.

Предводительница племени – теперь Ольхолап знал, кто такая эта старшая кошка, – положила мордочку на голову новой воительницы, и юная кошка с уважением лизнула её в плечо.

Окружавшие их коты разразились радостными криками, они столпились вокруг новой воительницы и терлись об ее шерстку носами, касались хвостами. Юная кошка казалась ошеломленной, но счастливой.

Когда церемония завершилась, Ольхолап увидел маленькую серебристую полосатую кошку, подошедшую переброситься парой слов с предводительницей. Затем серебристая кошка подняла глаза, и прежде, чем видение растаяло и перед ним снова предстало галечное дно, Ольхолап поймал взгляд зелёных глаз.

«Она будто бы увидела меня!»

Дрожа, Ольхолап отодвинулся от края озера.

– Огнезвёзд, кто они такие? – тут же выпалил он. – Они выглядят прямо как племенные коты, у них церемония посвящения в воины, как у племенных котов, но это не одно из озерных племён. Где они? Это коты из прошлого или будущего? Что ты хочешь мне сказать?

Огнезвёзд наклонил голову к Ольхолапу, его зелёные глаза были исполнены некого странного выражения, однако кот так и не дал ответа ни на один из его вопросов. Если Огнезвёзд пытался что-то сказать Ольхолапу без слов, то ученик совсем не понимал, что именно.

В следующее мгновение белый туман поплыл вокруг него, и в нём растаяли и озеро, и огненно-рыжая фигура Огнезвёзда. Ольхолап снова оказался у Лунного озера, где его окружали остальные тоже просыпающиеся целители.

Опьяняющее, будоражащее счастье наполнило Ольхолапа от усов до кончика хвоста. «У меня было видение! Значит, мне и правда предназначено стать целителем! – Он открыл рот, собираясь поведать об этом остальным целителям, но прежде, чем он успел что-то сказать, в его сердце закралось сомнение. – Я не знаю, было ли это видение настоящим. Это мог быть просто странный сон, вроде того, что был до этого».

Его сомнения только усилились, когда никто из остальных целителей не сказал ни слова о том, что видели они сами. «Пока что я оставлю свой сон при себе, – решил он. – По меньшей мере, пока не буду уверен, что это было».

Глава 7

Ольхолап в одиночестве слонялся по пещере целителей. Мирное посапывание Иглогривки, что дремала в своем моховом гнездышке, отдавалось слабым эхом от стен пещеры.

– У неё была тяжелая, беспокойная ночь, – сообщила Ольхолапу Листвичка, когда он утром зашел в палатку, чтобы приняться за работу. – Постарайся не разбудить её.

Воробей, до этого склонившийся над искалеченной кошкой и слушавший её дыхание, выпрямился и промолвил:

– С ней все будет хорошо, – затем он обратился к Ольхолапу: – Мы с Листвичкой идем в лес, набрать трав. Останься здесь и приведи в порядок запасы. Выброси все засохшие листочки, которые мы больше не сможем использовать.

И вот, двое целителей ушли, и Ольхолап остался один, наедине со скучнейшей работой на свете. Но на этот раз он не возражал. Теперь он мог хорошенько подумать о том, что увидел у Лунного озера прошлой ночью.

«Это был просто сон, – успокаивал себя молодой ученик. – Даже не стоит рассказывать об этом Воробью или Листвичке. Ещё подумают, что я с ума сошел! Лучше уж начну делом заниматься!»

В последние несколько дней он всё больше чувствовал, что и вправду начинает осваиваться в пещере целителей и потихоньку справляется со своими обязанностями. «Может, все-таки выйдет из меня целитель, – часто говорил он себе. – Ну, или хотя бы что-то похожее».

И он полностью погрузился в сортировку приятно пахнущей кошачьей мяты, отделяя её от желтоватой пижмы. Выковыривая из расселины коготком ягоды можжевельника, которые потеряли свои целебные соки, Ольхолап невольно вздрогнул, когда услышал стук торопливых кошачьих лап. Он обернулся и увидел Вишнегривку, которая, прихрамывая, протискивалась через ежевичный полог.

– Привет, – тихо поздоровался с Вишнегривкой Ольхолап и указал хвостом на спящую Иглогривку, чтобы рыжая воительница ненароком не разбудила её. Он был рад видеть наставницу сестры, хоть ему и не нравилось страдальческое выражение, от которого перекосила её хорошенькую мордочку. – Что-то случилось?

– Это все моя лапа, – пожаловалась Вишнегривка, вытягивая лапку вперед. – Она не зажила и все еще болит. Посмотришь?

– Конечно, – ответил Ольхолап, – но учти, что еще не прошло достаточно времени для полного заживления.

Со вздохом облегчения Вишнегривка легла на гнездышко из мха и папоротника и позволила ученику целителей осмотреть свою больную лапу. Ольхолап хорошенько обнюхал порез и отметил для себя, что рана была чистой, а кровотечение не возобновлялось. Он внимательно проверил лапку и не заметил никаких признаков заражения, про которые ему рассказывал Воробей. Рана не была красной и горячей на ощупь.

– Заражения нет, – сообщил он Вишнегривке. – Просто порез очень глубокий. Вот и заживает дольше обычного. – Он немного помедлил, прежде чем добавить. – Все хорошо.

– Я рада, что рана не серьезная, – ответила Вишнегривка. – Но ты не мог бы мне дать что-нибудь, чтобы облегчить боль? Это терпимо, но боль отвлекает меня, а я хочу поскорее вернуться к своим обязанностям воительницы.

Ольхолап вернулся к запасам и принялся копошиться в них. Он касался каждой травинки и пытался вспомнить, для чего её используют. В расселине было много растений, но Ольхолап точно знал, что он ищет. Он был уверен, что Вишнегривке поможет корень окопника. Ученик вспомнил, что именно кашицу из этого растения применял Воробей, когда они привели Вишнегривку в лагерь. Корень окопника успокаивает боль!

Вскоре он заметил груду черных корешков и вытащил один. Вспоминая терпкий вкус растения, он принялся жевать корень, пока кусочек в его пасти не превратился в идеальную кашицу для припарки. Он сплюнул месиво и размазал его по подушечке лапки Вишнегривки.

Затуманенный болью взгляд Вишнегривки сменился выражением облегчения. Ольхолап внимательно следил за ней, полагая, что очень важно понимать, как чувствуют себя больные.

– Начинает помогать, – мяукнула Вишнегривка спустя мгновение, – Спасибо, Ольхолап. Не представляешь, как приятно избавиться от боли.

– Не за что, – смущенно пробормотал Ольхолап.

Вишнегривка встала и, держа раненую лапу на весу, подошла к Ольхолапу и ласково уткнулась носом ему в ушко.

– Я так рада, что ты, наконец, нашел свое место в племени, в качестве целителя, – проурчала она. – Листвичка и Воробей будут тобой гордиться.

Ольхолап молча наблюдал, как Вишнегривка продвигается к выходу, а у самого шкуру покалывало от радости и возбуждения. «Я вылечил первую рану! Сам!»

Неясные голоса зазвучали у входа в пещеру, и Ольхолап понял, что вернулся Воробей. Он не слышал, о чем разговаривали Вишнегривка и слепой целитель, но он с восторгом догадывался, что воительница рассказывает серому коту о прекрасной работе, которую проделал его ученик!

Но когда Воробей показался в палатке с пучком тысячелистника в пасти, волоски на шее целителя стояли дыбом и хвост угрожающе раскачивался из стороны в сторону.

– Это правда, что Вишнегривка только что сказала мне? – завопил он, выплевывая травы. – Ты дал ей лекарство без спросу?

Тревога сжала сердце Ольхолапа, шерсть от стыда стала потрескивать. «Опять сделал что-то не так!» – грустно подумал котик.

– Ну… д-да… – запинаясь, пробормотал он. – Но Вишнегривка сказала, что у неё болит лапа. И я вспомнил, что ты говорил о припарке из корня окопника. Я сделал все так, как ты показывал мне. – Воробей ничего не ответил, а посему Ольхолап отчаянно запричитал: – Я… Я не стал бы ей ничего давать, если бы не был уверен, что точно знаю, что делать. Я знал, что здесь нужен корень окопника. И он помог! Ей стало лучше!

Низкое рычание заклокотало в горле серого целителя:

– Да, корень помог унять боль. Но иногда боль – это предупреждающий знак, сигнал, говорящий, что что-то идет не так. Что, если у Вишнегривки началось воспаление, а ты притупил боль? Началось бы заражение, а никто так и не узнал. Ты ведь понимаешь насколько опасно заражение?

– Но… я… – запротестовал было Ольхолап, но он чувствовал себя таким виноватым, что не мог выдавить из себя эти слова. – Я проверил рану на наличие заражения. Все было в порядке. Рана не воспалена.

«Я ведь просто пытался помочь, – удрученно подумал он. – Я не понимал, что могу сделать ещё хуже!»

– Прости меня, пожалуйста, – жалобно промяукал Ольхолап. – Я не должен был этого делать! Больше я так не буду! Никогда!

Воробей немного расслабился и повел ушами в сторону спящей Иглогривки. Тут Ольхолап понял, что последние слова он едва ли не прокричал.

– Ты все сделал правильно, – признал Воробей. – Я проверил лапу Вишнегривки и не заметил ни следа заражения. Но иногда признаки воспаления очень сложно заметить… особенно, если кот только учится на целителя. А научиться тебе предстоит еще многому. Так что, пока ты только ученик, делай только то, что велим тебе мы с Листвичкой.

Ольхолап склонил голову:

– Хорошо, Воробей.

– Так что сейчас, – бодро добавил Воробей, – возьми-ка мышиной желчи и поухаживай за старейшинами.

Ольхолап подавил вздох:

– Слушаюсь, Воробей.

Когда Ольхолап, неся в пасти веточку с нависшим на ней кусочком мха, пропитанным мышиной желчью, достиг палатки старейшин под кустом орешника, там была только Песчаная Буря.

– Привет, – мяукнула она, в зеленых глазах бабушки светились доброта и забота. – Милли и Крутобок решили прогуляться, а Пурди наверняка развалился где-нибудь на солнышке. А у меня на плече поселился огромный клещ, мне его не достать. Поможешь?

Ольхолап разделил коготком шерсть Песчаной Бури на плече и, найдя клеща, капнул на него мышиной желчью. На этот раз он не смог подавить вздох, подумав о том, что его вновь послали выискивать блох и клещей, будто он никогда не был учеником целителя.

Песчаная Буря благодарно повела плечами, когда клещ с громким шмяком плюхнулся на землю.

– Ох, так намного лучше, Ольхолап. Тебя что-то беспокоит? Может, расскажешь мне?

Ольхолап покачал головой, смущенный тем, что не смог скрыть своих чувств. Песчаная Бура ласково погладила внука хвостом вдоль бока.

– Нет ничего постыдного в плохом настроении, – проурчала она. – И тебе не нужно это скрывать. Впрочем, – добавила кошка с озорными урчанием в голосе, – у тебя это не слишком хорошо получается!

Её шутка немного развеселила Ольхолапа. Он продолжал копаться в её шкуре в поисках блох, а Песчаная Буря продолжала:

– Ты мой внук, поэтому всегда можешь поговорить со мной обо всем, что тебя беспокоит. Может быть, я смогу помочь. А так как сейчас здесь никого нет, все останется между нами.

Ольхолап расслабился и капнул мышиной желчью на блошку, которую только что обнаружил, а затем отложил ветку.

– Я наложил на ранку Вишнегривки припарку из корня окопника, когда Воробья и Листвички не было рядом. Без разрешения, – признался Ольхолап. – Воробей был в ярости.

– О, Великое Звездное племя! – воскликнула Песчаная Буря. – Как ты мог такое сделать? Это ужасно! Теперь Ежевичная Звезда просто вынужден будет изгнать тебя из племени!

На какое-то мгновение Ольхолап подумал, что она говорит серьезно, но потом заметил озорные огоньки в глазах палевой кошки.

– Ты не должен расстраиваться, – продолжила старая кошка более серьезно, – ты же хотел сделать как лучше, и заслуживаешь за это похвалы. Да, в следующий раз будешь знать, как делать что-то без спросу. Но ведь ты учишься и становишься взрослее. Разве ты не рад такой возможности? Разве тебе не повезло быть учеником таких мудрых котов, как Листвичка и Воробей?

– Я…я просто не хочу разочаровывать их, – заикаясь, пролепетал Ольхолап.

– А что, Воробей выглядит разочарованным? – спросила Песчаная Буря. – Ворчливым и капризным – да, но это его естественное состояние. Но, чтобы разочарованным?

Ольхолап задумался:

– Нет, – наконец выдавил он. – Не думаю.

– Он просто хочет, чтобы ты учился, – продолжала палевая кошка. – И ты учишься. Не думал же ты, что у тебя сразу все начнет получаться? Ты всегда был очень осторожным и рассудительным, и это поможет тебе стать хорошим целителем.

«А она и вправду хорошо меня знает! – подумал Ольхолап, чувствуя себя намного лучше. – Как же здорово, что у меня такая бабушка: умная, добрая и всегда готовая поддержать!»

– Тебя беспокоит что-то еще? – спросила Песчаная Буря, чуть помедлив.

Ольхолап вновь вспомнил о странном видении на Лунном озере. «Я почти уверен, что это был просто сон… А вдруг нет?»

Полные теплоты и внимания глаза Песчаной Бури так и говорили: ты можешь рассказать мне все. Обнадеженный приятным разговором со старой кошкой, Ольхолап захотел во всем ей признаться.

– Кое-что вчера произошло у Лунного озера, – неуверенно начал Ольхолап и затем рассказал бабушке о своей встрече с Огнезвёздом и о видении неизвестного племени на зеркальной поверхности воды. – Это было так странно… Эти другие коты, они живут в скалистом ущелье, через которое протекает река. И их предводительница, похоже, посвящала нового воителя.

Песчаная Буря сощурила глаза и внезапно вся напряглась.

– Опиши мне этих котов, – попросила она. – Расскажи мне все, что помнишь.

– Ну, – начал Ольхолап, – я думаю, что их предводительница – кремовая с палевым полосатая кошка с янтарными глазами. А ещё там был большой плечистый рыжий кот и маленькая серебристая кошечка с темными полосками и серыми лапками, с удивительными зелеными глазами. – Он поежился. – Она смотрела на меня, будто знала, что я там.

Песчаная Буря резко вскочила на лапы, её шерсть потрескивала от возбуждения:

– Я знаю этих котов! Похоже, что это Листвяная Звезда и её глашатай Остроглаз, а маленькая полосатая кошечка – это целительница Эхо.

– Непонятно, – пробормотал Ольхолап, – почему мне снились коты, которых я никогда не видел. Я даже не слышал о них никогда!

Песчаная Буря сверкнула зелеными глазами.

– Это был не просто сон… это было видение.

– Правда? – Ольхолапу начало передаваться воодушевление старшей кошки. – Так что это за коты такие?

– Они из другого племени, Небесного, – ответила Песчаная Буря. – И, возможно, им нужна наша помощь.

Ольхолап изумленно уставился на неё. Что это за племя такое другое? Небесное? Он о таком и не слыхал! Но он должен поверить Песчаной Буре, ведь она одна из самых мудрых кошек в племени. И он был очень взволнован тем, что ему было послано видение, как настоящему целителю. Но в то же время он не понимал, почему предки решили обратиться к неопытному ученику.

– Но почему я? – выпалил он.

– А почему нет? – Голос Песчаной Бури был спокоен. – Если бы это видение не предназначалось для тебя, ты бы его не увидел. Звездные предки избрали тебя, и ты должен уважать их выбор. Но это также означает, что ты должен рассказать о видении Листвичке и Воробью.

В животе у Ольхолапа неприятно засосало. Его совсем не радовало то, что придется рассказать обо всем наставникам. «Воробей и так думает, что я делаю то, для чего не готов! Что он подумает, когда я расскажу ему о видении? То же самое?!»

– Воробей мне уши оторвёт! – пробормотал Ольхолап.

– Вот ещё! – удивилась Песчаная Буря. – Ольхолап, ты должен перестать уныло подметать хвостом землю. «Я» да «почему»! Иди и расскажи все наставникам!

И Ольхолап потащился через каменный овраг в палатку целителей. Зайдя внутрь, он увидел, что Листвичка склонилась над спящей Иглогривкой.

– Мне… это… нужно сказать вам о чем-то важном, – начал он.

Воробей раздраженно повел усами: – Теперь что?

Листвичка щелкнула ворчливого сына хвостом по уху.

– Конечно, ты можешь поговорить с нами, Ольхолап. Давай только выйдем наружу, Иглогривка проснулась и поела, а сейчас опять уснула. Не хочу её беспокоить.

– И побыстрее, – прошипел Воробей.

За пределами пещеры Ольхолап тихим голосом поведал наставникам о своем сне у Лунного озера.

– Песчаная Буря сказала, что узнала тех котов, – закончил он.

К его удивлению, Листвичка изумленно смотрела на него своими янтарными глазами, в то время как Воробей взволнованно когтил твердую землю. «Они оба довольны, по-настоящему, – пронеслось в голове у Ольхолапа. – Не только Листвичка!»

– Думаете, это было мое первое видение? – спросил он.

– Не первое, – ответил Воробей. – Помнишь, когда всем целителям племен было дано пророчество о тенях? Не тебя ли я там видел?

Ольхолап уставился на незрячего наставника. «Может, я и вправду видел Огнезвёзда раньше!»

– Это тоже было видение?

– Звезды меня побери! – Воробей демонстративно вскинул подбородок и закатил незрячие глаза.

– Да, это было видение, – спокойно ответила Листвичка. – Именно поэтому нам стало ясно, что только ты должен стать нашим учеником. Ох, Ольхолап, звездные предки готовят для тебя особую судьбу!

Ольхолапу было сложно принять эту правду. Его била дрожь от кончиков ушей до кончика хвоста, по коготкам словно били маленькие молнии. «Меня выбрали в целители не потому, что я был ужасным охотником, а потому, что у меня особый дар!»

– Мы должны немедленно обсудить это с Ежевичной Звездой, – промолвила Листвичка.

– Хорошо! – мяукнул Ольхолап и повернулся в сторону пещеры предводителя. «Не терпится узнать, что на это скажет Ежевичная Звезда!»

Листвичка покачала головой, а Воробей лапой преградил Ольхолапу путь.

– Нет, – заворчал целитель. – Мы пойдем одни. Может, ты и получал видение, но ты еще слишком мал и неопытен, чтобы обсуждать его значение. Мы тебе потом все расскажем.

– Ох, – пробормотал Ольхолап. Все его воодушевление по поводу особого дара начало испаряться, он вновь почувствовал себя маленьким и глупым.

Он сидел возле пещеры и печально наблюдал, как Воробей и Листвичка взбираются по каменной насыпи на Высокую Скалу.

«Ну, ладно. Что бы мои видения ни значили, старшие коты с ними разберутся!»

Глава 8

Оставшись один в палатке, Ольхолап вернулся к сортировке старых трав и уборке новых, принесенных Листвичкой и Воробьем. После того, как первоначальное возбуждение улеглось, котик почувствовал себя не очень уютно. Он отнюдь не был уверен в том, что хочет быть тем, кому будут посылаться какие-то важные знаки, и очень хотел знать, как Ежевичная Звезда отреагирует на слова старших товарищей. Почти закончив свое занятие, ученик услышал звук, как будто кто-то, прихрамывая, шел по направлению к палатке. О нет, это, наверное, Вишнегривка!

Ольхолап понятия не имел, как себя вести. То ли извиниться перед воительницей за то, что взялся её лечить без ведома целителей, то ли спросить, как ее здоровье, то ли вообще молчать…

Но когда голова кошки просунулась в палатку, котик вообще не успел ничего выговорить.

– Ольхолап, скорее! С Огнелапкой беда! – выпалила Вишнегривка.

Страх прошелся по Ольхолапу острыми когтями. Помня, что произошло, когда он взялся лечить Вишнегривку, котик стал лихорадочно думать, где может найти других целителей.

«Нет – она моя сестра! Я должен помочь ей прямо сейчас!»

– Покажи, где, – выдохнул он.

Кошка махнула хвостом, и они выбежали наружу. Путь их лежал по направлению к границе с племенем Теней. Ольхолап, задыхаясь от быстрого бега, по пятам следовал за воительницей, огибая кусты ежевики и перепрыгивая через упавшие ветви. По мере приближения он стал слышать какие-то странные звуки; еще через несколько мгновений он понял, что это были крики Огнелапки. Они пробрались через заросли папоротников и выбежали на открытое пространство, к какому-то Гнезду Двуногих.

Ольхолап увидел, что Огнелапка лежит у подножия дерева. Остролистка сидела рядом с ней, нежно поглаживая кошечку по плечу, а Искра все уговаривала попить из пропитанного водой мха. Завидев Ольхолапа, обе воительницы встали и сделали шаг назад, давая ему место.

– Что случилось?!

– Она пыталась поймать птицу, стоя на ветке дерева. Но упала. И теперь ее передняя лапа… – Голос Вишнегривки сорвался.

Огнелапка, вздрогнув всем телом, издала очередной леденящий сердце вопль.

Ольхолап понял, что дрожит. Его сестра, такая веселая, добрая, уверенная сейчас – вот так?! Он никогда не видел ее такой, и это было страшно. Приглядевшись, он понял, что лапа кошечки, и правда, не в порядке, она была вывернутой под неестественным углом.

Его сердце забилось еще чаще, когда он вспомнил рассказ Пурди о том, как Пеплогривка, еще будучи ученицей, упала с дерева и повредила лапу. Ей пришлось целую луну пробыть в палатке целителей, прежде чем она снова могла уверенно ходить.

«Звездное племя, пожалуйста, не дай такому случиться с моей сестрой!»

Мысленно приказывая себе собраться, он наклонился над сестрой.

– Мне надо осмотреть твою лапу, – выдавил он. – Это может быть больно.

– Давай, – вырвалось у Огнелапки сквозь зубы. – Я готова.

Ольхолап легкими касаниями пробежался по плечу и лапе сестры, и облегчение тут же захлестнуло его, словно теплая волна. Это был не перелом, а всего лишь вывих, и он знал, как это исправить!

Листвичка учила его, что надо делать в таких случаях, приводя в пример случай Ягодника, который однажды, охотясь, упал с обрыва. Ольхолап почувствовал себя гораздо более уверенно.

– Не волнуйся, – тихо сказал он Огнелапке, стараясь не показывать, как дрожат его лапы. – Ты сейчас почувствуешь себя намного лучше, раз – и все.

Его чуткий слух уловил, как Искра прошептала, наклонившись к уху Остролистки:

– Он знает, что делать?

Воительница лишь неуверенно покачала головой.

«Действительно, знаю ли я в полной мере?»

Котик заколебался. Но когда Огнелапка еще раз громко взвыла от боли, он заставил себя встряхнуться.

– Вот что, Вишнегривка. Положи лапу на ее плечо, – приказал он. – А вы, – он обратился к Остролистке и Искре, – держите ее за задние лапы. Не волнуйся, – еще раз попытался он успокоить сестру. – Все будет очень быстро, мышка и то не так быстро ловится.

Склонившись над сестрой, Ольхолап зафиксировал ее больную лапу и плечо. «Не раздумывай слишком долго, – пронесся в его голове голос Листвички. – Сделай это сразу, одним рывком».

Выдохнув, Ольхолап на миг зажмурился и в точности так же, как его учили, вправил лапу сестры быстрым уверенным движением. Огнелапка дернулась и вскрикнула, но сквозь крик ученик услышал щелчок – лапа встала в свое нормальное положение.

«Интересно, у меня получилось?» – подумал он, услышав, как испуганно выдохнули Остролистка и Искра. Должно быть, они думали, что он сделал только хуже.

– Уже можно отпускать, – сказал им он. – Огнелапка, постарайся встать.

Кошечка моргнула, потом медленно поднялась на лапы и стала покачиваться взад-вперед, словно пробуя себя. Ольхолап следил за этим, затаив дыхание. Да, сестра еще хромала, но она могла встать на эту лапу!

– Это удивительно! – воскликнула Огнелапка, обращаясь к брату. – Я чувствую себя намного лучше! Большое спасибо, ты, оказывается, отличный целитель!

– Конечно, – подтвердила Вишнегривка.

Остролистка и Искра тоже выглядели впечатленными. Застеснявшись, Ольхолап опустил глаза и неловко лизнул грудку. Но в глубине души он ликовал.

– Я… я лучше пойду, доразберу свои травы, – сказал он. – Огнелапка, когда возвратишься в лагерь, попроси Листвичку или Воробья еще раз тебя осмотреть.

Направляясь обратно в лагерь, Ольхолапу казалось, будто бы его лапы почти не касаются земли, и он парит в воздухе, так он был рад.

«Я вылечил Огнелапку! И с ней все хорошо!»

Но, проходя мимо старой Гремящей Тропы, он осознал, что покинул лагерь без разрешения, и его шкуру защипало от тревоги. Но по мере приближения к дому он старался успокоиться.

«Может, я сумею незаметно проскользнуть, чтобы другие не увидели».

Но когда Ольхолап обогнул старый пень и прошел через ежевичные заросли, он увидел, что возле туннеля его ждет Ежевичная Звезда. Сердце котика испуганно скакнуло.

«Что же я наделал… Я же ослушался приказа! И я ничего не должен был делать без разрешения Листвички или Воробья…»

– Мне очень жаль! Правда очень жаль! – выпалил он, подбежав к предводителю и уже заранее готовясь к хорошей выволочке.

– Я не знаю, за что тебе передо мной извиняться, – немного растерянно оборвал его старший кот. – Я здесь не затем, чтобы тебя наказывать. Целители рассказали мне о твоем видении.

Испугавшись еще больше, Ольхолап широко распахнул глаза. Со всеми заботами о сестре он и забыл о предыдущих событиях!

– Присядем здесь, – Ежевичная Звезда указал хвостом в затененное местечко в зарослях папоротника. Когда они устроились, предводитель продолжил. – Мы считаем, что тебе выпала особая миссия.

Тепло так и сочилось из гордых за сына отцовских глаз, так что разомлевший Ольхолап сразу и не понял, о чем говорит Ежевичная Звезда.

– Ты должен оставить племя и отправиться в странствие, – добавил предводитель.

«Погодите, что?!»

Смысл сказанного вдруг дошел до котика, и каждая шерстинка на его спине поднялась дыбом.

– Как? Я не могу! – выдохнул он.

Ежевичная Звезда мягко обвил плечи сына хвостом.

– Если бы ты не был готов, предки не послали бы тебе этот сон, – вздохнул он. – Мы думаем, это видение связано с пророчеством. Песчаная Буря ведь сказала тебе, что ты видел котов Небесного племени. А поскольку в нем упоминается проясняющееся небо, очень вероятно, с ними случилась какая-то беда. Я, Воробей и Листвичка, мы все сошлись на том, что тебе нужно пойти найти их.

Ольхолап поймал себя на том, что задыхается, открывая и раскрывая рот, будто бы новорожденный птенец. Он постарался взять себя в лапы и начать задавать вопросы, которые могли бы помочь прояснить ситуацию.

– Песчаная Буря сказала, что коты, которых я видел, принадлежат Небесному племени, – начал он. – Но по ним не было видно, что они нуждаются в моей помощи. И вообще, это все странно!

Ежевичная Звезда выпрямился и сверху вниз глянул на сына.

– Это очень долгая история, Ольхолап. Давным-давно, в далеком-далеком отсюда лесу Небесные коты жили бок о бок с четырьмя другими племенами, о которых ты знаешь.

– Было пять племен? – удивился Ольхолап.

– Да. Но Небесное племя потеряло свой дом, потому что Двуногие выгнали их. А остальные племена отказались поделиться своей территорией. Поэтому Небесное племя было вынуждено уйти из леса.

– Но это несправедливо! – с возмущением воскликнул котик.

Ежевичная Звезда склонил голову.

– Потом остальные племена так устыдились своего поступка, что никогда больше не говорили об изгнанных ими сородичах. Так, постепенно, память о Небесном племени начала угасать, пока не исчезла совсем.

– А что случилось с самим Небесным племенем?

– Они проделали долгий путь и, в конце концов, пришли в ущелье, где ты их и видел. Некоторое время они жили там, и очень хорошо, но потом снова были изгнаны и рассеялись по свету.

Как же это ужасно! От гнева на остальные племена, из-за которых так пострадали Небесные коты, Ольхолап глубоко вонзил когти в землю.

– Получается, я видел сцены их прошлого?

Предводитель покачал головой.

– В старом лесу – в то время я только стал воином – Огнезвезда во сне посетил старый предводитель Небесного племени. Он попросил его найти потерянных потомков былых воителей и восстановить то, что было когда-то раньше.

– Ух ты! И Огнезвезд это сделал?

– Песчаная Буря пошла вместе с ним, и ты можешь подробно расспросить ее обо всем, что было, – кивнул Ежевичная Звезда. – Но да, Небесное племя было возрождено. Огнезвезд сплотил их, обучив Воинскому Закону, и они вместе с Песчаной Бурей вернулись назад.

– Так вот откуда Песчаная Буря знала тех котов, которых я видел! – в возбуждении воскликнул Ольхолап. – Их предводительница, Листвяная Звезда, и глашатай Остроглаз, и… как же звали эту целительницу… Эхо, вот!

– Верно, – махнул хвостом Ежевичная Звезда. – Но послушай, Ольхолап… То, что случилось с Небесным племенем – такой секрет, что о нем знают лишь трое: Песчаная Буря, я и ты. Это значит, об истинной цели твоего путешествия не должен больше знать никто: даже Листвичка и Воробей.

Ошеломлённый Ольхолап уставился на него, сперва настолько пораженный, что слова пришли к нему не сразу.

– Ты… ты… ты имеешь в виду, что это настолько тайное, что даже целители не могут знать?

– Да. Повторяю. Я, ты и Песчаная Буря.

– Почему это должно быть секретом? – подумав, спросил ученик. – Разве это не будет ложью – утаить от остального племени цель моего похода?

– Просто поверь мне на слово, – чуть улыбнулся Ежевичная Звезда. – Сейчас от правды будет больше вреда, чем пользы. Ты знаешь, я очень доверяю тебе, – поспешно сказал он. – И я бы не стал этого делать, если бы думал, что ты не можешь справиться с задачей.

Встав на лапы, кот коротко прижался носом к мордочке Ольхолапа и потом сразу развернулся, направившись в лагерь. Тот остался сидеть, взбудораженный донельзя. Его немного беспокоила эта непонятная секретность, но с другой стороны… Как интересно узнать, правда ли нуждается ли Небесное племя в его помощи! Странное чувство тревоги, что он может не справиться с задачей, боролось в его душе с радостью от того, что предводитель верит в него.

«Может, Огнелапка и права, когда говорит, что я слишком много раздумываю, – решил Ольхолап. – Мой отец полагается на меня, а значит, я надеюсь, все встанет на свои места».

Глава 9

– Меня не заботит, что ты думаешь! – прошипела Песчаная Буря. – Я иду в это путешествие, и всё тут!

– Это не обсуждается! – огрызнулся Ежевичная Звезда. – Я всего лишь попросил тебя рассказать Ольхолапу всё, что тебе известно о Небесном племени. И я никак не имел в виду, что тебе нужно идти с ними вместе!

Ольхолап беспокойно переступал с одной лапы на другую на песчаном полу палатки Ежевичной Звезды. С того момента, как его отец сказал, что ему предстоит отправиться в путешествие, минул один рассвет, однако всё ещё не было решено, кто же будет сопровождать Ольхолапа.

«Похоже, если Песчаная Буря с Ежевичной Звездой будут и дальше так спорить, мы точно не выдвинемся в путь в ближайшее время».

Ему всегда казалось, что эти двое замечательно уживаются друг с другом, но сейчас они выглядели так, будто были готовы запустить друг другу когти в шкуры.

– Ты-то, может, и стал предводителем Грозового племени, но ведёшь себя, как мышеголовый оруженосец! – Шерсть на загривке Песчаной Бури топорщилась от гнева. – Да я же единственная…

– Хватит! – Ежевичная звезда гневно хлестнул хвостом. – Песчаная Буря, ты – старейшина. Ты уже достаточно сделала для нашего племени, и даже более чем достаточно. Теперь ты можешь отдохнуть, а мы позаботимся о тебе. Я хочу, чтобы ты была в лагере, в безопасности, а не тащилась к неизведанным землям.

– В этом как раз и суть, – понизила голос Песчаная Буря, говоря сквозь зубы. Ольхолап был несказанно рад, что она не смотрит на него так же, как на Ежевичную Звезду. – Я – единственная живущая кошка, которая знает, где искать лагерь Небесного племени. А ещё я – единственная, кто встречался с Небесными котами. И они точно скорее примут с распростертыми лапами меня, а не котов, которых они в жизни не видели.

Слушая её, Ежевичная Звезда будто бы смягчился, и гнев на его лице сменился задумчивостью.

– Я понимаю, – неуверенно ответил он, – но ведь старейшины не…

Он был прерван звуком шагов по Каменному Карнизу. Ольхолап обернулся и увидел у входа в пещеру Белку. Ежевичная Звезда и Песчаная Буря обменялись быстрыми взглядами, и Ольхолап понял, что Белка еще ничего не знает о Небесном племени.

– Все охотничьи патрули уже высланы, – отчиталась она. – Я хотела спросить, кого ты выбрал, чтобы пойти в путешествие с Ольхолапом. Нам нужна группа сильных котов. Не знаю, куда именно его поведут его лапы, но там определенно будет небезопасно.

– Я иду с ним, – объявила Песчаная Буря прежде, чем Ежевичная Звезда успел что-то ответить.

Её глаза сверкнули торжеством, когда Ежевичная Звезда нехотя кивнул головой в знак согласия. Однако Белка была в ужасе.

– Песчаная Буря, ты не можешь! – воскликнула она. – Мало того, что уходит Ольхолап? Неужели ты думаешь, что я позволю не только моему котёнку, но ещё и моей матери отправиться в опасное путешествие? Я не переживу этого!

«Опасное?» Теперь Ольхолап нервничал вдвое больше.

– Белка, я буду в полном порядке, – мяукнула Песчаная Буря. – Я, может быть, и старая, но всё ещё достаточно сильна. И Ольхолапу будет намного безопаснее, если я пойду с ним.

– Как бы неприятно мне ни было это признавать, но она права, – подтвердил Ежевичная Звезда.

Белка резко переводила взгляд блестящих зелёных глаз с Песчаной Бури на Ежевичную Звезду.

– Есть что-то такое, чего вы мне не говорите? – спросила она.

– Тебе придется мне довериться, – отозвался предводитель.

Несколько бесконечно долгих ударов сердца Белка играла в гляделки с Ежевичной Звездой, выдерживая взгляд его янтарных глаз. Затем она вздохнула, и её хвост упал.

– Ну конечно, придётся.

Без дальнейших препираний Ежевичная Звезда направился наружу, на Каменный Карниз. Белка встала бок о бок с ним, а Песчаная Буря с Ольхолапом спустились по каменной тропе вниз, на твердую землю лагеря.

– Пусть все коты, способные охотиться самостоятельно, соберутся под Каменным Карнизом! – прокричал Ежевичная Звезда.

Все коты, находившиеся на поляне, направились к Каменному Карнизу. Листвичка и Воробей вышли из палатки и сели рядышком напротив ежевичных зарослей. Кувшинка вместе с Ромашкой пристроились возле детской, а их котята, смешно пыхтя, яростно сражались у их лап. Белохвост, Яролика и Голубка выскользнули из воинской палатки и заняли свои места у подножия скалы.

Пурди, травивший очередную байку для Янтарницы и Снегохвоста, замолк.

– Я потом дорасскажу, – пообещал он, направляясь к Милли и Крутобоку, сидевшим у палатки стариков.

Ольхолап огляделся, ища взглядом Огнелапку, и заметил её входящей в лагерь вместе с Кротоусом и Вишнегривкой. «Она почти не хромает, – с толикой гордости за себя самого подумал ученик. – Я проделал отличную работу!» Все трое были нагружены добычей; они пересекли поляну, чтобы положить её в кучу с дичью, а затем присоединились к своим соплеменникам, готовые выслушать Ежевичную Звезду.

– Коты Грозового племени! – начал их предводитель. – У меня есть для вас важные новости. Ольхолапу было видение о пророчестве от Звёздного племени. Мы считаем, что это поможет нам узнать, что же такое должно «прояснить небо», поэтому Ольхолап отправляется в путешествие к местам, которые он видел в своем сне. А так как Песчаная Буря знает кое-что о том, что было в видении, она отправляется вместе с ним.

В ответ на слова Ежевичной Звезды по собравшемуся племени прокатилась волна изумлённого шепота, коты обменивались взглядами, оживлёнными любопытством. Ольхолап подумал, что Крутобок и Милли особенно поражены тем, что Песчаная Буря должна будет уйти в путешествие вместе с ним.

– А с чего это Ольхолап, а не кто-нибудь из целителей? – недружелюбно поинтересовался Терновник.

– Ольхолап является целителем, Терновник, – подала голос со своего места Листвичка, – и ты знаешь это так же хорошо, как и я. А если говорить о том, почему Звёздные предки выбрали именно его… – Листвичка пожала плечами. – Уверена, они прекрасно знали, что делали.

– Что куда важнее – почему Песчаная Буря? – спросила Яролика, бросив ласковый взгляд на палевую кошку. – Она – старейшина. Она заслужила отдых.

– Потому что я испугался, что она мне уши оторвёт, если я ей запрещу, – сухо ответил Ежевичная Звезда.

– И не сомневайся, я бы так и сделала, – буркнула Песчаная Буря.

– И есть причины тому, я верю, что участие Песчаной Бури в этом путешествии жизненно необходимо, – продолжал Ежевичная Звезда. – И теперь всё, что осталось, – это выбрать ещё воинов, чтобы они присоединились к ним.

Его слова встретили несколько возгласов, полных энтузиазма:

– Я пойду!

– Можно мне!

Огнелапка подскочила к Ольхолапу и крепко прижалась к его боку, её глаза сияли.

– Я пойду и помогу тебе! – мяукнула она.

– Ой, спасибо! – ответил Ольхолап, и радость от того, что его сестра будет рядом, разлилась по телу теплом.

А потом он заметил, как на Каменном Карнизе обменялись взглядами, полными нерешительности, Белка и Ежевичная Звезда. Вишнегривка, следовавшая за своей ученицей, строго помотала головой.

– Решать, кто пойдёт, будет Ежевичная Звезда, – сказала она Огнелапке. – И, похоже, он не станет отправлять оруженосца в такое непростое путешествие.

Дрожа, Ольхолап поднял глаза на отца.

– Пожалуйста, – отчаянно взмолился он, – позволь Огнелапке пойти?

Ежевичная Звезда медлил, очевидно, мучаясь сомнениями, но Белка наклонилась поближе и шепнула что-то ему на ухо. Казалось, мысль, что оба ее котенка будут рисковать своей жизнью, отправившись в это путешествие, заставляла кошку трепетать от страха.

Несколько ударов сердца глашатая и предводитель переговаривались друг с другом. Затем Ежевичная Звезда снова повернулся к котам, собравшимся на поляне.

– Замечательно, – произнёс он. – Огнелапка может пойти вместе с тобой. И в этом случае, – добавил он, повысив голос, чтобы перекричать восторженные визги ученицы, – Вишнегривка и Кротоус тоже присоединятся к вашей группе.

Двое воинов обменялись счастливыми взглядами.

– Вы выходите завтра на рассвете, – подытожил Ежевичная Звезда. – И пусть Звёздное племя освещает ваш путь!

***

– Ольхолап! Давай, просыпайся! Вставай!

Голос Огнелапки звучал так, словно бы она была далеко-далеко. Ольхолап разлепил глаза, сонно моргнул и обнаружил мордочку сестры прямо напротив своей, зелёные глаза сестрёнки ярко сияли в полутьме их палатки.

– Вставай! – повторила она, сильно ткнув его лапой в бок. – Уже пора идти. Это твоё путешествие, мышеголовый, а ты всё спишь.

Ольхолап разинул рот, широко зевнув, и поднялся на лапы. Он так долго не мог заснуть прошлой ночью, думая о предстоящем пути, что чувствовал себя, будто бы спал всего пару мгновений.

Следуя за Огнелапкой, оруженосец пробрался через папоротники, окружавшие палатку учеников, и устремился прямо на поляну, высоко держа голову и задрав хвост, чтобы не выдать, как сильно он нервничает.

Снаружи было сыро и зябко, и прохлада пробиралась под густую шерстку Ольхолапа. Небо над головой было озарено бледным пламенем рассвета, и робкий ветерок покачивал кроны деревьев, росших по краям оврага.

Котику показалось, что чуть ли не всё Грозовое племя уже собралось на поляне; при этом большая часть скопились у палатки целителей. Их оживленное бормотание звучало, как жужжание целого роя пчёл.

Ольхолап с Огнелапкой протолкнулись через толпу, чтобы присоединиться к Воробью и Листвичке возле их пещеры. Вишнегривка, Кротоус и Песчаная Буря уже были на месте, и Листвчика раздавала им маленькие свёртки с лечебными травами.

– Ах вот вы где! – мяукнул Воробей двум оруженосцам. Ольхолап думал, что сейчас его обругают с ног до головы за опоздание, но Воробей был в благодушном настроении. – Подходите и возьмите немного трав путешественников.

Листвичка положила перед Ольхолапом и Огнелапкой ещё два листвяных свертка. Ольхолап аккуратно развернул свёрток, отделяя травинки одну от другой, и стал изучать их.

– Это щавель, чтобы заглушить жажду. – Воробей определял травы, нюхая каждую из них по отдельности. – Маргаритка, чтобы ваши суставы оставались гибкими, и… – Воробей замолк, затем добавил: – Хотя, как я считаю, ты уже всё это знаешь. Ты действительно начинаешь запоминать все нужные травы.

– Ромашка, чтобы преодолеть усталость и черноголовник, чтобы у нас были силы идти, – назвал две других травы из смеси Ольхолап. От похвалы Воробья его переполняло счастье. «После того, как он и Листвичка поговорили с Ежевичной Звездой о моём видении, они относятся ко мне уже не так, как прежде, – отметил он. – Похоже, будто они знают, что мне известно об этом путешествии немного больше, чем им, и надеются, что то, что я знаю – правда. – По телу Ольхолапа прошла дрожь. – И это, конечно же, правда».

– Хорошо, – кивнул Воробей в ответ на описание Ольхолапа. – Мы даем эти травы каждому коту, который отправляется в путешествие. Они позволят тебе идти вперёд, даже если у тебя не будет шанса поохотиться.

– Вкус у них странный, – прокомментировала Огнелапка, уже успевшая слопать свою порцию.

Воробей закатил глаза, но промолчал.

Принимая свою дозу трав, Ольхолап заметил, как в палатке появился Ежевичная Звезда и отвёл Песчаную Бурю в сторонку от всех любопытных. У этих двоих завязался тихий разговор, их голоса звучали очень серьёзно. Ольхолап смог уловить несколько слов.

– Если эта тайна выйдет наружу, то для всех племён это будет просто ошеломляющим, – мяукнул Ежевичная Звезда.

– Но ведь Звёздное племя послало Ольхолапу это видение… – начала Песчаная Буря. Ольхолап не расслышал того, что она сказала дальше, так как собрание стало расходиться.

Живот оруженосца свело от тревоги. Это было его собственное путешествие, и в то же время возникло так много тонкостей, которых он абсолютно не понимал. «И должен ли я раскрывать племенам тайну о Небесном племени? Я не собирался этого делать, но… что же будет дальше? – он тяжело вздохнул. – В конечном итоге, Песчаная Буря идёт вместе с нами, и она могла бы дать мне совет».

В конце концов Ежевичная Звезда отступил от Песчаной Бури, согласно кивнув, и отправился на свой Каменный Карниз.

Палевая кошка приблизилась к Ольхолапу и потерлась о его щеку своей. Её глаза светились от гордости за него.

– Ты выглядишь взволнованным, – шепнула она.

– Я слышал часть того, о чем говорили вы с Ежевичной Звездой, – признался Ольхолап. – Прозвучало так, будто бы он мне не доверяет.

– Вовсе нет! – возразила Песчаная Буря. – Ежевичная Звезда хочет не того, чтобы ты не знал о Небесном племени; он хочет, чтобы об этом не знал вообще никто. Он чувствует себя виноватым, что когда-то четыре племени позволили такому произойти с Небесными котами.

«Но это же произошло за много сезонов до того, как Ежевичная Звезда появился на свет, – подумал Ольхолап. – Почему он так переживает из-за этого? Это была не его вина».

– Не уверен, что я тебя понимаю, – мяукнул он.

– Может быть, однажды ты поймешь, – отозвалась Песчаная Буря.

– Спасибо тебе, Песчаная Буря, – уважительно склонил голову Ольхолап. – Я рад, что ты идешь с нами.

– Коты Грозового племени! – воззвал Ежевичная Звезда с Каменного Карниза. – У Ольхолапа было важное видение, и теперь это видение ведёт его в долгий путь, которое, предвижу, будет таким же важным для нашего племени, как и то, что предприняла Голубка в своём ученичестве. Благодаря ей озеро было спасено от засухи.

Голубка гордо подняла хвост.

Ольхолап видел каждого кота, который оборачивался, чтобы посмотреть на него. Он начинал видеть в их глазах уважение и восхищение, и смущенно опустил голову, уставившись на свои лапы. «Я серьёзно этого не заслуживаю».

– Пророчество целителей говорит, что до тех пор, пока мы не примем тех, кого найдём в тенях, небо никогда не прояснится. Видение Ольхолапа даёт нам надежду на то, что Грозовые коты сумеют отыскать тех, кто скрывается в тени, и если так, то наше племя будет процветать.

Всё племя разразилось одобрительными возгласами:

– Ольхолап! Ольхолап!

Ольхолап замер, всем сердцем желая, чтобы огромная сова вдруг обрушилась с неба и унесла его куда-нибудь. А потом его ткнула в бок Огнелапка.

– Пошевеливайся, крот тормознутый! – мяукнула она, наградив ученика ласковым взглядом. – Настало время идти.

Ольхолап выпрямился, приободрившись.

– Я так счастлив, что ты со мной, Огнелапка, – промямлил он.

К его огромному облегчению, их группу возглавила Песчаная Буря, и она вместе с остальными путешественниками направилась к ежевичному туннелю. Остальная часть Грозового племени шла рядом с ними, осыпая путников добрыми пожеланиями.

– Удачи тебе, Ольхолап!

– Берегите себя!

– Да осветит ваш путь Звёздное племя!

За мгновение до того, как Ольхолап и Огнелапка вступили в ежевичный туннель, к ним подскочила Белка. Ольхолап видел страх в её глазах, но её голос звучал бодро, когда она мяукнула:

– Вы же не собираетесь позволить себя убить? Я хочу узнать всё-всё, когда вы вернётесь.

– Мы будем осторожны, – пообещал Ольхолап.

– Я за ним пригляжу, – добавила Огнелапка, нахально скосив глаза на братца.

Белка коснулась носиком каждого из своих котят, а затем отступила назад. Ольхолап чувствовал на себе ее взгляд, когда они вступили в туннель.

«Вот оно! Путешествие началось!»

***

Солнце неторопливо поднималось на небосвод. Караван Ольхолапа пробирался через лес в сторону озера, а яркие солнечные лучи, пробиваясь сквозь листву, рисовали на лесной почве причудливые узоры. Ольхолап вспомнил, какой огромной и страшной казалась ему их территория, когда впервые покинул лагерь. Теперь он чувствовал себя здесь, как дома.

– А как долго мы будем путешествовать? – спросила Огнелапка, вприпрыжку мчавшаяся рядом с ним. – Где то место, которое ты видел? Я хочу знать побольше о твоём сне – ой, прости, видении.

– Я не имею ни малейшего понятия, ни где это место, ни как оно далеко, – ответил Ольхолап, у которого шерсть потрескивала от таких вопросов сестры. – И вообще, мне нельзя о таких вещах разговаривать. Это целительские штучки.

– Ой, ну давай, не выдумывай, ты можешь сказать это мне. В твоем видении были коты? Как они выглядели? И что они говорили? – упорствовала Огнелапка. Её глаза жадно сверкали.

Беспокойство Ольхолапа под потоком вопросов только усилилось, он чувствовал себя так, будто крысы грызут ему живот. Он хотел бы рассказать остальным всю правду, от вынужденной лжи ему было очень неуютно. «Особенно лжи Огнелапке. У меня никогда не было от нее секретов прежде».

Огнелапка здорово подтолкнула его, и Ольхолап пошатнулся.

– Да что не так-то? – сварливо поинтересовалась она. – Я просто хочу помочь. Я хочу найти тех, кто скрывается в тенях, и спасти Грозовое племя. Так откуда ты знаешь, что твоё видение имеет какое-то отношение к пророчеству? А?

– Огнелапка, не приставай к брату, – кисло мяукнула Песчаная Буря, остановившись, чтобы юные коты могли подойти к ней. – Ты его слышала. Это дело касается только целителей.

Несколько мгновений Огнелапка свирепо таращилась на неё, а затем расслабилась и пожала плечами.

– Ладно. Всё равно я скоро обо всём узнаю, – она подскочила к Вишнегривке, которая шла во главе процессии. – А ты как считаешь? – спросила она. – Что значит видение Ольхолапа?

Ольхолап с облегчением выдохнул. Он был рад, что упрёк Песчаной Бури никак не задел Огнелапку. Ему и так было неприятно что-то от неё скрывать, не хватало только ещё её расстраивать.

– Я бы тебе ответила, если бы имела хоть малейшее представление о том, что это было за видение, – терпеливо ответила Вишнегривка.

– А словно бы все остальные в курсе, – напирала Огнелапка, бросив взгляд в сторону брата. – Но у тебя же должны быть какие-нибудь мысли, Вишнегривка. Как ты думаешь, что мы найдём в конце путешествия?

– Думаю, то, что нам нужно, – мяукнула Вишнегривка.

– Что-то, что поможет небу проясниться, – дополнил Кротоус. А затем буркнул, – Что бы это нb значило.

– А я считаю, что это значит, что мы найдем новые охотничьи угодья! – поделилась Огнелапка. – Надеюсь, что так. А потом мы…

Она замолкла, когда группа котов вышла на край полянки, где прямо напротив кошки сидела белка, абсолютно сосредоточенная на чём-то в её лапках. Мгновенно Огнелапка сорвалась с места, её хвост тащился позади неё.

Но для неё белка была слишком шустрой. Мгновенно обнаружив охотницу, зверёк рванулся прочь к ближайшему дереву, взвился по стволу и скрылся в листве. Несколько листочков упали рядом с Огнелапкой, стоявшей под деревом с выражением полной беспомощности на мордочке.

– Мы все знаем, что ты быстро учишься новому, – поддразнила Вишнегривка Огнелапку, вернувшуюся к остальным с упавшим хвостом. – Но неужели тебе сейчас так нужны новые охотничьи угодья? Кажется, тебе ещё есть, чему поучиться, и на старых.

Она подавила насмешливое мурлыкание.

Огнелапка промолчала, но кинулась Судорожно вылизывать грудку, лишь бы скрыть своё смущение.

В какой-то момент Ольхолап ощутил сочувствие к ней. Он знал, каково это – упускать добычу.

– Ну да ладно, но я считаю, что нам нужно остановиться поохотиться, – мяукнула Огнелапка. – Здесь полно добычи, а кто знает, как будет с дичью за пределами нашей территории?

– Нет, думаю, нам лучше продолжать идти и поохотиться позже, – возразил Ольхолап. Он догадывался, что Огнелапке просто хочется получить ещё шанс хвастнуть тем, какой же она прекрасный охотник. – Нам предстоит длинная дорога.

– И ещё несколько Гремящих троп, которые нам придётся пересечь, – добавила Песчаная Буря. – Крутобок помог мне разработать такой маршрут, чтобы нам не пришлось пересекать горы, но это значит больше опасности от Гремящих троп и Чудищ.

– Кхе, Гремящие тропы! – пренебрежительно фыркнула Огнелапка. – Мне про них Пурди рассказывал. Не такая уж они и проблема.

– Не проблема? – шерсть на загривке Песчаной Бури встала дыбом. – Ты мышеголовая? На Гремящих Тропах коты умирали.

– А я всё ещё считаю, что нам нужно поохотиться сейчас! – парировала Огнелапка, ощетинившись в ответ. – Невозможно набить пустой живот жёванной корой и листочками, я проверяла!

Ольхолап неуверенно бил хвостом. «Ответственным за всё должен быть я, но Огнелапка до сих пор считает, что она может помыкать всеми вокруг! Да она же со старейшиной спорит!»

Он уже поднял губы в зарождающемся рычании, готовый огрызнуться на сестру. Однако Песчаная Буря опередила его, шерсть на её загривке улеглась, а голос прозвучал ровно и спокойно.

– Огнелапка, пусть вы оба – еще юные коты, проходящие обучение, это путешествие Ольхолапа и это его видение. Ты должна слушаться его. Он прав. Мы должны идти дальше, не останавливаясь на охоту до тех пор, пока не покинем нашу территорию.

Охгнелапка уронила голову и свесила хвост.

– Хорошо, – пробормотала она. – Простите.

Ольхолап выдохнул. Он был рад, что Песчаная Буря поддержала его и озвучила, что лидером в их путешествии является он. И всё же ему неприятно было видеть свою сестру несчастной. Когда они двинулись снова, он обвил её хвостом.

– Всё в порядке, – шепнул он.

Они вышли из-под покрова деревьев на берег озера неподалеку от ручья, который обозначал границу Грозового племени с племенем Ветра. Ольхолап уже ходил этой дорогой, когда они бывали на Совете, и поэтому довольно уверенно прошлепал по неглубокой воде и продолжил свой путь вдоль озера.

Вместе с соплеменниками, плотно собравшимся вокруг него, Ольхолап высматривал, нет ли поблизости длиннолапых воителей Ветра, однако на голых холмах ничего не двинулось.

– Отлично, – пробормотал Кротоус. – Я бы хотел убраться отсюда как можно скорее, пока Ветряные не прознали, что мы ушли. Одному Звёздному племени известно, какие поползут слухи, если хоть один кот увидит нас.

– Они даже могут пойти за нами, – кивнула Песчаная Буря. – Давай же, Ольхолап, поднажми немного.

Ольхолап ускорился, побежав длинными скачками по галечному берегу, и его соплеменники последовали его примеру. Они бежали, пока не достигли границы племени Ветра у конюшен. Снова и снова Ольхолап бросал быстрые взгляды на пустошь, и даже единожды он заметил движение среди кустов утёсника, однако никто не осмелился преградить им путь.

Когда они пересекли границу и встали около пастбищ, Ольхолап заколебался. Его живот сводило от неуверенности.

– Лучше сейчас поведёшь ты, Песчаная Буря, – мяукнул он. – Ты – единственная из нас, кто ходил тут раньше.

Песчаная Буря кивнула.

– Нам нужно взобраться по горе, – заметила она, указав кончиком хвоста на степной холм, утыканными рощицами и предшествующий голой скале, возвышающейся на много лисьих хвостов над их головами. – Я никогда не забуду ночь, которую мы там провели, – пробормотала она, и её зеленые глаза затуманились от воспоминаний. – Мы взобрались по этой горе с другой стороны, не имея ни малейшего понятия о том, куда нас ведёт Звёздное племя. А затем мы взобрались наверх и увидели озеро, и призраки наших предков-воителей отражались на воде. – Она вздохнула. – Это была одна из самых прекрасных ночей в моей жизни.

На мгновение она застыла, а затем отряхнулась:

– Пошли.

Ольхолап и другие проследовали за Песчаной Бурей, готовясь к непростому подъему на склон горы. Она вела их мимо столпившихся кучей палаток Двуногих, стоявших на пастбищах, и мимо ограждения, сделанного из какой-то блестящей штуки Двуногих.

– Смотри! – горячо зашептала Огнелапка Ольхолапу. – Лошади!

Ольхолап узнал этих огромных животных, таких же, как их описывала Ромашка в детской. Тут их было двое – темно-бурая и пёстрая серая, они стояли вместе в тени дерева, осторожно поводя своими хвостами туда-сюда.

– Они не опасны, пока вы их не трогаете, – бодро мяукнула Песчаная Буря. – И они не смогут пролезть на эту сторону ограды.

Как бы то ни было, Ольхолап был счастлив оставить лошадей позади. Они преодолели последние несколько хвостов до вершины горы и теперь остановились. Его лапы так и примерзли к земле.

– Ваау! – выдохнула Огнелапка, встав рядом с ним. – А я и не знала, что мир такой большой!

Оглядывая огромные пространства перед собой, Ольхолап видел, что земля круто уходит вниз, образуя широкую долину, где простирались леса и тянулось нечто, похожее на огромную чёрную змею, обвивающуюся вокруг долины. Немного дальше было много деревьев, среди которых ютились Гнезда Двуногих, – намного больше, чем те, у озера, куда целители ходили собирать кошачью мяту. Дальше во все стороны простирались поля и холмы, до тех пор, пока не становились неразличимы вдали.

Дрожь пробежала по телу Ольхолапа, словно бы его пронзили множеством сосулек сразу. Глядя вниз, он видел озеро и территории племён вокруг него – единственное место, которое он знал в этой жизни. Всё остальное было ему незнакомо. Это было ещё страшнее, чем его путешествие к Лунному озеру, ведь тогда он шёл по пути, по которому прежде проходили другие целители. Сейчас он вёл своих соплеменников туда, где не было знакомых троп.

– Видишь место, которое было в твоём видении? – спросила его Огнелапка. Её глаза загорались восторгом, стоило ей только взглянуть на простирающийся перед их лапами пейзаж.

Ольхолап осмотрелся, пытаясь рассмотреть песочные камни ущелья, но вместо него ответила Песчаная Буря.

– Конечно, нет. То место очень далеко отсюда.

– Великое Звёздное племя! – пискнула Огнелапка. – Ты хочешь сказать, что всего этого ещё больше?

– Много больше, – ответила ей Песчаная Буря. – И чем быстрее мы продолжим путь, тем скорее дойдем. Пошевеливайтесь, я хочу пересечь Гремящую тропу внизу прежде, чем стемнеет.

Ольхолап догадался, что она говорила о той змееподобной штуке. Она так отличалась от той тоненькой Гремящей Тропы, которая заканчивалась возле озера, отделяя Грозовое племя от племени Теней! Маленькие блестящие штуки, которые издалека были похожи на крохотных жуков, сновали вдоль змеи туда-сюда.

– Когда мы доберемся, – продолжала Песчаная Буря, – вы не тронетесь с места, пока я вам не прикажу. С этим всё понятно? – добавила она, взглянув на Огнелапку.

Огнелапка махнула головой, куда бодрее, чем после недавнего выговора.

– Точно понятно, Песчаная Буря.

Под предводительством палевой старейшины пятеро котов спустились по склону и вошли в широкую полосу рощицы. И хотя деревья там росли не так густо, Ольхолап был счастлив снова оказаться в тени листвы, наслаждаясь тёплыми ароматами и высокой травой под лапами.

Со временем он стал различать впереди какие-то голоса. Но когда они стали громче, он осознал, что это – голоса не котов или каких-то животных, которые ему встречались прежде. Волоски на его шкуре начали вставать дыбом.

Песчаная Буря замерла, задрав хвост в знак того, что остальным следует сделать то же самое.

– Двуногие! – зашипела она.

– Правда? – глаза Огнелапки зажглись интересом. – Можно я пойду посмотрю?

Песчаная Буря задумалась.

– Это не такая уж плохая идея: тебе стоило бы узнать, что они из себя представляют, – в конце концов ответила она. – Но мы здесь не для того, чтобы глазеть на Двуногих. Не забывай об этом!

Кошка продолжила прокладывать путь вперед, но уже куда осмотрительнее.

Ольхолапу пришлось признать, что ему так же любопытно, как и его сестре. До сих пор он видел Двуногих только мельком, в основном возле их Гнезд, которые те возводили в Зелёные Листья, да и то издалека. Он никогда не слышал их сиплые голоса, никогда не подбирался достаточно близко для того, чтобы их рассмотреть.

Обогнув ежевичные заросли, Песчаная Буря замерла у папоротников, исследуя обстановку, и затем поманила остальных хвостом.

– Хорошо, идите сюда и посмотрите, только не позвольте им узнать, что мы здесь.

Ольхолап бок о бок с Огнелапкой прокрался ближе и всмотрелся в папоротники. Пятеро Двуногих, все разного роста, сидели на полянке. Прямо перед ними была Гремящая Тропа, покрытая чем-то черным, а неподалеку была одна из блестящих двуноговских штук – ярко-красная на этот раз, – отдыхающая под деревом.

– Это что? – шепнул он Песчаной Буре.

– Чудище, – пробормотала в ответ Песчаная Буря. – Оно убьет тебя, если поймает своими большими черными лапами. Но вот это Чудище, кажется, спит, так что мы сейчас в безопасности.

– А на чем это Двуногие сидят? – спросила Огнелапка. – Выглядит, как древесные стволы, только плоские.

Ольхолап подумал, что это очень точное описание. Здесь был еще один большой кусок плоского ствола, с покрывалом из листьев, разбросанных по нему. В них, должно быть, была добыча, потому что Двуногие чем-то набивали рты.

Ученица провела языком по лапкам.

– Я голодна, – пожаловалась она. – И что бы у них там ни было, оно пахнет вкусно!

У Ольхолапа шкура трещала от страха, что он видит Двуногих так близко, слышит их грубые голоса и вдыхает их странный запах. Но он тоже был очарован.

– У них вообще почти нет шерсти, – промямлил он. – Они что, больные? Я слышал, что Листвичка рассказывала мне про болезнь, когда у котов начинает выпадать шерсть. Но такое ощущение, будто она у всех этих Двуногих сразу. – И обернувшись к Песчаной Буре, он спросил: – Почему их двуноговские целители их не лечат?

В глазах Песчаной Бури заиграли искорки смеха.

– Они не больные, – объяснила она. – Просто все Двуногие так выглядят.

«И выглядят они глуповато, – подумал Ольхолап, и его шерстка разгладилась, стоило ему подумать, есть ли у него вообще причины их бояться.

Внезапно один из Двуногих котят подскочил на плоском древесном стволе и издал громогласный вопль. К ужасу Ольхолапа, котёнок понёсся, спотыкаясь, прямо к котам, размахивая передними лапами в воздухе. Его круглое лицо раскраснелось, и безумные звуки вылетали из его рта.

– Он нас заметил! – задохнулась Вишнегривка.

– Не бегите! – сию же секунду скомандовала Песчаная Буря. – Разделитесь и прячьтесь!

С трудом заставив себя пошевелиться, Ольхолап развернулся обратно к ежевичным зарослям и бросился пробираться сквозь кусты, чувствуя, как колючки впиваются в его шкуру. Он слышал, как Огнелапка пробивалась рядом с ним.

– Звёздное племя их прокляни, эти колючки! – ругалась она.

– Нам надо было догадаться, – раздался откуда-то спереди голос Кротоуса. – Двуногие – это всегда проблемы!

Ольхолап слышал, как лепетание Двуногого котёнка переходит в визг. Затем где-то поблизости возник другой, менее пронзительный голос взрослого Двуногого, и земля задрожала от неуклюжих шагов его огромных лап. Ольхолап прижался к земле так сильно, как только мог, и надеялся, что и остальные его соплеменники хорошо спрятались.

В конце концов Двуногие отступили, и звук их голосов стих вдали. Ольхолап пробился из куста обратно и принялся отряхиваться. Он чувствовал себя так, словно бы каждая колючка в этом лесу впилась в его шкуру.

Затем он заметил, как Огнелапка вылезла и возвратилась к краю полянки, чтобы еще раз глянуть через папоротники.

– Ты вообще думаешь, что ты делаешь? – зашипел Ольхолап, подползая к ней. – Ты хочешь, чтобы Двуногие тебя поймали?

– Да всё в порядке, они уходят, – отозвалась Огнелапка. – Иди и посмотри сам. Это реально любопытно.

Заинтригованный Ольхолап, вопреки самому себе, отвел в сторонку листья папоротника, чтобы видеть, что происходит на полянке. Трое Двуногих котят забирались в Чудище. Старшие Двуногие собрали листвяные свертки с большого плоского древесного ствола; затем они пересекли поляну и закинули их в свою штуковину, похожую на камень с маленькой пещерой наверху.

– Это еда! – прошептала Огнелапка. – Я это чую. Почему они кладут ее туда?

– Можешь быть, это склад для еды Двуногих, – предположил Ольхолап. – Думаю, когда они проголодаются, они за ней вернутся.

– Нет. – Ольхолап даже подскочил, когда осознал, что Песчаная Буря стоит позади них. – Двуногие просто избавляются от лишней еды, потому что они её больше не хотят.

– Да как они могут ее не хотеть? – спросила Ольхолапа. – Она же восхитительно пахнет!

Котик принюхался, и его челюсти свело от великолепного аромата, донесшегося до него. Он понял, что зверски голоден.

– Вот Двуногие странные, – отметил Кротоус, вместе с Вишнегривкой подойдя к остальным.

Ольхолап наблюдал, как двое других взрослых Двуногих залазят в Чудище следом за своими котятами. Он вздрогнул, когда Чудище, проснувшись, издало свирепый рёв, а затем воздух наполнился едким запахом. Чудовище развернулось и отбежало прочь, его большие черные лапы крутились все быстрее и быстрее в беге по черной земле Гремящей Тропы, пока монстр не исчез среди деревьев.

– Чудище что, просто взяло и сожрало их? – спросила Огнелапка с расширенными от ужаса глазами.

– Нет, – помотала головой Песчаная Буря. – Чудища позволяют Двуногим кататься внутри них. Я даже не пытаюсь это понять.

– Двуногие странные, я ж говорил, – мяукнул Кротоус. – И к их Чудищам это тоже относится. Заметьте, – через мгновение добавил кот, – они хоть и странные, но кое-что из их еды действительно вкусное. Я не поклонник Двуногих, конечно, но мне кажется, глупо позволить их еде пропадать, когда она прямо у нас под носом, – он махнул хвостом в сторону камня с открытой верхушкой.

Коты переглянулись.

– Я не уверена… – промямлила Песчаная Буря. – Вы же знаете, что воители не должны есть пищу для домашних кисок.

– Это пища не для кисок, – возразила Вишнегривка. – Это еда для Двуногих.

– Ну… ладно, – неохотно согласилась Песчаная Буря. – Дело ваше, если вы сумеете выковырять еду оттуда. Я посмотрю.

Она осталась в папоротниках на краю поляны, тогда как Огнелапка нетерпеливо бросилась к камню. Ольхолап поднял глаза; наверху камня, возле пещеры, торчала сверкающая черная штуковина, и её блестящие серебристые края были такими гладкими, что не за что было ухватиться.

– И как мы собираемся туда забраться? – спросил Кротоус таким тоном, будто бы и не собирался услышать ответ.

Вишнегривка попыталась вскарабкаться наверх, но ее лапы скользили по гладкой поверхности камня, и она сползала вниз прежде, чем успевала достать что-нибудь сверху.

– Мышиный помёт! – воскликнула она.

– У меня идея! – Шерсть Огнелапки встала дыбом, а хвост распушился от волнения. – Отойдите в сторонку, вы, все.

Она отступила на несколько лисьих хвостов назад, а затем разбежалась и запрыгнула на вершину камня, балансируя прямо на самом краю пещеры.

– Спускайся! – вскрикнула Вишнегривка. – Ты упадешь внутрь, и как мы тогда тебя достанем?

– Всё со мной хорошо! – пискнула Огнелапка.

Она раскачивалась туда-сюда, вцепившись лапками в края пещеры. Камень от её веса наклонился и внезапно опрокинулся. Огнелапка отпрыгнула в место побезопаснее, и камень стукнулся о землю и изверг наружу горы мусора Двуногих.

– Вот так то, – выдохнула Огнелапка, абсолютно довольная собой. – Без проблем!

Кротоус засунул в пещеру голову, листвяные свертки Двуногих затрещали под его лапами, а затем он появился с куском чего-то в зубах. Ольхолап глубоко вдохнул соблазнительный запах.

– Это что? – спросил он.

– Нненау, – промямлил Кротоус, держа в зубах свою добычу. – Какая-то птица, как я думаю. Идите и возьмите еще немного. Её там полно.

Огнелапка тут же последовала его примеру, вырыв большой кусок птицы и для себя.

– Да она такая большая, что должна быть, по меньшей мере, орлом! – мяукнула она. – Я поделюсь с Песчаной Бурей.

Ольхолап, а затем и Вишнегривка тоже отважились сунуться в пещеру и вытащили немного добычи и для себя.

– Спасибо, Огнелапка, – буркнул Ольхолап, когда они подошли к остальным трапезничающим котам. – А ты хороша и в охоте на еду Двуногих тоже!

Откусив кусочек от своей добычи, ученик понял, что вкус у нее даже лучше, чем запах. Но когда он проглотил кусок, то ощутил, что его шкуру покалывает, словно бы кто-то следил за ними. Он пытался убедить себя, что это глупо, однако он не мог избавиться от этого ощущения.

Среди деревьев раздался шорох. Ольхолап напрягся, оглянувшись через плечо.

«Может быть, это вернулся сумасшедший котёнок Двуногих? Или, может, Двуногие на самом деле вовсе не покончили со своей едой?»

Но шорох стих, к тому же, он так ничего и не увидел. Ольхолап пытался уловить хоть какой-нибудь запах, но аромат пищи Двуногих заглушал всё остальное. Он вернулся к обеду, стараясь успокоить себя, что это всё – просто игра воображения.

«Подозрительно... У меня только что было такое чувство, будто кто-то следит за нами».

Глава 10

Солнце медленно уплывало за горизонт по волнам неба, превратившееся в огненное зарево. Коты молча брели по подлеску. В животе Ольхолапа урчало от голода. С того самого момента, как солнце поднялось на самую верхушку неба, все тело молодого кота болело от напряжения. Они уходили всё дальше и дальше от родных земель. И котик даже не сразу понял, что боль в животе вызвана голодом. Казалось, прошло много рассветов с тех пор, когда он с товарищами лакомился едой Двуногих.

– Думаю, нам нужно остановиться и поохотиться, – предложил Кротоус. – Скоро стемнеет.

Песчаная Буря в нерешительности перевела взгляд на молодого воина.

– Сначала нужно пересечь Гремящую Тропу, – ответила она. – Лучше это сделать до заката, а потом и поохотимся.

Впервые за все время Ольхолап почувствовал едкий привкус в воздухе. Сначала его уши уловили отдаленный грохот, и ученик было подумал, что собирается гроза, но алое небо было ясным и чистым. Смрад напомнил ему о Чудище, которое поглотило Двуногих, и Ольхолап догадался, что так пахнет и Гремящая Тропа.

– Но я сейчас с голоду помру! – запричитала Огнелапка. – Давай сначала поохотимся, ну, пожалуйста?

Песчаная Буря задумчиво пошевелила усами и, наконец, произнесла:

– Ладно. Признаюсь, я и сама немного голодна.

Едва она закончила говорить, как Огнелапка стремительно нырнула в подлесок и, прежде чем кто-либо успел опомниться, уже вернулась с безжизненной полевкой, болтавшейся у кошечки в пасти.

– Отличная охота! – одобрительно кивнула Песчаная Буря.

– Одному Звездному племени известно как она это делает! – пробормотал Кротоус.

Ольхолап искренне восхищался блестящей охотничьей сноровкой сестры, и в то же время пытался подавить предательскую колючку зависти, которая как репей пристала к нему. Подавить зависть было еще тяжелее, когда Кротоус предложил: – Не хочешь поохотиться со мной?

– Эм… конечно. – Ольхолап догадался, что его бывший наставник уверен, что в одиночку юному коту ничего не светит. «Как будто я снова ученик!» – думал Ольхолап, углубляясь за Кротоусом в рощу, поросшую кустами орешника.

– Постарайся вспомнить, чему я тебя учил, – наставительно произнес Кротоус, – Сосредоточься на небольшом участке земли. Вроде как, это тебе помогает.

«Да ну?» – эхом отозвались мысли Ольхолапа. Молодой кот прищурился и принялся внимательно следить за опавшими листьями и веточками под ближайшим кустом орешника. Принюхавшись, он уловил запах мыши, а вскоре и заметил существо, почти скрытое от взора кота кучкой опавших листьев.

Судорожно пытаясь вспомнить все, что когда-то ему говорил Кротоус, Ольхолап пополз вперед. Мышь, казалось, и не ведала об охотнике, продолжая деловито возить своим острым носом по трухе. Ольхолап помедлив, бросив быстрый взгляд на ветку над головой. «Достаточно ли здесь места для прыжка? Или я снова коснусь ветки и распугаю всю дичь?».

Пока он раздумывал, мышь на мгновение замерла, а затем сорвалась с места. Она бы удрала, если бы Кротоус вовремя не обрушился на неё и не прикончил одним ударом лапы.

– Попытайся снова, – предложил Кротоус, которому явно надоело охотиться со столь нерасторопным товарищем. – Пойду посмотрю, может, мне удастся поймать белку.

Он ушел, оставив мышку Ольхолапу. Молодой кот снова решил попытать счастья. Вскоре он заметил черного дрозда, что-то клевавшего в траве у куста. Ольхолап моментально принял охотничью стойку и медленно пополз вперед, уверенный, что на этот раз точно не подведет своего бывшего наставника. Он представил, как возвращается обратно к соплеменникам с гордо поднятой головой да с крупной птицей в пасти. Его лапы начали дрожать от волнения, когда он приблизился к дичи.

И тут одна из его передних лап предательски подогнулась, и он потерял равновесие. Птица упорхнула с хриплым криком.

«Лисий помет!» – выругался Ольхолап, осознав, что угодил лапой в небольшую ямку в земле, скрытую островком зеленой травы. «Могло случиться с кем угодно, – успокаивал себя котик, а потом уныло подумал: – Но это должно было случиться обязательно со мной!»

Он принюхался, надеясь уловить еще запахи дичи, но из-за ореховых кустов уже показался Кротоус с упитанной белкой в пасти.

– Не повезло? – сочувствующе протянул бывший наставник Ольхолапа. – Ничего. Можешь взять эту белку. И про мышь не забудь.

Когда они вернулись к тому месту, где их соплеменники устроили привал, Ольхолап заметил, что Песчаная Буря уже с аппетитом поедает жирного голубя, а Вишнегривка поймала двух мышек.

– Ух ты! – воскликнула Огнелапка, завидев брата. – Ты поймал мышку!

– Не я. Кротоус, – коротко ответил Ольхолап, положив мышку на землю. Он чувствовал себя бесполезным, чем когда-либо.

К тому времени, как коты поели, солнце уже зашло, и под деревьями сгустились тени.

– Уже поздно, – подала голос Песчаная Буря. – Если мы хотим пересечь Гремящую Тропу этим вечером, нам нужно поторопиться.

Когда все двинулись в путь, шкуру Ольхолапа вновь закололо от ощущения, что за ними кто-то следит. По пути он внимательно разглядывал подлесок, вдоль которого они шли, почти уверенный, что кто-то наблюдает за ними из его глубины. Он подумал, не рассказать ли о своих подозрениях Песчаной Буре, но, даже как следует принюхавшись, он не смог различить ничего странного, так как запахи его соплеменников заглушали все вокруг. «Чего доброго подумают, что я выдумываю, – сказал он себе, пытаясь отмахнуться от неприятного ощущения. – А может, это и вправду так».

Рев становился все громче, и вскоре ноздри кошек заполнил едкий смрад, заглушив лесные запахи. Не прошли путники и несколько лисьих прыжков, как деревья начали редеть, а потом и вовсе исчезли. Их сменила полоска колкой травы, которая граничила с Гремящей Тропой.

Ольхолап уставился на твердую каменную поверхность Тропы. Его сердце бешено колотилось, казалось, оно готово выпрыгнуть из груди. Никогда ещё молодой кот не видел ничего столь ужасающего. Чудища проносились в обоих направлениях, так близко, что ветер из-под их лапищ трепал шкуры котов и обдавал их невообразимой вонью. Когда Чудища бежали, они издавали противный пронзительный шум, как будто разговаривали друг с другом. У большинства из них было по два пылающих глаза, которые прорезали темноту перед ними.

Затем Ольхолап заметил Чудище всего с одним глазом, которое казалось опаснее других.

– Одноглазое Чудище! – взвыла Огнелапка, прижимаясь к боку Ольхолапа. В голосе сестры Ольхолап услышал отзвуки собственного страха.

– Вам понадобится вся ваша храбрость, – спокойно мяукнула Песчаная Буря. – Мы должны пересечь тропу, прежде чем полностью стемнеет. Идемте со мной и помните, что вам сказала. Никто не пересекает тропу пока я не подам сигнал!

Ольхолап сделал глубокий вдох и собрал все свои силы. Он закрыл глаза и вызвал в памяти котов из своего видения. «Я делаю это ради вас, – полный решимости он снова открыл глаза. – Если мы должны пересечь тропу, мы это сделаем».

Он последовал за Песчаной Бурей и встал в одну линию со своими соплеменниками у самого края Гремящей Тропы. Он никогда не думал, что окажется так близко к визжащим и проносящимся мимо с бешеной скоростью Чудищам. Шум звенел у него в ушах, ветер и смрад окутывали его – он не понимал, где находится. Чудища неслись так быстро, что он не мог разглядеть их лапы, лишь размытые черные пятна. От визга Чудищ болели уши, а их горящие глаза, казалось, ослепляли, стоило взглянуть в них.

– Но бойся, – прошептала ему Песчаная Буря, стоявшая рядом с ним. – Если мы правильно выберем время, Чудища нас и не заметят.

Ольхолап хотел ей верить, но запах и голос старшей кошки говорили о том, что и ей страшно.

Чудища неустанно носились в обе стороны, так что у котов не было возможности, чтобы безопасно перебежать. Ольхолап представил, как эти массивные черные лапы давят кота, переламывают все кости, вдавливают безжизненное тело в твердую смердящую поверхность.

Внезапно что-то вылетело из одного из Чудищ. Оно зловеще свернуло в глазах-лучах Чудищ и полетело прямиком к Кротоусу. Песчаная Буря тоже это заметила.

– Нет! – взвыла палевая кошка и бросилась на Кротоуса, толкая его подальше от тропы. Оба воителя потеряли равновесие и откатились в сторону, в то время как летящая штуковина ударилась о край тропы и разлетелась на кучу блестящих кусочков.

– Спасибо! – выдохнул Кротоус, еле поднимаясь на лапы. – Ты спасла мне…

Он оборвался. Ещё одна сияющая штуковина из другого Чудища летела в сторону котов, со свистом рассекая воздух.

– Бежим! – заорала Песчаная Буря. – Назад, к деревьям!

Никому не пришлось повторять дважды. Никто не собирался проверять, что это за штуковины на собственной шкуре. Ольхолап лишь услышал глухой удар о землю, когда удирал вместе с Огнелапкой в спасительный приют деревьев. Сначала он испугался, что они потеряют друг друга в сгущающейся темноте, но спустя мгновение они все вместе сгрудились в зарослях папоротников. Все дрожали и тяжело дышали.

– Едва лапы унесли! – выдохнула Песчаная Буря. – Если хотим вернуться домой живыми и невредимыми, то не стоит рисковать сейчас и пытаться пересечь тропу еще раз в темноте. Мы разобьем лагерь здесь.

По шкурке Ольхолапа пробежала волна облегчения оттого, что ему не нужно возвращаться к Чудищам с горящими глазами. Он пытался не думать о том, что переход тропы утром не менее страшен и опасен.

Все были слишком измотаны, чтобы сделать себе настоящие гнездышки для сна. Они лишь заползли поглубже в заросли папоротников и свернулись клубочками, тесно прижавшись друг к другу.

Ольхолап был благодарен за вздымающийся теплый бок сестры с одной стороны и за посапывающего Кротоуса с другой. Но стоило сну захватить его, как он вновь почувствовал на себе пристальный взгляд неизвестного преследователя, от которого неприятно покалывало шкуру.

***

Солнечный свет пробивался через папоротники косыми линиями, когда Ольхолап проснулся на следующее утро. Выбравшись из ночного убежища на открытую поляну, он увидел Песчаную Бурю, умывавшуюся у подножия букового дерева. Больше никого не было видно.

– Уже поздно! – выдохнул он. – Почему ты меня не разбудила? Где остальные?

– Пригладь шерстку, – мяукнула Песчаная Буря, лизнув лапку и заведя её за ухо. – Солнце только взошло. Остальные ушли на охоту.

Только она договорила, как листья папоротника раздвинулись, и появилась Вишнегривка с белкой в пасти. Кротоус и Огнелапка появились следом за ней, каждый нес полёвку.

– Отличная охота! – обрадовалась Песчаная Буря. – Поедим и в путь!

Приятное чувство сытости наполняло живот Ольхолапа, когда он вместе с соплеменниками вышел на окраину леса и снова приблизился к Гремящей Тропе. Стоило ему вновь приблизиться к черной каменной поверхности, как прежние страхи вернулись на него стремительной волной. Чудища проносились все так же быстро, но при свете дня они не выглядели такими устрашающими. «По крайней мере, мы теперь можем видеть их полностью, а не только их зловещие горящие глаза!»

Песчаная Буря стояла в центре линии воителей и смотрела по сторонам, выжидая удобное время для пересечения тропы.

– Когда я скажу «вперед», – объясняла она, – бегите так, будто у вас все племя Теней на хвосте. Не останавливайтесь, пока не доберетесь до противоположной стороны.

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем рев Чудищ затих и последнее из них исчезло вдали.

– Вперед! – воскликнула Песчаная Буря. – Бежим!

Ольхолап выскочил вперед, его лапы едва касались незнакомой поверхности, обжигающей подушечки. Он мчался, позабыв обо всем, Огнелапка ни на хвостик не отставала от брата. Внезапно пронзительный рев Чудища ударил его по ушам, и он едва смог различить визг Песчаной Бури: «Быстрее!»

Обернувшись через плечо, Ольхолап увидел самое страшное Чудище, угрожающе нависающее над ним с раскрытыми блестящими челюстями. Ему хотелось в страхе замереть и закрыть глаза, ожидая ужасающего столкновения, но Огнелапка напирала на него сзади, не позволяя остановиться. Чудище с визгом пронеслось за спиной Ольхолапа, когда котик рухнул на спасительную полоску травы на противоположной стороне.

– Великое Звездное племя, я чуть со страху не померла! – отдышавшись, взвизгнула Огнелапка.

Ольхолап сел, стараясь выровнять дыхание:

– Я бы точно умер, если бы не ты, Огнелапка. Спасибо. Ты спасла ме…

Сестра несильно толкнула его плечом, пробормотав:

– Тише ты, глупый шерстяной клубок!

– Нам лучше где-нибудь спрятаться, – предложил Кротоус. – Чудища снова могут начать бросаться всякими штуковинами.

– Хорошая идея! – согласилась Песчаная Буря.

Всю остальную часть дня путники петляли меж деревьев. Тучи над головами котов начали сгущаться, сея мрак над лесом. Ветер гудел в верховьях деревьев, заморосил легкий дождик. Но к вечеру небо вновь прояснилось, хоть воздух и остался холодным. Распушив шерстку, Ольхолап шел и грезил о своем моховом гнездышке в палатке оруженосцев. «По крайней мере, я больше не чувствую, что за нами кто-то следит. Может быть это существо, кем бы оно ни было, не решилось пересечь Гремящую Тропу вслед за нами?»

Наконец они достигли оврага, со всех сторон окруженного кустами остролиста. В ложбинке была небольшая лужа, в которой все коты, спустившись вниз по склону, остудили воспаленные лапы, натертые во время путешествия и бешенной гонки по Гремящей Тропе.

– Неплохое местечко для лагеря, — мяукнула Песчаная Буря. – Ольхолап, мы с тобой пойдем пособираем что-нибудь для гнёздышек, а остальные пусть охотятся.

Колючка сожаления впилась в шкурку Ольхолапа, когда он понял, что его возможно никогда больше не позовут в охотничьи патрули. Но вскоре он принялся за работу, собирая мох, листья и папоротники для подстилок своим соплеменникам. К тому времени, как он сделал мягкое уютное гнездышко для всех в тени куста остролиста, луна поднялась на верхушку неба и остальные вернулись с парой дроздов и землеройками.

– Спокойной ночи! – зевнула Огнелапка, когда она уже умяла свою долю добычи. – Может быть, завтра мы найдем эти таинственные тени.

– Нет, глупышка, – сонно простонала Песчаная Буря. – У нас впереди ещё долгий путь.

Ольхолап зарылся в свою подстилку и приготовился ко сну рядом с Огнелапкой. Он почти уснул, как вдруг услышал хруст листвы, раздающийся откуда-то из-за кустов. Он мгновенно сел и принялся осматриваться по сторонам. Песчаная Буря тоже услышала этот шум, остальные коты сонно поднимались на лапы. Треск не умолкал и, Ольхолапу показалось, что он может различить отдаленный топот лап по земле.

Песчаная Буря взмахнула хвостом, приказывая всем оставаться на местах.

– Я проверю, – прошептала она.

Осторожно, будто выслеживая мышь, Песчаная Буря беззвучно выползла из гнезда и направилась в сторону кустов. Она почти достигла их, как вдруг ночной воздух прорезал свирепый рык.

Сильная вонь опалила ноздри Ольхолапа, и он не смог сдержать крика ужаса, когда огромная тень выскочила из кустов и бросилась на Песчаную Бурю. Блеснули зубы и острые когти, сверкнули налитые кровью глаза.

– Великое Звездное племя, только не это! – завопила Огнелапка. – Я думаю, это лиса!

Глава 11

Ольхолап не мог поверить в то, насколько быстрой была лиса. Он наблюдал, остолбенев, как её жилистое тело, изогнувшись в прыжке, обрушилось на Песчаную Бурю. Острая морда зарылась в шерсть кошки, а зубы с лязгом впились в плечо жертвы. Песчаная Буря пронзительно закричала от боли.

Придя в себя от шока, Ольхолап рванулся вперёд и набросился сверху на лисицу. Зарычав, зверь встал на дыбы и сбросил с себя оруженосца. Освободившись от челюстей лисы, Песчаная Буря откатилась в сторону, она находилась в полубессознательном состоянии. Из раны на плече сочилась кровь.

– Уходи отсюда! – крикнул ей Ольхолап. – Слишком опасно – ты ранена!

Песчаная Буря заколебалась, выпустив когти, а затем неохотно отползла в сторонку.

Ольхолап снова набросился на рыжую хищницу и полоснул когтями её бок, а затем, когда лисица огрызнулась на него, снова убрался из зоны ее досягаемости. «Где все остальные?» – судорожно думал он. Он огляделся, и его сердце заколотилось вдвое сильнее, когда оруженосец заметил вторую лису, атаковавшую его соплеменников. Котам только и оставалось, что отчаянно защищаться. «Они не сумеют мне помочь, – осознал он, что только подкрепило его страх. Ночной воздух полнился рычанием, криками и отвратительной вонью крови.

Лиса Ольхолапа нанесла удар прямо по его мордочке, и молодой кот едва успел увернуться. Лисица снова бросилась на него, ученик отскочил назад и тут же врезался во что-то твёрдое; Ольхолап с ужасом осознал, что он в ловушке между беснующимся зверем и стволом дерева.

Лиса рычала, когти скребли землю прямо у его носа. Ольхолап пытался угрожающе шипеть, но его голос звучал слабо и совершенно не угрожающе. «Я даже котенка не напугаю!»

Когда лиса изготовилась для очередного прыжка, Ольхолап напрягся всем телом, однако прежде, чем лисица двинулась с места, раздался громкий высокий вопль. Ольхолап только успел разглядеть, как в лунном свете мелькнул вихрь шерсти – кто-то вылетел из кустов и повис на спине у лисы.

Лиса испустила ужасающий визг и начала метаться, пытаясь сбросить со своей спины проклятый комок шерсти. Однако шерстяной ком крепко вцепился когтями в её шкуру и сумел удержаться.

«Это кошка, – догадался Ольхолап. – Великое Звёздное племя, ну и смелая же она! Но лисе она не соперник»

Но времени раздумывать, кто такая эта таинственная незнакомка, не было. Ольхолап высоко прыгнул, пытаясь вцепиться лисе когтями в горло, однако зверь так неистово мотал головой, что котику не удалось как следует ухватиться. И тут он осознал, что к нему присоединилась Огнелапка – сестра со всей яростью сражалась с ним бок о бок, нанося лисе хлесткие удары когтями по плечам, а затем отпрыгивая, чтобы зверь не мог дотянуться до нее.

– Меть ей в глаза! – выкрикнула кошка, скакавшая на лисьей спине. – Или наподдайте ей по задним лапам!

Голос незнакомки звучал для Ольхолапа очень знакомо, но у него совсем не было времени рыться в памяти, к тому же, в неверном свете луны котик едва ли мог ее рассмотреть.

– Что бы ты там ни делала, не отпуская её! – задыхаясь, взмолилась Огнелапка.

– И не думаю! – незнакомка обхватила лапами шею лисы и прочёсывала её спину когтями. Ольхолап и Огнелапка по-прежнему атаковали зверя с боков, пытаясь сбить лисицу с лап.

В конце концов, громко завизжав, лиса в очередном безумном кульбите сумела стряхнуть с себя незнакомку, и кошка повалилась в папоротниковые заросли. Ольхолап бросился зверю наперерез, закрывая собой незнакомку, однако, определенно, лисе хватило сполна. Она поджала хвост и кинулась прочь, а вскоре и Вишнегривка с Кротоусом отправили вторую хищницу следом за подругой.

Еще несколько мгновений коты стояли неподвижно, их груди тяжело вздымались, пока они пытались отдышаться. Первой подала голос Песчаная Буря:

– Все ли в порядке?

– Со мной все хорошо, – отозвался Ольхолап.

– Я ударился плечом о землю, – мяукнул Кротоус. – Думаю, оно завтра опухнет, но ничего страшного.

– А я всего лишь потеряла клок шерсти, – добавила Вишнегривка.

Ольхолап начал обнюхивать Огнелапку, пытаясь убедиться, что она в порядке, но кошечка изгибалась и извивалась под его любопытным носиком.

– Честное слово, Ольхолап, со мной все хорошо!

– И со мной, – раздался голос незнакомки из-за спины Ольхолапа. И ученик обернулся посмотреть на нее, выбравшуюся из-под вороха папоротниковых листьев.

– Спасибо за помощь, – мяукнул он, и остальные поддержали его хором благодарностей. – Думаю, лиса бы точно меня схватила, если бы не…

Тут луна вышла из-за облаков, и Ольхолап сумел хорошенько рассмотреть незнакомую кошку.

– Иглолапка! – выдохнул он. – Что ты тут делаешь?

Та вальяжно прошествовала через группу котов, спокойно оглядев всех по очереди.

– Спасаю вас от лис, – ответила она.

– Но… ты разве не ученица из племени Теней? – спросила Вишнегривка. – Где твой наставник? Что ты делаешь так далеко от дома?

Иглолапка, явно раздраженная потоком вопросов со стороны воительницы, дерзко хлестнула хвостом.

– Я делала вылазку на территорию племени Ветра, а потом увидела, что вы куда-то идете, – ответила она. – Я была совершенно уверена, что это имеет какое-то отношение к пророчеству, и поэтому последовала за вами.

– Ты не можешь вот так шляться, где вздумается, без своего наставника, – осадила её Песчаная Буря. Ее голос звучал глухо от боли в ране, и Ольхолап понимал, что ей сейчас нужны не споры с этой Сумрачной ученицей, а покой и забота. – И тебе нельзя было бродить по территории племени Ветра.

– Я не охотилась! – возмутилась Иглолапка. – И я…

Её голос стих под взглядом зеленых глаз Песчаной Бури.

– Тебе запрещено покидать территорию племени самостоятельно, без разрешения своего предводителя, – продолжила Песчаная Буря. – Ты хотя бы можешь себе вообразить, как это опасно – быть здесь в одиночестве? У тебя будут серьезные разборки с Рябинозвёздом, деточка, когда ты вернешься домой.

Иглолапка ответила ей взглядом, в котором сквозил вызов, но всё же промолчала.

– Ты что, правда следовала за нами через Гремящую Тропу? – спросил Кротоус с любопытством. – Это же опасно.

– Ну понятно же, что да, – с насмешкой отозвалась Иглолапка. – Гремящие Тропы – не такая уж большая проблема. Я не боюсь Чудищ!

Ольхолап задумался: Иглолапка действительно так считала, или ей хотелось показаться крутой. «Гремящие тропы – ужасающая штука!»

– Значит, ты мышеголовая, – едко произнес Кротоус.

– Я могу о себе позаботиться, – парировала Иглолапка. – Не могу сказать того же и о вас. Вам же так была нужна моя помощь. Я ведь только что вас спасла!

– Может быть, ты помогла нам спастись, – подчеркнула Огнелапка, её кончик хвоста раздраженно метался туда-сюда. – Однако ты всего лишь помогла.

Иглолапка не придала ее словам ни малейшего значения.

– Так что я теперь иду с вами! – объявила она.

Вишнегривка и Кротоус перекинулись скептическими взглядами.

– Ни в коем случае! – воскликнула Вишнегривка.

– Именно! – отрезала Песчаная Буря. – Ты должна вернуться на свою территорию.

– Я остаюсь, и вы не сможете мне помешать! – твёрдо мяукнула Иглолапка, ничуть не смутившись. – Я знаю, что вы ищите тех, кто спрятался в тенях, как и говорилось в пророчестве. И я не допущу, чтобы это нашли только коты из Грозового племени. Кто сказал, что племя Теней не может разделить эту судьбу? – Её взгляд перескакивал с одного кота на другого, а голос звучал все более и более убедительно. Ольхолап догадался, что ее отчаяние простирается немного дальше, чем только в вопросах поиска тех, кто таится в тенях. – И если я могу сделать что-то, чтобы небо прояснилось и над моим племенем, то я это сделаю.

Ольхолап ощутил прилив симпатии к этой смелой кошке. «Будь я на её месте, я бы тоже захотел убедиться, что небо прояснится и для Грозового племени».

Однако мысли Ольхолап были прерваны Иглолапкой, развернувшейся и заговорившей прямо с ним.

– Ольхолап, ты – целитель. Ты в этом разбираешься. Ты как считаешь? – Её голос смягчился до вопросительного мурлыкания. – Пожалуйста, позволь мне пойти с вами.

Оруженосцу было приятно, что эта кошка интересуется его мнением, а значит – питает какое-то уважение к нему. И в то же время он понимал, что не должен испытывать таких нежных чувств к Иглолапке. «Она из другого племени, она вечно нарушает Закон, она груба со старшими воителями… Но она забавная, и совсем другая, а еще хорошо умеет охотиться и сражаться. А ещё – она всегда говорит то, что думает».

– Я… э… Я не знаю, – промямлил оруженосец, чувствуя себя не в своей тарелке. – Я не уверен…

– Это путешествие Ольхолапа, – встряла Песчаная Буря к огромному облегчению ученика. – Но как бы то ни было, он не может принять такое решение самостоятельно. Нам нужно это обсудить… наедине, – завершила она, строго глядя на Иглолапку.

– Как скажете, – мяукнула Иглолапка после короткой паузы, затем нарочито беспечно лизнула лапку.

«Для неё это не так уж и обычно, – осознал Ольхолап. – Она никогда бы в этом не призналась, но она волнуется насчет того, как мы решим с ней поступить».

Грозовые коты отступили под сень деревьев, росших на краю оврага. Ольхолап заметил, что Песчаная Буря хромает, а из её плеча льется кровь.

– Ты в порядке, Песчаная Буря? – поинтересовался он. – Мне следует взглянуть на твою рану.

– Всё со мной будет хорошо, – отозвалась кошка, небрежно поведя усами, как бы говоря, чтобы котик не принимал это всерьёз.

Но Ольхолапа этот ответ не успокоил.

– Нужно как следует вылизать рану, чтобы не было заражения, – сказал он Песчаной Буре, как только они устроились в тени деревьев. – Огнелапка, принеси немного паутины.

– О, великий и могучий целитель! – воскликнула Огнелапка. – Никак вы брали уроки вежливости у Воробья?

Тем не менее, она порыскала по подлеску и вскоре возвратилась с полными лапами паутины.

К этому времени Песчаная Буря успела очистить рану. Ольхолап тщательно осмотрел её плечо, довольный тем, что к этому времени кровотечение почти прекратилось.

– Это всё, конечно, хорошо, – мяукнула Песчаная Буря, наблюдая, как Ольхолап пристраивает на место раны паутину. – Но что мы собираемся делать с Иглолапкой? Не испытываю особого счастья насчет того, чтобы она тащилась вместе с нами, но все же она слишком юна, чтобы бродить сама по себе, и мы не можем отправить её обратно домой, ведь у нас нет лишнего кота для её сопровождения. А иначе слишком опасно!

– Я думаю, ты права, – согласилась Вишнегривка.

– Эта мелкая заноза в одном месте, – сердито хлестнув хвостом, прорычал Кротоус, – сама впутала себя в неприятности. И она должна убираться! Заносчивые ученики из племени Теней – не наша проблема!

– А всё же, – начал Ольхолап, чувствуя неловкость от того, что ему приходится противоречить старшему воителю, – её излишнее любопытство, которое так вам не нравится, было весьма к месту, когда на нас напали лисы.

– Может быть, и так, – крякнул Кротоус.

– Но мы уже побили этих лис, – мяукнула Огнелапка. – Иглолапка нам больше не нужна.

– Это ни к чему нас не приведет, – вздохнула Песчаная Буря. – Ольхолап, кое в чём Иглолапка была права: это твоё путешествие. Что ты думаешь?

– Я не согласен с Кротоусом и Огнелапкой, – признался Ольхолап, хотя ему и не хотелось идти против мнения своего бывшего наставника и своей сестры. – Я считаю, Иглолапка должна пойти с нами. И если мы попытаемся отправить её назад, – добавил он, – она это проигнорирует и продолжит так или иначе идти за нами попятам.

– Может быть, – фыркнул Кротоус. – Но это еще не причина принимать ее с распростертыми объятиями.

– Ладно, – мяукнула Песчаная Буря. – Мы всё не можем прийти к соглашению, поэтому окончательное решение приму я. Иглолапка идёт с нами.

Огнелапка и Кротоус обменялись разочарованными взглядами.

– Прелестно! – фыркнула Огнелапка. – Но мы же ни за что не скажем ей, зачем на самом деле это путешествие, так ведь?

Ольхолап не мог смотреть Огнелапке в глаза. «Мои собственные соплеменники тоже не знают, для чего это путешествие!»

Песчаная Буря поймала его взгляд.

– Нет, мы ей не скажем, – пробормотала она.

Поднявшись на лапы, Грозовые коты возвратились обратно в овраг, чтобы огласить перед Иглолапкой их решение. По пути Ольхолап слышал, как ворчат позади него Кротоус и Вишнегривка.

– Как только эта заноза вернется на свою собственную территорию, у неё будут большие неприятности, – кряхтел Кротоус.

– Не наша проблема, – отозвалась Вишнегривка. – Только её!

Покуда они были в отлучке, Иглолапка умывалась, и теперь ее серебряная шерстка поблёскивала в лучах занимающегося рассвета. Ольхолап, весь в пыли и кусочках мусора после битвы с лисой, рядом с ней ощутил себя неряхой.

– Мы решили позволить тебе пойти с нами, – объявила Песчаная Буря.

Иглолапка подняла лапу и стала демонстративно разглядывать свои коготки.

– Да уж конечно, вы решили позволить… – хладнокровно заявила Иглолапка. – Ежу было понятно, что у вас не выйдет меня остановить.

Шерсть Ольхолапа затрещала от раздражения из-за её грубых слов, но всё же он почувствовал, что Иглолапка стала куда радостнее, чем она готова была это признать. «Она будто бы очень… одинокая», – подумал он.

Небо занялось алым заревом, приветствуя восходящее солнце, и Ольхолап сумел рассмотреть мордочку Иглолапки внимательнее. И он был почти уверен, что увидел в её глазах счастье оттого, что она была ими принята.

Глава 12

– Песчаная Буря! – позвал Ольхолап. – Теперь, когда солнце взошло, я снова хочу осмотреть твое плечо.

– Хорошо, – старая кошка вздохнула. – Я знала, что ты это скажешь.

Она стояла смирно все время, пока юный котик снимал паутину, наложенную накануне на рану. Кровь все еще медленно сочилась из раны.

– Мы можем чем-то помочь? – с тревогой спросила Огнелапка, глядя через плечо брата.

Ольхолап был рад, что точно знает, что делать. Листвичка и Воробей гордились бы им!

– Мне нужен корень окопника. Вишнегривка, Кротоус, не могли бы вы найти его? Он такой с большими листьями, а его корень черный и резко пахнет.

– А, это тот самый, чем вы лечили пою лапу? – оживилась Вишнегривка. – Тогда я знаю! Кротоус, идем!

– Вообще это не так серьезно, чтобы поднимать такую бучу, – проворчала Песчаная Буря, когда хвосты двух молодых воинов скрылись в зарослях. – Все и без того хорошо.

– Ну уж нет, – остановил ее Ольхолап. – Не спорь. Просто позволь мне тебя вылечить, это очень важно.

Честно говоря, он чувствовал себя немного странно, говоря в таком тоне со старейшиной, и почувствовал облегчение, когда Песчаная Буря наконец неохотно кивнула.

– А пока плечо надо вылизать еще раз хорошенько. Тогда оно будет готово к обработке.

Солнце едва поднялось чуть выше над землёй, а Вишнегривка и Кротоус уже вернулись, держа в пасти по охапке окопника. Ольхолап сразу же приступил к работе. Деловито разжевав нужные ему корни, он стал втирать кашицу в плечо Песчаной Бури. Когда сок просочился в рану, старая кошка облегченно выдохнула.

– Мне намного лучше.

Ольхолап обернулся к остальным:

– Так, теперь вы.

– Мы в порядке! – запротестовала было Огнелапка, но он решительно оборвал сестру:

– Вы будете в порядке, когда я скажу. – Как же кстати пришлась эта фраза Воробья, которую тот говорил в подобных случаях!

Огнелапка то и дело дергала усами, пока Ольхолап осматривал ее, но стояла Смирно. Юный кот заметил несколько царапин на ее лапе, на которые не обратил внимания раньше, и наложил на них лекарство.

– Спасибо! – воскликнула Огнелапка. – Эй, а ты видел свое ухо? Оно в крови!

Ольхолап понял, что там, куда указала его сестра, он чувствует легкое покалывание. Должно быть, сначала он не заметил в пылу схватки, а потом был слишком занят другими делами: спорами об Иглолапке и лечением своих соплеменников.

– Стой смирно, горе ты мое… – И тут Ольхолап почувствовал, как влажный шершавый язычок Огнелапки стал вылизывать его ухо. – Так, сейчас я возьму окопник… Готово. Все! Как ты думаешь, – промурлыкала Огнелапка, – из меня бы получилась хорошая целительница?

– Бесполезно! – развеселился он. – Но ты станешь потрясающей воительницей!

Осмотрев остальных, Ольхолап с облегчением понял, что Вишнегривка не пострадала. А Кротоус пожаловался:

– Плечо все еще побаливает. Ну ничего, думаю, станет легче, когда мы тронемся.

– У тебя… царапины на спине, – немного застенчиво обратился он к Иглолапке, испытывая неловкость оттого, что предлагает помощь кошке из другого племени. – Может, требуется моя помощь?

– Да, пожалуйста, – кивнула та, чувствуя, что было бы невежливо отказаться. – Эта блохастая зашвырнула меня в колючки… До сих пор болит!

Ольхолап увидел, что несколько шипов вонзились в спину Иглолапки, спутавшись с ее шерстью.

– Сиди смирно…

Приловчившись, он обхватил зубами и вытащил все колючки по очереди. Тут же на том месте, где они были, выступили капельки крови.

– Теперь окопник…

Как только лекарство впиталось, Иглолапка расслабленно потянулась и перевела дух.

– Спасибо, Ольхолап. Ты и правда хороший целитель. Теперь я чувствую себя намного лучше… И еще я ужасно голодна!

Котик почувствовал, как будто его шерсть запылала от смущения от похвал кошечки, поэтому он был рад отойти в сторону, когда Вишнегривка стала организовывать охотничий патруль. Воительница взяла с собой Кротоуса, Иглолапку и Огнелапку; с Ольхолапом же осталась Песчаная Буря.

– Ты хорошо справляешься, – проурчала старейшина, когда остальные скрылись вдалеке.

Ольхолап благодарно склонил голову:

– Спасибо тебе.

На самом деле он не был уверен, заслуживает ли похвалы, но все равно чувствовал, будто бы радость наполняет его подобно дождю, наполнявшему ямку в земле.

Солнце еще не забралось на верхушку неба, а охотники уже вернулись. Кротоус и Огнелапка несли по мышке, а Вишнегривка добытую полевку. Но по-настоящему Ольхолап удивился, увидев улов Иглолапки. Кошка тащила в зубах белку и голубя, таких больших, что едва управлялась с ними. Подойдя к Ольхолапу и Песчаной Буре, гревшихся на солнышке, Иглолапка бросила добычу к их лапам. Ученик изо всех сил старался скрыть, как он был впечатлен. И он знал, что сейчас услышит.

– Неплохо, да? – довольно спросила Иглолапка, подтвердив его ожидания. – Вы не пожалеете, что взяли меня. Я вам еще больше потом пригожусь!

Другие тоже сложили свою добычу. Ольхолап заметил, что его сестра выглядит немного уязвленной, будто бы завидует Иглолапке, и все искоса на нее поглядывает.

– Угу, – дернула она плечом. – Иглолапка поймала еще крысу! Здоровущую!

– И где же это? – заинтересованно спросила Песчаная Буря.

– Она ее съела! – буркнула кошечка. – Сама! Это против Воинского Закона.

Ольхолап никогда бы не решился сказать это вслух, но он чувствовал, что это – не самое подходящее время и место, чтобы учить Иглолапку правилам. Даже если она и нарушила закон, она все равно принесла больше добычи, чем все остальные вместе взятые.

– Давайте сейчас просто поедим и отдохнем. – Песчаная Буря бросила усталый взгляд на Огнелапку. – Благо сейчас у нас есть возможность. Мы все устали, поэтому нам нужно хорошо поесть и немного отдохнуть.

Та ничего не сказала, лишь только нахохлилась и возмущенно уставилась на Иглолапку, которой, казалось, было глубоко наплевать на любые упреки.

– Давайте поедим уже! – воскликнула она. – Ольхолап, я могу поделиться с тобой своей белкой. Она большая.

Острые когти голода вонзились в желудок котика, и он поспешил воспользоваться предложением. Эта белка показалось ему самым вкусным, что он только пробовал в жизни. Но когда, насытившись, он выпрямился и стал умывать мордочку, то заметил, что Огнелапка куда-то исчезла.

«Где Огнелапка? – подумал он с тревогой. – А если лисы вернулись?.. Хотя тогда бы было шумно. Ну не могла же она просто так взять и исчезнуть!»

Грозовые коты разбежались по поляне, наперебой зовя кошечку. Но вот Песчаная Буря заглянула в заросли, где Ольхолап и Огнелапка до этого устроили свое гнездышко, и улыбнулась:

– Она здесь!

Подойдя вместе с остальными, куда показывала старая кошка, Ольхолап увидел, что сестра и впрямь спит, свернувшись клубочком и закрыв нос кончиком хвоста.

– Может, ее разбудить? – засомневался было Кротоус, но Вишнегривка покачала головой:

– А по-моему, она все правильно сделала! – И красноречиво зевнула, чуть не вывихнув челюсть.

– Верно, – кивнула Песчаная Буря. – Мы все должны немножко поспать.

Ольхолап подумал, что Песчаной Буре тяжелее всех дается это путешествие: мало того что возраст, так еще и травма… Он потихоньку стал понимать, что дорога выматывает старейшину очень сильно, гораздо больше, чем она сама готова признать.

– Кто постоит на страже? – спросил он, как только все устроились в своих гнездах. – Лисы близко!

«Это должен сделать я, – пронеслось у него в голове. Он старался не обращать внимания на налившиеся тяжестью уставшие лапы. – Мы бы не отправились в это путешествие, если бы не мое видение… И даже если я этого не хочу, я отвечаю за них всех».

– Давай-ка я! – не принимавшая участия в поисках Огнелапки Иглолапка показалась со стороны лужи, отряхивая капли воды с усов. – Я не такая соня, как вы, а сейчас, когда еще и сытая, полна сил на несколько дней вперед!

Поблагодарив ее, Ольхолап тут же свернулся в своем гнездышке и закрыл глаза.

Но вместо того, чтобы провалиться в живительный сон, он обнаружил, что стоит на открытом всем ветрам, поросшем вереском, склоне холме. Вокруг раскинулись необъятные просторы пустоши, над головой тысячей звездочек мерцало высокое черное небо, а под лапами запутались клочья тумана.

И тут ночь прорезал чей-то отчаянный крик.

Чувствуя, как каждая шерстинка на спине поднимается дыбом от страха, Ольхолап пошел вперед, всматриваясь в темноту. Через какое-то время он стал различать размытые кошачьи силуэты. Стоя в кругу, они смотрели в небо и кричали:

– Помогите! Ах, помогите же нам!

Ольхолап почувствовал, как его грудь судорожно вздымается и опускается: он чувствовал страдание этих котов так, будто бы оно было его собственным. Приглядевшись, он узнал Листвяную Звезду, Остроглаза, Эхо, того черно-белого котика, которого посвящали в воины… И помимо них было еще много, очень много котов, и все они кричали:

– Помогите! Помогите!

– Я здесь! – рванулся он вперед, чтобы встать рядом с тем кругом. – Я помогу вам! Скажите, что мне сделать?

Но никто не обернулся в его сторону, даже Эхо. Все они продолжали жалобно кричать, словно не замечая его.

– Я сделаю все возможное! – Ольхолап попытался подойти ближе, но что-то странное удерживало его, не давай войти в круг или даже прикоснуться к кому-то из котов. – Смотрите, вот он я! Ну?!

Но никто его не слышал. Ужасный крик все нарастал и нарастал, пока не достиг пика, и тогда Ольхолап распахнул глаза.

Первые мгновения он просто лежал, не двигаясь с места, дрожа и задыхаясь. Еще одно виденье! Значит, эти коты и правда в беде?

Отдышавшись, он понял, что никого из его товарищей нет рядом. Выбравшись наружу, котик увидел всех их, лежащих рядом с лужей и расправляющихся с остатками добычи. Солнце опустилось низко над деревьями, заполняя пространство мягким золотистым маревом.

Ольхолап бросился к ним.

– Быстрее! В путь!

Вишнегривка бросила на него взгляд из-под полуприкрытых век.

– К чему такая спешка? – лениво поинтересовалась воительница. – Это место, которое ты видел в своем сне, от нас не убежит.

Ей Ольхолап не мог объяснить, что его беспокоит. Только Песчаная Буря могла понять.

– Песчаная Буря! – позвал он кошку. – Иди сюда, мне опять надо осмотреть твою рану.

Дернув ушами, та тяжело встала с земли и подошла к нему, туда, где лежали остатки окопника. Ольхолап быстро оглянулся, проверяя, не слышит ли их кто-нибудь из других.

– Что такое? – спросила Песчаная Буря. – Я вижу, это не только из-за моей раны.

– У меня было другое виденье, – торопливо прошептал Ольхолап. – Я опять видел котов Небесного племени… Они все кричали, просили помочь им, но они совершенно не замечали меня.

Песчаная Буря понимающе кивнула.

– Теперь я понимаю, почему ты так сильно хочешь выдвинуться в путь. Конечно, это оправданно. Быстрей бы уже добраться!

«Слава Звездному племени, хоть кто-то понимает!»

Но несмотря на спешку, Ольхолап остановил уже разворачивающуюся было Песчаную Бурю:

– Подожди, рану я тоже осмотреть хотел.

– Если это обязательно… – В голосе Песчаной Бури слышалось ворчание, но она послушно села.

Что-то в животе Ольхолапа сжалось от страха, когда он снял припарку из окопника с раны Песчаной Бури. Ласково пробежавшись лапами по ране Песчаной Бури, ученик почувствовал начинающий разгораться жар.

– У тебя, возможно, инфекция, – сказал он ей, стараясь, чтобы его голос не дрожал. Ты не можешь в таком состоянии путешествовать… – И опережая уже открывшую рот в протесте Песчаную Бурю, поспешно добавил: – Ну или надо отложить хоть на немного. Я поищу хвоща и календулы. Мед тоже должен помочь.

– Ты многому научился, – одобрительно кивнула кошка, явно гордая Ольхолапом. – Но травы можно поискать и по пути. Каждое мгновение на счету.

– Но… - начал котик.

– Ты должен доверять мне, – сверкнула глазами она. – Я в порядке. Ты, может, быть, и целитель, но я на своем веку повидала много ран. И поверь, эта – не самая плохая. – Она легко коснулась его плеча кончиком хвоста. – И мы не должны сидеть сложа лапы, нам надо продолжать поиски, тем более, после твоего ужасного виденья.

– Но… – снова попытался возразить Ольхолап.

– Нет. Ты должен доверять мне. Это твоё путешествие, но я – старшая.

Ольхолап опустил голову, чувствуя, что больше не может спорить. Песчаная Буря поднялась с земли, и они бок о бок пошли к своим товарищам.

Но вдруг внимание Ольхолапа кое-что привлекло: среди высоких зарослей травы он увидел серебристую шерстку. Иглолапка! В каких-то паре прыжков от того места, где они разговаривали с Песчаной Бурей! Кошка не сводила пристального взгляда с Ольхолапа, однако тот не смог понять выражение ее мордочки.

Сколько она успела подслушать?

Глава 13

День клонился к закату, и коты продолжали свой путь через лес. Песчаная Буря вновь шла во главе, Ольхолап – следом за ней, чуть поодаль – Иглолапка. За ними и остальное племя.

Ольхолап смертельно устал, и догадывался, что остальные коты чувствовали себя не лучше: они едва волокли лапы, и обрывки их разговоров, долетавшие до Ольхолапа, были в основном жалобами.

– Я не понимаю, почему надо было срываться с места, – проворчал Кротоус. – Куда спешить?

– Ага, здесь мы могли бы остановиться на ночь, – ответила Огнелапка.

Ольхолап оглянулся. Жаль, что нельзя было сказать им правду.

– Я просто хочу добраться как можно быстрее, – пояснил он. Огнелапка фыркнула, но промолчала.

Вскоре лес начал редеть, и Ольхолап уже видел открытое пространство. Приглядевшись, он заметил вдали огромную пещеру Двуногого, сооружённую из какого-то жёлтого камня. Интересно, что это?

Выйдя на открытую местность, Иглолапка начала потихоньку подтягиваться к Ольхолапу, пока не поравнялась с ним. Несмотря на то, что резкий запах племени Теней, исходящий от неё, заметно ослаб, Ольхолапа по-прежнему смущала такая близость.

– Знаешь, когда ты там говорил с Песчаной Бурей... – прошептала кошка, наклонившись к его уху, – Ну… Я всё слышала.

Ольхолап вздрогнул, шерсть на его загривке поднялась от волнения. Только не это! Теперь она знает, почему мы на самом деле отправились в это путешествие. Ежевичная Звезда же говорил, что никто не должен узнать! А она даже не Грозовая кошка! Затем, встретив взгляд её зелёных глаз, он понял, что Иглолапка не выглядела до конца уверенной. Может, она просто прикидывается? Что ж, поиграем.

– Правда? – ответил он как ни в чём не бывало, заставив шёрстку лечь. – Ну, этот разговор вряд ли был тебе полезен, если конечно ты не хочешь узнать больше о корне окопника.

– О корне окопника! – Иглолапка мурлыкнула от смеха. – Ага, и обо всём остальном!

– Остальном? – спросил Ольхолап. – Кажется, мы не обсуждали ничего важного.

Иглолапка оглянулась по сторонам, убедившись, что никто не может их услышать.

– Это касается твоего видения, разве нет?

– О чём ты говоришь? – Ольхолап начал волноваться, прикидывая, о чём она могла догадаться, а что – узнать из всего разговора с Песчаной Бурей в целом. – Если так хочешь знать, то мы обсуждали котов, которым может понадобиться помощь.

– Как благородно с твоей стороны, – промурлыкала кошка. – И кто же это?

– Ну… Кто угодно. Я целитель. Помогать – моя работа.

– Гмм… – Иглолапка задумчиво повела усами. – Коты, которым нужна помощь… И твоё видение… И поиск того, что прояснит небо… Всё сходится, не так ли?

Ольхолап похолодел от ушей до кончика хвоста. К своему стыду он понял, что если Иглолапка притворялась, то он выдал куда больше информации, чем ей нужно знать.

Мысли судорожно метались в голове. «Сколько бы она ни знала, – подумал кот, – этого достаточно, чтобы навести шороху, что даёт ей власть. Теперь ей придётся остаться с нами, хочет она того или нет».

– Эй, глядите! – отвлёк его от размышлений голос Вишнегривки. Ольхолап поднял голову и увидел перед собой тот самый дом из жёлтого камня, что виднелся вдали.

– Давайте осмотрим его! – оживлённо воскликнула Огнелапка.

Кротоус покачал головой:

– Это штука Двуногих, а с ними лучше не связываться.

– Я думаю, это амбар, как тот возле пастбища, – отозвалась Песчаная Буря. – Должно быть, это ферма, смотрите: видите, сколько за ним пещер Двуногих? Я настоятельно рекомендую обойти это место стороной.

Ольхолап согласился. Однако не прошли они и пары шагов, как перед ними вырос высокий забор из жёстких, блестящих, угрожающе заострённых на концах, прутьев.

– И что нам теперь делать? – растерянно спросила Вишнегривка.

Забор простирался в обе стороны настолько далеко, что они потратили бы уйму времени на его обход. Ольхолап был озадачен. В это время Огнелапка вышла вперёд и поводила носом у нижнего края сетки.

– Может, нам удастся сделать подкоп?

– Мы тебе кто, кролики? – проворчала Иглолапка, но Огнелапка уже попробовала копать там, где забор скрывала трава.

– Нет, – заключила она, разочарованно тряхнув головой. – Похоже, он уходит глубоко в землю.

– Тогда, может, здесь есть дырка, в которую мы сможем протиснуться? – предположил Кротоус.

Вслед за Ольхолапом они прошли пару лисьих хвостов вдоль забора, однако брешей не обнаружили. Забор был крепок, а в щель между прутьями могла бы проскользнуть разве что мышь.

– Похоже, нам не остаётся ничего другого, – объявила Иглолапка, – кроме как идти через верх.

– Я смотрю, ты успела отрастить крылья? – съязвила Огнелапка.

Но та не удостоила её ответом.

– Я пойду первая, – сказала она. – Не думаю, что это очень трудно. Смотрите.

Коты с замиранием сердца наблюдали, как она карабкается по сетке, просовывая лапы в узкие ячейки. Забор вздрагивал и угрожающе качался, но Иглолапка продолжала лезть, пока не встала на самую вершину, балансируя между острыми концами прутьев.

– Осторожней! – крикнула Песчаная Буря.

На секунду Ольхолап представил, как Иглолапка натыкается на прутья. Но та, собравшись и напружинив мускулы, оттолкнулась от качающегося забора, и аккуратно приземлилась по другую сторону ограды.

– Легкотня! – крикнула она, самодовольно лизнув плечо.

– Если уж она может, то и я могу, – мяукнула Огнелапка. Она влезла на забор точно таким же образом и грациозно спрыгнула по ту сторону. За ней ограду преодолела Вишнегривка, медленно, но уверенно, затем – Кротоус.

– Теперь твоя очередь, Ольхолап, – сказала Песчаная Буря. – Я пойду последней.

Когда Ольхолап подошёл к забору, у него повело живот. Сейчас не время думать о шипах, втыкающихся в его тело, и о том, как можно опозориться перед соплеменниками. И Иглолапкой.

Сначала Ольхолап карабкался медленно, но затем он вспомнил о котах из видения, взывающих в агонии и страхе, куда более сильном, чем испытывает он.

«Я должен. Я нужен им».

Эта мысль придала ему решимости, и Ольхолап начал карабкаться активнее. Оказалось, что отталкиваться от прутьев не так трудно. Страшно стало лишь на верху, когда он встал на край качающегося забора. На секунду у него засосало под ложечкой, но он резко взлетел в воздух и спрыгнул рядом с сестрой.

«Я сделал это!»

Песчаная Буря уже начала взбираться следом. Она быстро достигла вершины, но медлила, переставляя лапы между остриями. Вдруг старейшина поскользнулась и рухнула на землю, покатившись.

– Песчаная Буря! – Крик Кротоуса был полон ужаса. Воитель бросился вперёд и припал на живот, чтобы остановить её. Он почувствовал на себе вес пожилой кошки. Замерев, она пыталась отдышаться. Ольхолап, а затем и остальные, тут же подбежали к ней.

– Ты в порядке? – обеспокоенно спросил он.

Песчаная Буря села.

– Всё хорошо, – прохрипела она, как будто ей не хватало воздуха. – Почувствовала себя птицей.

– Не делай так больше, ладно?

После того как Песчаная Буря перевела дух, коты вновь отправились в путь, держа курс на большую пещеру Двуногих. Идя рядом с ней, Ольхолап заметил, что её рана снова открылась и стала кровоточить.

– Ты наткнулась плечом на один из тех шипов? – спросил он.

Кошка пожала плечами:

– Наверное, поцарапалась. Не переживай, Ольхолап, всё в порядке. Если надо чем-то занять свои мысли, лучше подумай о Чудище, которое смотрит прямо на нас.

Ольхолап так волновался за Песчаную Бурю, что совсем не смотрел вперёд. Теперь же он поднял голову и увидел, что другие коты остановились, в смятении разглядывая огромное существо, стоящее в нескольких хвостах от них. Даже Иглолапка выглядела напуганной. Оно было меньше, чем лошади, которых Ольхолап видел на территории племён, но смотрелось достаточно угрожающе. Его короткое тело было покрыто чёрно-белой шерстью, ноги оканчивались твёрдыми острыми лапами, хвост, увенчанный кисточкой, мотался из стороны в сторону, а огромные глаза на квадратной морде тупо уставились на котов.

– Что это? – ахнула Огнелапка.

– Ничего опасного, – спокойно сказала Песчаная Буря. – Я видела их раньше, они не агрессивны. Чаще всего просто не обращают на нас внимания.

– Чаще всего? – спросила Огнелапка с дрожью в голосе.

– Они безопасны, если только что-нибудь не спугнёт их, потому что из-под этих лап мы живыми точно не выберемся. Так что поаккуратнее, без резких движений.

– Не представляешь, насколько мне стало легче, – проворчал Кротоус.

Ольхолап осторожно сдвинулся с места, обходя животное по большому кругу и ни на секунду не сводя с него глаз. Друзья последовали за ним. Странное создание повернуло голову, чтобы понаблюдать за ними своими огромными пустыми глазами. Вдруг, без всякого предупреждения, оно разомкнуло челюсти и издало низкий протяжный гул.

Насмерть перепуганный, Ольхолап завопил от ужаса, и припустил в сторону гнезда Двуногих. За спиной смешались беспорядочные крики: остальные бежали следом.

«Мы напугали его? Оно побежало?»

Но когда кот остановился, то увидел, что огромное животное даже не шелохнулось. Оно просто стояло на прежнем месте и смотрело на них, ритмично двигая челюстями.

– Великое Звёздное племя! – воскликнула Вишнегривка. – Что это было вообще?

На секунду воцарилась тишина, и тут Песчаная Буря замурчала от смеха, который один за другим подхватили остальные. Коты отошли от испуга, и Ольхолапу стало стыдно за свою трусость. Однако этот же стыд он видел и на лицах остальных.

– Что ж, двигаемся дальше, – промяукал он.

Обойдя большую жёлтую Пещеру и скопление маленьких, коты бодрой рысцой устремились вперёд. Ольхолап надеялся, что всё связанное с Двуногими, осталось позади, но затем увидел деревянную пещеру поменьше. Перед ней, преграждая дорогу котам, разгуливали, поклёвывая что-то с земли, птицы.

– А это кто? – поинтересовался кот.

Эти птицы на жёлтых чешуйчатых ногах, покрытые коричневато-красными перьями, были по размеру значительно крупнее голубей. На подошедших котов они не обратили особого внимания.

– Это птицы, мышеголовый, – ответила ему Огнелапка, – а это значит – добыча.

Припав к земле, она начала подкрадываться к ближайшей птице, но на открытой местности та быстро раскрыла манёвр, развернулась к кошке, подняла крылья и издала пронзительный клёкот.

Остальные птицы бросились врассыпную, разбежались по траве, как будто не умели летать. Но та, на которую напала Огнелапка, вытянула шею и совершила несколько яростных попыток клюнуть её. Кошка отскочила назад и угрожающе зашипела.

– Похоже, это ты здесь добыча, – сдерживая смех, сказала Иглолапка. Её глаза довольно поблескивали.

– Оставь их в покое, – сказала Песчаная Буря, подавая Огнелапке сигнал присоединиться к группе. – Не стоит рисковать. Мы поохотимся позже.

– Да, мы должны идти, – добавил Ольхолап, вспоминая отчаянные крики Небесных котов. Его лапы начинали тревожно покалывать.

Недовольная, Огнелапка всё же подчинилась. Она бросила на Иглолапку испепеляющий взгляд, когда та закудахтала, подражая чудно̀й птице.

– Прекращай дурака валять, ты, безголовый комок шерсти, – проворчала она.

Иглолапка, кажется, не понимала всей серьёзности ситуации. Ольхолапа раздражало, что она задерживалась у каждого пучка травы и совала свой нос в каждую нору. В довершение всего, она остановилась, завидев ещё одно невероятное чудовище, меньше, чем предыдущее, но с такими же твердыми заострёнными лапами. На голове у него завивались два рога, а с подбородка свисала длинная шерсть. Взгляд его глаз был настолько жутким, что Ольхолап невольно вздрогнул. Затем оно издало протяжный плаксивый вой, и Иглолапка тут же попыталась его повторить, зафыркав со смеху над собственным чудаковатым мяуканьем.

– Догоняй, как закончишь, – процедил Ольхолап. Проходя мимо, он толкнул её плечом.

– Ну-ну, продолжай острить, – ответила кошка с вызовом.

И она продолжила скакать вокруг, как котёнок, первый день вышедший за пределы детской, пока коты не наткнулись на живую изгородь. За ней вдаль тянулись ряды высоких жёлто-коричневых растений. Ольхолап услышал тихий рокот, и заметил повисший в воздухе туман.

– Должно быть, на другой стороне Гремящая тропа, – сказал он.

Песчаная Буря кивнула.

– Я всё же думаю, этот путь нам подходит.

Ни минуты не сомневаясь, Ольхолап начал пробираться сквозь живую изгородь. К счастью, кусты оказались не слишком густыми.

– Песчаная Буря, осторожнее с плечом, – спешно предупредил он.

Старейшина успешно преодолела изгородь, за ней – Кротоус и Вишнегривка. Огнелапка пропустила Сумрачную кошку вперёд, решив пойти последней.

– Клянусь Звездным племенем, – прошипела она, – если будешь и дальше себя так вести, я тебя без ушей оставлю.

Иглолапка сделала шутливый выпад.

– Ты всегда можешь попытаться.

– Идём уже, – буркнул Ольхолап.

Пробираясь между жесткими, шипастыми стеблями растений, он с удовлетворением отметил, что Иглолапка успокоилась. Идти по голой земле было неприятно, а петлять между колючими побегами – ещё хуже.

Рокот вдалеке становился всё громче, и Ольхолап предположил, что они приближаются к Гремящей Тропе. Но потом заметил, что растения с одной стороны начали редеть. Свернув в том направлении, он высунул голову, чтобы посмотреть, что ожидает их впереди. Его спутники собрались вокруг и высунули головы из-за плеча Ольхолапа.

Никакой Гремящей Тропы не было, вместо этого он увидел выстриженную полосу, где из земли торчали лишь стебли срезанных растений, а затем разглядел и источник шума: прямо к ним, вращая челюстями, направлялось огромное Чудище. Срезав очередной пучок растений, оно невозмутимо закинуло его в своё брюхо. Повсюду в воздухе висела пыль.

Ольхолапа весь похолодел, как будто его окунули в ледяную воду.

– Оно пожирает поле, – едва слышно выдохнул он.

– И сожрёт всех нас! – воскликнула Песчаная Буря. – Оно может проглотить нас шестерых разом! Бежим!

Ольхолап развернулся и побежал назад, скача и петляя между срезанными стеблями. Позади он услышал голос Вишнегривки:

– Всем держаться вместе!

Обернувшись через плечо, Ольхолап увидел, что остальные бегут следом. Высокие растения загораживали вид Чудища, но сотрясающий воздух рокот говорил, что оно близко.

«Нужно убежать как можно дальше».

На бегу Ольхолап заметил, как жёсткая почва сменилась мягкой глиной, которая липла к лапам и издавала чудовищную вонь, однако котик был слишком напуган, чтобы об этом задумываться. Единственной его целью было уйти от преследователя. Он оборачивался снова и снова, и внезапно врезался во что-то упругое и твёрдое, что отбросило его на длину хвоста назад, в растения. Пытаясь удержаться на ногах, Ольхолап простонал и поднял глаза.

– Нет! Не может быть!

Перед ним возвышался такой же забор из блестящих прутьев, с такими же острыми окончаниями по верхнему краю. Остальные нагнали его.

– Нужно перебраться через него, – сказал Кротоус, – иначе нас схватит Чудище.

– Верно, – отозвалась Огнелапка и пошла первой. Она быстро вскарабкалась по сетке и спрыгнула на мягкую траву с другой стороны. – Быстрее! – крикнула она остальным.

Иглолапка пошла следующей. Дожидаясь своей очереди, Ольхолап увидел, что отвратительно пахнущая глина попала на рану Песчаной Бури, теперь воспалённую и опухшую.

Он был уверен, что началось заражение. Песчаная Буря стояла, опустив голову, её грудь тяжело вздымалась. Очевидно, она была истощена, и причиной тому был не только возраст и долгая погоня. "Это наверняка из-за раны, я просто уверен в этом", – сказал себе Ольхолап. С удивлением он осознал: должно быть, это и значит быть целителем.

«Я не просто думаю, что ей нужен отдых, я абсолютно уверен в этом».

– Ты должна отдохнуть, – сказал он Песчаной Буре.

Та подняла глаза и наградила его недовольным взглядом.

– Я старейшина, – выдохнула она, – и преодолела приличное расстояние. Это нормально.

Ольхолап уже слышал эти слова, и на этот раз не собирался соглашаться.

– Нет! – резко ответил он.

Глаза Песчаной Бури округлились в недоумении.

– Что значит "нет"?

– Прости, – смягчил тон Ольхолап, – я просто знаю, как сильно ты устала. Я твой целитель, и настаиваю, чтобы ты отдохнула.

Рыжая кошка растерялась на мгновение.

– Возможно, ты и прав. Но давай для начала преодолеем этот проклятый Звёздным племенем забор.

Не дожидаясь ответа, она начал карабкаться вверх. Было видно, как тяжело ей подтягиваться на лапах, и когда она достигла вершины, то скорее упала, нежели спрыгнула с другой стороны забора, издав при падении болезненный крик.

Ольхолап чуть ли не взлетел на забор, даже не обратив на это внимания, и поспешил к старейшине. Его глаза округлились в страхе, когда он увидел, что из раны Песчаной Бури течёт кровью. Она напоролась на один из пиков!

– С меня хватит, – прорычал он, – здесь мы делаем привал. – И, повернувшись к остальным, добавил, – найдите мне паутины.

Коты рассредоточились по кустам, тут и там возвышающимся над равниной. Дожидаясь их возвращения, Ольхолап промыл рану старейшины от липкой грязи, пока та лежала на боку, тяжело переводя дыхание.

Когда его спутники вернулись, Ольхолап закрыл рану комками паутины, но кровь продолжала сочиться. Он взглянул на Песчаную Бурю, стараясь сдержать нарастающее чувство паники. Ранение осложнилось, старейшина ослабела, сможет ли её организм побороть инфекцию?

Вишнегривка тронула его за плечо:

– Темнеет, может, стоит поохотиться?

Ольхолап ошарашено поднял голову. Во всей суматохе он не заметил, что солнце уже село, и ночные тени выползали из-под кустов.

– Да, пожалуй, – ответил целитель, – я останусь с Песчаной Бурей и сооружу места для ночлега. Он нашёл уютное углубление, укрытое ветвями старого кустарника, и натаскал туда опавшей листвы, а затем помог Песчаной Буре добраться до приготовленного гнезда.

Пока целитель помогал старейшине устроиться, Вишнегривка вернулась с мышью.

– Спасибо, – сказал Ольхолап. – Песчаная Буря, съешь это и можешь спать.

– Ишь, раскомандовался, – проворчала кошка, однако мышь съела, и без возражений свернулась в клубок.

Наблюдая за ней, Ольхолап с облегчением заметил, что кровотечение практически остановилось. Вместе с тем он осознал, насколько сильно утомился сам. Он едва дождался остальных охотников, съел пару кусков дрозда и сразу погрузился в сон.

Ольхолапа разбудил стук дождя по лиственной крыше. Утро выдалось промозглым. К счастью, кустарник были настолько густым, что дождь почти не просачивался в палатку.

Подняв голову, Ольхолап обнаружил, что Песчаная Буря всё ещё спала рядом. Остальные коты ушли, за исключением Вишнегривки, которая свернулась спиной к нему на выходе из палатки, и смотрела наружу сквозь ветви. Ольхолап сел, и она обернулась на шорох листвы.

– Остальные ушли за добычей, – сказала она. – Я осталась, чтобы присмотреть за вами. Как там Песчаная Буря?

Ольхолап осмотрел старейшину. Та что-то бормотала во сне и беспокойно ёрзала на подстилке. Кровь остановилась, но рана, красная и горячая на ощупь, отекла хуже прежнего. Когда Ольхолап склонился над ней, кошка открыла свои зелёные глаза.

– Привет, – прошептала она, – пришёл вычистить моих блох?

«Она не помнит, где находится», – понял Ольхолап.

– Нет, мы же отправились в поход, помнишь? – ответил он. – Тебе что-нибудь нужно? Как себя чувствуешь?

– Совсем не плохо, – ответила Песчаная Буря более-менее окрепшим голосом. Она попыталась сесть, но охнула от боли, поморщившись, и опустилась обратно в гнездо. – Не беспокойся обо мне.

Но разве мог Ольхолап не беспокоиться? Взгляд старейшины остекленел, она лишь пыталась казаться сильнее. Погладив её, он ощутил, что всё тело Песчаной Бури горело. Она снова засыпала.

Через некоторое время, когда охотники вернулись и втащили в укрытие кролика и пару дроздов, кошка проснулась снова.

– На улице ужасно, – пожаловалась Иглолапка, отряхнувшись прямо на Ольхолапа. – большинство добычи прячется.

– Вы хорошо справились, – похвалил её кот. – Давай, Песчаная Буря, хочешь одного из этих дроздов?

Его опасения усилились, когда он увидел, как старейшина борется со сном, чтобы поесть. Съев пару кусков, она отвернулась.

– Я всё, – мяукнула она. – Можешь доесть.

Когда другие коты устроились на краю углубления, чтобы позавтракать, Ольхолап встал и заговорил:

– Песчаная Буря больна, – объявил он. – Мы не можем продолжать путь, пока она не сможет нормально двигаться.

– Я могу, правда, – возразила кошка, хотя все понимали, что это ложь. – Не слушайте этот глупый комок шерсти.

Остальные очевидно видели, насколько всё серьёзно. Они молча, с грустью в глазах посмотрели на Песчаную Бурю. Даже всегда озорная Иглолапка перестала отпускать свои шутки.

– Что мы можем сделать? – спросила Вишнегривка.

– Ты знаешь, мы сделаем всё, что в наших силах, – добавил Кротоус, и Ольхолап благодарно кивнул.

– Мне нужны ноготки, хвощ или мёд, – сказал он. – Они помогут остановить инфекцию в ране. Не знаю, какие травы здесь растут, но что-то из этого вы, надеюсь, найдёте.

Когда коты разошлись, Ольхолап сел возле Песчаной Бури и принялся вылизывать уши старейшины, которая то просыпалась, то снова погружалась в сон. Он заметил, как дождь утих, только когда слабый луч солнца проскользнул меж ветвей убежища. Он подарил Ольхолапу надежду.

Огнелапка вернулась первой, и целитель с облегчением увидел, что сестра принесла несколько цветков ноготка.

– Молодчина, – сказал он, – теперь я могу наложить компресс. Ты не могла бы убрать паутину с её раны? Только осторожно.

Огнелапка села рядом с Песчаной Бурей и принялась аккуратно снимать комки паутины. Кошка поморщилась и проворчала что-то во сне, как будто почувствовав боль. Огнелапка растерялась, но Ольхолап кивком велел ей продолжать.

В то время, когда он пережёвывал ноготки, в палатку протиснулась Иглолапка с комком мокрого мха в зубах.

– Я не нашла трав, – сказала она, присаживаясь рядом с Песчаной Бурей, – но принесла это. Подумала, что она захочет пить.

– Отличная мысль, – сказал Ольхолап, чувствуя, как его сердце оттаивает. Иглолапка, смущённая похвалой, опустила глаза и лизнула грудку.

– Песчаная Буря, – прошептал Ольхолап, нежно погладив старейшину по голове. – Проснись, мы принесли тебе воды.

Кошка открыла глаза.

– О, это очень кстати, – вздохнула она, и принялась лакать.

Пока Песчаная Буря пила, Ольхолап приложил к её ране компресс с мазью из ноготков.

«Надеюсь, этого будет достаточно, – подумал он. – Я бы не беспокоился так сильно из-за инфекции, не потеряй она столько крови».

Кот тяжело вздохнул.

«Если бы только Листвичка и Воробей были здесь!»

Песчаная Буря подняла хвост и нежно дотронулась до плеча Ольхолапа.

– Не волнуйся, – хрипло сказала она, – я поправлюсь, и скоро мы продолжим путь. Они… – на мгновение она засомневалась. – …Они нуждаются в нас.

– Кого она имеет в виду? – поинтересовалась Огнелапка.

У Ольхолапа кольнуло в животе.

– Ой, она просто бредит, – поспешно ответил кот. – Не понимает, что говорит.

Но внутри он почувствовал непреодолимую тоску. Если Песчаная Буря так просто говорит об этом, значит, она теряет контакт с реальностью.

– Тебе нужно отдохнуть, – сказал кот. – Ты должна поправиться, мы не сможем выполнить задание без тебя!

Но Ольхолап не был уверен, что Песчаная Буря слышала его. Взглянув на неё, он обнаружил, что кошка снова провалилась в беспокойный, лихорадочный сон.

Глава 14

Ольхолап нервно переступал с лапы на лапу на полоске травы за порослью бузины, что служила им укрытием. Ночь была не холодной, но молодой кот дрожал, словно только что вынырнул из ледяной полыньи. В ночном небе появлялись первые звезды. Их мерцание проливалось серебром на силуэт кошки, что шла в сторону забора, через который путники перебирались накануне. Голова и хвост её были гордо подняты, а поступь – уверенной и решительной. Её шкурка словно была усыпана сияющей звездной пылью, свет звезд мерцал на ушах и лапах.

– Но это же… – вырвалось у Ольхолапа и, с приглушенным стоном он обернулся, чтобы проверить кусты бузины. Но кусты исчезли, как исчез и забор. Ольхолап оказался посреди поляны, мягкая трава зеленела под его лапками, деревья, окружающие поляну, словно шептались, склонив друг к другу пышные зелёные кроны.

Звездная кошка теперь стояла перед Ольхолапом. Он не мог спутать ни с кем взгляд этих мудрых зеленых глаз, в которых теперь отражалось звёздное сияние. Перед ним стояла Песчаная Буря.

– Нет, это не могло случиться… – горячо зашептал он.

Палевая кошка выглядела выше и сильнее, такой Ольхолап её ещё никогда не видел. Она словно помолодела, на месте зараженной раны была блестящая, мягкая палевая шерсть. Но глаза кошки по-прежнему лучились теплотой и любовью.

– Настало моё время покинуть вас, – в её ясном голосе не было ни боли, ни тени сожаления. – Не бойся, Ольхолап. Моё место теперь в Звездном племени.

– Нет! – выкрикнул Ольхолап, со всей силой, на какую был способен. – Ты не можешь нас сейчас оставить! Ты нужна нам!

– Это моя судьба, – спокойно промолвила Песчаная Буря. – Вы больше не нуждаетесь во мне. Ты сильнее, чем думаешь, мой дорогой внук. Послушай, что я тебе скажу. – Она приблизила к нему свою морду. – Теперь ты поведешь товарищей. Идите в сторону восходящего солнца. Это долгий путь. Вам придется пересечь огромную и оживленную Гремящую Тропу. После вы подойдете к реке. Следуйте вверх по её течению и найдете песчаное ущелье, где находится лагерь Небесного племени.

«Восходящее солнце… огромная Гремящая Тропа… река… лагерь…», – Ольхолап лихорадочно запоминал слова Песчаной Бури, но чувство стыда жгло его шкуру оттого, что мудрая кошка не сможет привести их туда. Молодой кот отвел глаза в сторону, не в силах выдержать ласковый и полный спокойствия взгляд Песчаной Бури.

– Я подвел тебя, – пробормотал он.

– Разве? – мягко бормотала Песчаная Буря. – Ни один кот не смог бы сделать больше, чтобы помочь мне, Ольхолап. Не думаю, что Воробью или Листвичке удалось бы сохранить мне жизнь. Я знала, на что иду, когда решилась на это путешествие, – напомнила она ему. – Я знала, насколько важны твои видения.

– Но ты бы прожила ещё много лун в Грозовом племени, в заботе и уважении со стороны соплеменников, – жалобно промолвил Ольхолап.

– В угодьях Звездного племени я проживу ещё больше лун, – мудро ответила палевая кошка. – Я увижу Огнезвёзда, встречусь со всеми друзьями, которых любила и которые ушли к звездным предкам. Буду присматривать с высоты Серебряного пояса за всеми соплеменниками, что остались на земле. Всё произошло так, как должно было быть, Ольхолап. Ты ни в чем не виноват, и тебе нечего стыдиться.

У Ольхолапа голова шла кругом, он не мог понять, не мог поверить в то, что происходит. «Что я буду делать без Песчаной Бури? Как я поведу своих товарищей?!»

– Это не видение! Не видение! – взмолился Ольхолап, позволяя страху полностью завладеть им. – Это всего лишь сон. Я проснусь, и ты будешь спать рядом со мной, как и раньше. Все будет хорошо. Ты поправишься.

Глаза Песчаной Бури лучились смесью нежности и сожаления:

– Я умираю, – напомнила она Ольхолапу. – И ты это прекрасно понимал, правда ведь?

– Нет! Ты поправишься! – горячо возражал Ольхолап, но в душе у него нарастал колючий ком страха. Глубоко внутри он понимал, что Песчаная Буря права. – Ты поправишься! Я сделаю все для этого!

Песчаная Буря печально покачала головой.

– Ты ничего бы не смог сделать, чтобы спасти меня. Пришло моё время отправиться к звездным предкам. Никто не живет вечно. Это самый важный урок, который тебе – или любому другому целителю – предстоит узнать. Есть время для жизни и время для смерти.

Её слова становились тише, словно растворяясь в ослепительном звездном свете, который разгорался все ярче и ярче, и вскоре Ольхолап просто не смог вынести его слепящее великолепие. Он закрыл глаза и, спустя мгновение, проснулся в своем гнёздышке под кустами бузины.

«Слава Звездному племени! Это был всего лишь сон! Песчаная Буря здесь, рядом со мной!»

Вскочив на лапы, Ольхолап обернулся, чтобы разбудить Песчаную Бурю. Но стоило ему коснуться меха палевой кошки, как он понял, что не спал. Песчаная Буря лежала неподвижно, её бока не вздымались в такт дыханию. Она не дышала, её обмякшее тело было холодным, а мех словно потускнел.

«Это было видение. Песчаная Буря умерла».

Ольхолап в ужасе попятился назад, острые когти страха сковали его сердце. Котик не смог сдержать тоненький вопль, полный боли и отчаяния: «Нет! Нет! Её время ещё не пришло!»

Его крик разбудил соплеменников. Вишнегривка высунула заспанную мордочку из своего гнезда:

– Ольхолап? Что происходит?

Остальные тоже просыпались, обводя товарищей недоуменными, вопрошающими взглядами. Пугающая тишина нависла над поляной, когда Ольхолап молча указал хвостом на безжизненное тело Песчаной Бури. Постепенно все сгрудились у мертвого тела. Никто не смог заставить себе подойти ближе, чем на один лисий хвост к холодному, тусклому меху.

Огнелапка первая нарушила тишину:

– Она… она ведь не умерла? Что же мы теперь будем делать?

– Песчаная Буря единственная знала дорогу, – мрачно пробасил Кротоус. – Мы во всем полагались на неё. А теперь её нет. Неужели, её смерть – это знак, что наше путешествие обречено?

Согласные шепотки пробежали по группе котов, никто не смог скрыть в своем голосе страх перед будущим.

Ольхолап был вне себя от скорби, но даже сейчас он почувствовал, как все его тело, от кончиков ушей до кончика хвоста, наполняет твердая решимость.

– Не думаю, что Песчаная Буря хотела бы, чтобы мы стояли над её мертвым телом, споря да причитая, – твердо промолвил Ольхолап, с голосом хриплым от горя. – Она заслуживает ночного бдения и похорон, чтобы друзья и товарищи простились с ней. Потом решим, что делать.

– Ты прав, – согласилась Вишнегривка.

Коты все вместе вытащили тело Песчаной Бури из гнездышка и положили его на траву. Они вылизали её палевый мех и распушили хвост. Вверху, на Серебряном Поясе, ряды предков-воителей сияли в ночном небе, словно ждали, когда дух мудрой воительницы покинет тело, чтобы поприветствовать её.

Когда все коты окружили бывшую соплеменницу, Иглолапка неуверенно склонилась к Ольхолапу:

– Я знаю, что Песчаная Буря не была моей соплеменницей, – прошептала она. Ольхолап удивился странной перемене в голосе молодой кошки. – Но за время недолгого путешествия я поняла, что она была великой воительницей и чудесной подругой. Можно ли мне тоже попрощаться с ней?

– Конечно, – ответил Ольхолап, вновь чувствуя прилив теплоты к серебристой кошечке. – Садись рядом со мной.

Огнелапка склонилась над головой Песчаной Бури и ласково лизнула старую кошку в макушку.

– Мы проделали такой путь, – скорбно прошептала она. – Выжили после стычки с Чудищами и после битвы с лисами, мы сражались за свою жизнь… Разве это справедливо, что Песчаная Буря мертва?!

– Согласна, – вздохнула Вишнегривка. – Она заслуживала лучшего.

– Что думаешь, Ольхолап? – спросил Кротоус, обращаясь к своему бывшему ученику. – Все еще хочешь продолжать путь?

Ольхолап едва успел проглотить резкий ответ. «Я же просил их не говорить об этом, пока мы не проводим Песчаную Бурю в последний путь».

– Я подумаю об этом после бдения, – процедил Ольхолап.

– Может быть, Звездное племя пошлет тебе знак, – предложила Вишнегривка.

Путешественники сгрудились вокруг тела Песчаной Бури и оставались с ней всю ночь. После целого дня в состоянии дремоты Ольхолапу не сложно было бодрствовать. Он старался думать о будущем, но все его мысли возвращались к одному: «Мог ли я что-нибудь ещё сделать дня неё? Чтобы она осталась жива?»

«Она сказала мне в видении, что её время пришло. Что это её судьба – встретить смерть в этом путешествии, – размышлял Ольхолап. – Но почему же мне все равно так больно? Почему сердце словно полосуют мириады острых когтей? И если любой кот все равно когда-нибудь умрет, зачем стараться спасти его? Зачем бороться за его жизнь? Зачем нам всем бороться за свою жизнь?»

В конце концов, он задремал, но проснулся, услышав возбужденные шепотки своих товарищей. Приоткрыв глаза, он увидел, как бледное полотно зари покрывает небо.

– В нашем лагере, – настаивала Вишнегривка, – старейшины закапывают тело мертвого соплеменника. Я и Кротоус здесь самые старшие, так что это должны сделать мы.

– Но я хочу помочь, – возразила Огнелапка, не скрывая боль в своем голосе. – Она моя бабушка.

– Хорошо, хорошо, – согласился Кротоус, сочувственно глядя на юную ученицу.

Шатаясь, Ольхолап встал, его лапы свело от долгого лежания на холодной земле во время бдения.

– Позвольте мне произнести традиционные слова прощания для неё, – обратился Ольхолап к товарищам. Он сделал глубокий вдох и посмотрел на небо, где все еще в лучах бледного рассвета ждали его словно несколько предков-воителей. – Пусть Звездное племя осветит твой путь, Песчаная Буря, – начал он, произнося священные слова, которыми испокон веков целители провожали в последний путь павших воинов. – Пусть твоя охота будет славной, лапы несут тебя быстрее ветра, а кров над головой защищает, пока ты спишь.

Все коты склонили головы.

– Нужно найти хорошее место для её могилы, – промолвил Кротоус через мгновение. – Как насчет ложбинки под теми кустами, где она умерла?

Вишнегривка покачала головой.

– Там она будет скрыта от звезд. Лучше позади кустов, на той полоске травы.

Кротоус кивнул. Как только они с Вишнегривкой приготовились перенести тело, воитель тихо добавил:

– Думаю нам нужно повернуться и пойти домой. Наше путешествие обречено.

– Что? – взвизгнула Иглолапка, волоски на её шее встали дыбом. – Песчаная Буря хотела, чтобы мы достигли того места, куда она нас вела. Если мы сейчас остановимся, то предадим её память. Она что, погибла напрасно?

Кротоус резко обернулся в сторону ученицы.

– Это не тебе решать! – его голос был острым, как коготь. – На случай, если ты вдруг забыла, ты даже не из Грозового племени.

Ольхолап почувствовал, что в шкуре его словно завелись полчища муравьев. Он не в силах был выслушивать ссоры и разногласия. Не дожидаясь ответа Иглолапки, кот повернулся и засеменил в сторону забора, который путники пересекли два дня назад. Он просто хотел оказаться в тишине, там, где он сможет спокойно все обдумать.

Его грудь раздирало от скорби по Песчаной Буре, а в голове, как назло, роились беспорядочные мысли. «Стоит ли нам продолжать путь? Песчаная Буря так хотела снова увидеть котов Небесного племени, и именно её решимость подталкивала меня вперед, убеждала в том, что нам суждено было отправиться в это путешествие. Но теперь её нет. Верю ли я в то, что эти странные коты и есть те, про которых нам говорило Звездное племя? Даже Ежевичная Звезда и тот, не был в этом уверен. – Со вздохом он вспомнил свое последнее видение о Небесных котах, их мольбы о помощи. – Зачем я им нужен? – спросил он себя. – Чем я смогу им помочь?»

Подняв глаза, он увидел, что последние воины Звездного племени исчезли с небосклона. Небо светлело, готовясь встретить восходящее солнце.

«Интересно, видит ли меня сейчас Песчаная Буря. Может ли она слышать мои мысли? Как мне сейчас нужен её совет!»

Глубоко вздохнув, он четко прошептал небесной лазури: «Что мне делать?»

– Скажи им всю правду! – услышал он голос.

Ольхолап обернулся, когда узнал голос Иглолапки, в котором не было ни тени привычной насмешливости Сумрачной ученицы.

– Остальные зашли уже так далеко, – начала она, – что они не отвернутся от тебя сейчас. Вы должны идти дальше. Но, сначала, ты должен рассказать всем об истиной цели твоего путешествия.

– Как будто ты эту цель знаешь! – огрызнулся Ольхолап.

– Нет, не знаю. Я лишь слышала обрывки твоего разговора с Песчаной Бурей, – призналась Иглолапка, и взгляд её посерьезнел. – Но я знаю, что за всем этим стоит нечто большее, чем ты рассказал своим товарищам. Пришло время каждому коту узнать правду. Если ты не расскажешь, это сделаю я. – Ольхолап открыл было пасть, чтобы возразить, но Иглолапка поспешно добавила: – Я скажу им то, что знаю. И тогда тебе просто придется выдать им все остальное.

Ольхолап возмущенно уставился на неё.

– Не думал, что ты предашь меня вот так!

Иглолапка вздрогнула, как будто он её ударил.

– Это не предательство, – оправдывалась она. – Я вижу, как этот вопрос мучает тебя. Знаю, что ты постоянно думаешь об этом. Я понимаю, что ты бы никогда не рассказал другим правду, но очень важно, чтобы твои товарищи узнали настоящие причины похода.

– Но почему? – недоумевал Ольхолап.

– Это сплотит их после смерти Песчаной Бури, – объяснила Иглолапка. Только сейчас Ольхолап понял, что кошка долго думала об этом. – Это поможет им всем осознать важность этого путешествия. Я видела, как вы с Песчаной Бурей смотрели друг на друга. Поход очень важен, тебе нельзя повернуть назад.

Подумав над этим, Ольхолап кивнул, всячески пытаясь скрыть свое удивление. «Вот уж не думал, что из всех котов советы мне будет давать Иглолапка!»

– Я сделаю, как ты предлагаешь, – согласился он.

Озорной блеск вновь сверкнул в глазах Иглолапки:

– Тогда, давай сначала поохотимся, – предложила она. – Какой бы ни была правда, на полный желудок её выслушать будет легче!

Ольхолап хотел было заспорить, но почувствовав сосущее чувство в животе, вспомнил, что не ел со вчерашнего утра.

– Ты права, – ответил он. – Я поохочусь с тобой! «Ну, или, по крайней мере, сделаю вид. Толку-то от меня на охоте никакого!» – добавил он про себя.

Ольхолап бесшумно крался по полю пастбища, пытаясь уловить запах дичи среди вони фермерских животных, которую ветер нещадно гнал в его сторону. Впереди него ступала Иглолапка, медленно, но решительно.

«Должно быть, учуяла добычу. Я же из-за фермерской скотины совсем ничего не чую!»

Внезапно Иглолапка остановилась, подняв хвост, показывая Ольхолапу, что нашла добычу. Слегка повернувшись к Ольхолапу, она повела головой в сторону, сообщая ему куда встать.

Ольхолап повиновался и поспешно засеменил через высокую траву. «Надеюсь, я её правильно понял!»

Наконец, он почувствовал запах, который Иглолапка уловила задолго до него. Кролик! В то же мгновение он заметил и само существо, деловито уминавшего какие-то высокие стебли всего в нескольких лисьих прыжках от охотников. Внезапно уши существа дернулись, и оно молнией сигануло в высокую траву, лишь мелькнул его белый хвостик. С растущим волнением Ольхолап бросился в погоню.

Иглолапка появилась из ниоткуда, пресекая кролику путь к отступлению. Она занесла лапу, и писк упитанного существа прервался, когда кошачья лапа опустилась на него и вспорола ему горло. Кроличья тушка дернулась и замерла.

– Благодарю Звездное племя за эту добычу! – произнесла Иглолапка. Она подняла голову, в глазах всё еще светились азарт охоты и радость погони. – А ты быстрый! – крикнула она Ольхолапу. – Погнал его прямо на меня. Впечатляет.

Ольхолап отвернулся, хотя грудь его распирало от счастья. «Я помог поймать добычу! Вот бы Огнелапка это увидела!»

Подбежав к Иглолапке, он потерся мордочкой об её нос.

– Спасибо за помощь, – мяукнул он. – Может, мы из разных племен, но я рад, что ты осталась с нами.

Когда они с Иглолапкой вернулись со своей добычей к зарослям бузины, его соплеменники чистили лапы от приставших комьев земли. Сейчас они были в более жизнерадостном расположении духа и обрадовались свежатинке.

Когда все закончили есть, Ольхолап поднялся на лапы и нервно откашлялся.

– Я должен вам кое-что сказать, – начал он.

Он замолчал, подыскивая нужные слова и заметил, что одно ухо Кротоуса нетерпеливо подергивается.

– Выкладывай уже, – буркнул бывший наставник.

– Речь пойдет о видении, из-за которого мы отправились в этот поход, – ответил Ольхолап. – Все гораздо сложнее и запутаннее, чем вы думаете. Я видел группу котов, котов Небесного племени, и они нуждаются в нашей помощи.

– Небесное племя? Что за племя такое? – выпалила Огнелапка.

– Никогда о таком не слышала, – удивленно повела усами Вишнегривка.

– Я не много о них знаю, – принялся объяснять Ольхолап. – Только то, что мне рассказали Песчаная Буря и Ежевичная Звезда. Давным-давно, ещё в старом лесу, жили пять племен, а не четыре. Но пришли Двуногие и захватили территорию одного из племен, построив там свои Гнезда. Остальные племена не поделились своими территориями с Небесным племенем и выгнали его из леса. Небесные коты долго скитались, пока, наконец, не разбили лагерь рядом в песчаном ущелье, рядом с рекой. Но, в конце концов, племя это угасло и перестало существовать.

– Это может и с нами случиться, если не найдем то, что таят в себе тени, – вставила Огнелапка. – Огнезвёзд сказал, что грядет время больших перемен. Вот только такие перемены мне не по нраву.

– Верно, – сказал Ольхолап, пораженный таким сравнением. «Интересно, Небесные коты и есть те, кого мы должны принять? Те, кого таят в себе тени?» – задумался Ольхолап.

Вопрос Кротоуса прервал его мысли:

– Но если Небесного племени больше нет, то кого ты видел?

– Огнезвёзд возродил Небесное племя. Давно, когда он был ещё молодым предводителем, вместе с Песчаной Бурей он отправился на поиски потомков Небесного племени. Они собрали котов вместе и создали новое Небесное племя. Когда я рассказал Песчаной Буре о своем видении, она узнала некоторых котов по моему описанию.

– Так вот почему Песчаная Буря знала дорогу! – воскликнула Вишнегривка. – Но как нам теперь найти Небесных котов, когда она мертва?

– Она рассказала мне, куда идти, – уверил соплеменницу Ольхолап. – Если мы пойдем в сторону восходящего солнца, то, в конце концов, выйдем к реке. А там нам нужно лишь идти вверх по её течению. Река сама нас выведет к песчаному ущелью, где обитают коты Небесного племени.

Его соплеменники обменялись неуверенными взглядами. «Я даже не знаю, поверили ли они мне!» – сокрушался Ольхолап.

– Но почему остальные племена отправили Небесных котов в изгнание? – наконец выдавил Кротоус.

– Это позорная часть истории воителей, – признался Ольхолап. – Ни один живой кот не знает правды, кроме Ежевичной Звезды. Ну, теперь и нас с вами. Я не должен был вам рассказывать об этом. Но подумал, что будет лучше, если вы все узнаете.

Воцарилась тишина. Все явно думали над тем, что только что услышали. Наконец, Вишнегривка встала и потерлась щекой о мордочку Ольхолапа:

– Ты поступил очень храбро, – сказала она. – Так поступают только настоящие предводители. Твой первый важный поступок в качестве нашего лидера.

Ольхолап растрогался от её слов. Особенно ему было приятно узнать, что его соплеменники по-настоящему считают его лидером в этом путешествии.

– Нам понадобится время, чтобы переварить правду, – продолжала Вишнегривка. – Но я рада, что ты нам все рассказал.

– И я! – согласилась Иглолапка.

Кротоус поднялся на лапы и окинул взглядом своих соплеменников.

– Думаю, что сейчас смогу выразить мнение всех присутствующих, – начал он. – Я скажу, что мы сделаем все возможное, чтобы найти Небесное племя и завершить наше путешествие.

Увидев, как его товарищи согласно кивают, Ольхолап не смог унять бешеную пляску сердца, которое разрывалось от гордости.

Глава 15

Ольхолап вёл своих товарищей по самому краю утёса. Он шёл настолько осторожно, что шерсть на его животе подметала пыльную землю. С одной стороны от путешественников простиралась вдаль бурно растущая трава, перемежающаяся здесь и там низкорослыми деревьями и кустарниками, с другой стороны – зияла пропасть, на дне которой бушевала река, зажатая склонами скал.

«Мы почти пришли! – Ликование от этой мысли взяло верх над усталостью рыжего ученика. – Это похоже на то место, где Небесное племя разбило свой лагерь».

Много рассветов минуло с тех пор, как Ольхолап рассказал правду друзьям, что же на самом деле они ищут. После этого они почти не останавливались на отдых. Следуя указаниям Песчаной Бури, они прошли несколько ферм, пересекли полные Чудищ Гремящие Тропы и обогнули Гнезда Двуногих, пока не добрались до реки и не взяли вверх по течению.

«Никогда бы не подумал, что мир настолько велик! – размышлял Ольхолап, каждый раз морщась, когда его воспаленные подушечки лап касались шероховатой земли. – Не могу поверить, что мы зашли настолько далеко!» Бросив взгляд назад, на своих товарищей, он увидел, что они точно так же устали и теперь хромали с опущенными хвостами.

Неожиданный порыв ветра швырнул песок прямо в глаза Ольхолапу и донес голоса котов, что шли ниже в ущелье. Ученик почувствовал сильный, но незнакомый запах. Изо всех сил пытаясь проморгаться, он высоко задрал хвост, приказывая всем замолчать, затем пополз вперед, к самому краю обрыва.

Когда ему удалось восстановить зрение, он рассмотрел тропинку, идущую вниз, и выступы в скале, и еще ниже – груду красноватых валунов, возле которых и заканчивалась протоптанная дорожка. Река с шумом выливалась сверху из зияющей бреши в скале, впадала в горизонтальное русло и стремительно убегала дальше вниз по ущелью.

– Так вот где начинается река! – выдохнул Ольхолап. – Ее исток должен быть там, где находится лагерь Небесного племени!

«Странное место для лагеря, – подумал он. Котик не видел вокруг ни пещер, ни кучи с добычей, только красноватые камни и реку, разрезающую ущелье. – И здесь кто-то живёт? – спрашивал он себя, сбитый толку. Но тут, присмотревшись внимательнее, он увидел котов, снующих между валунов. Они изредка останавливались, чтобы обменяться фразами. Некоторые из них грелись на солнышке, совсем как делали это его соплеменники у него дома.

– Это и есть коты из твоих ведений?

Ольхолап увидел выглядывающую из-за его плеча Иглолапку. Кошечка незаметно подошла и села рядом.

– Они слишком далеко, чтобы понять это, – ответил ученик. – Но красные камни кажутся мне знакомыми.

– Хммм… – Иглолапка подошла еще ближе и принялась рассматривать место действия. – Может, они и далеко, но они не похожи на тех, кому нужна помощь.

Понимая, что она права, Ольхолап тяжело вздохнул.

– Наверное, я неправильно истолковал свои видения.

– Что? – Огнелапка вытянула шею с другой стороны Ольхолапа, чтобы тоже рассмотреть происходящее внизу. – Ты привёл нас сюда, в такую даль, чтобы сказать, что ошибся? – шипела она в негодовании.

– Мы не знаем, ошибся ли он, – встряла Иглолапка. – Отсюда ничего не разберешь. Нам надо спуститься поближе.

Ольхолап испытал горячее чувство благодарности за то, что серая кошка вступилась за него. Иглолапка, как всегда, была готова к тому, чтобы встретить неудачу лицом к лицу. Но в то же время он переживал, что Огнелапка могла оказаться права. «Что если путешествие было напрасным?»

– И что же мы сидим? – Иглолапка вскочила на лапы. – Давайте поищем, как спуститься вниз.

В то же мгновение Кротоус преградил ей путь. – Ты совсем мышеголовая? – воскликнул он. – Мы не можем вот так явиться в их лагерь. Никто из нас ничего не знает о Небесном племени, как и они о нас. Мы не можем быть уверены, что им можно доверять. – Хвост наставника разражено подергивался. – Песчаная Буря единственная, кто встречался с Небесными котами, но она мертва.

Иглолапка пожала плечами, доводы старшего воина явно не произвели на нее никакого впечатления. – Мы не можем узнать ответы, не спустившись. У Ольхолапа не было бы видений об этих котах, если бы они не были важны, так ведь?

Ольхолап нервно сглотнул. – Верно, – мяукнул он, стараясь казаться сильным и решительным. – Веди, Иглолапка!

Сумрачная кошка некоторое время осматривалась, чтобы найти, где лучше начать спуск вниз в ущелье. Затем начала спускаться по извилистой тропе, петляющей по склону утёса. Ольхолап следовал за ней лапа в лапу, прижимаясь к стенам скалы, стараясь держаться как можно дальше от края пропасти. Подушечками лап он чувствовал тепло нагретой солнцем каменной поверхности.

К его облегчению остальные тоже последовали за ними.

– У Ольхолапа точно пчёлы в голове. – Он слышал бормотание сестры. – Пойти за этим глупым комком шерсти из племени Теней!

Они не успели спуститься вниз даже на несколько лисьих хвостов, как Ольхолап услышал громкий вой, раздавшийся снизу. Повернувшись на звук, он увидел длинношерстного серого кота, смотревшего прямо на него. Вой привлек еще трех котов Небесного племени, которые немедленно примчались к соплеменнику. Затем все четверо стали быстро подниматься вверх по скале, серый бежал по главе.

– Ой-ёй! – прошептала Иглолапка.

– Ну мы в любом случае должны были с ними встретиться, – успокоил её Ольхолап. Он протиснулся мимо Иглолапки, чтобы оказаться во главе процессии. Спустившись вниз на пару хвостов, Грозовой кот встал на широкий уступ в скале. – Мы будем ждать их здесь. И ради звездных предков, помните, что мы пришли с миром. Мы здесь, чтобы помочь!

Едва он закончил говорить, как коты Небесного племени оказались в поле зрения, уверенно прыгая вверх по узкой дорожке, пока не оказались на том же выступе, что и путешественники.

Серый кот сделал еще шаг вперед и очутился нос к носу с Ольхолапом. Ученик изо всех сил пытался сохранить хладнокровие под пристальным взглядом зеленых глаз незнакомца, склонившегося над ним. Это был мощный кот, его шерсть стояла дыбом, а хвост предупреждающе распушился.

– Если вы пришли, чтобы драться за территорию, то советую сильно подумать. Численное преимущество не на вашей стороне.

Ольхолап задумался, кто должен ответить. Несмотря на то, что это было его путешествие, все же Вишнегривка и Кротоус были старшими. «Может, следует им говорить?»

Ольхолап оглянулся на товарищей, но никто их них даже не шелохнулся. «Придётся мне», – решил котик. Он повернулся к враждебно настроенному коту.

– Нам не нужна ваша территория, – начал он. Его голос был тихим и спокойным. – Но мы проделали очень длинный путь, чтобы встретиться с вами, Небесными котами, живущими в этом ущелье.

Серый кот склонил голову набок, его зеленые глаза сверкнули. – Что чужеземцы могут знать о Небесном племени? – спросил он.

– Не так уж и много, – признался Ольхолап. – Но мы здесь затем, чтобы узнать больше.

Кот пренебрежительно фыркнул. – Тогда вам лучше поговорить с нашим предводителем. – И он мотнул головой, приказывая следовать за ним. Потом повернулся и пошел обратно вниз.

Ольхолап уже сделал шаг, чтобы последовать за ним, но Огнелапка рванулась к нему. – Ты уверен, что это хорошая идея? – прошептала она.

«Интересно, ты бы беспокоилась так, если бы на моем месте был кто-то другой?» Ольхолап хотел рыкнуть на сестру, но сдержался. – Ежевичная Звезда послал нас в это путешествие, – пробормотал он. – Значит, это обязано быть правильным.

Три кота, сопровождавшие серого, расступились, чтобы позволить путешественникам пройти, затем сомкнулись вокруг них. Когда импровизированный конвой подошёл поближе, Ольхолап смог их рассмотреть. Один из них был черным котом, две остальных – кошки, пятнистая и белая, их шерсть была покрыта грязью и пылью. Все четверо выглядели неухоженными и неряшливыми.

Затем он вспомнил, что Небесное племя было изгнано с их территории, и вынуждено ютиться в этом ущелье. Они так долго жили вдали от племен, что неудивительно, что у них теперь совсем другие обычаи.

Процессия продолжала спуск вниз по тропинке. Вдруг мимо Ольхолапа прошла Иглолапка. Она догнала серого кота, шедшего впереди. – Как тебя зовут? – как ни в чем не бывало спросила она.

Кот явно не ожидал ничего подобного, он даже дернул ушами от неожиданности. Ольхолап догадался, что того смутил уверенный тон Сумрачной ученицы.

– Дождем кличут, – глухо ответил Небесный кот.

«Просто Дождь? – Ольхолап удивился, что Иглолапка не задала этот вопрос. – Вероятно, у них многое в укладе жизни по-другому, – продолжал он свои размышления. – Даже имена. – Странно, что Песчаная Буря упоминала имена Листвяной Звезды, Остроглаза, Эхо… – Вот это истинно воинские имена. Возможно, это объясняется тем, что Песчаная Буря была здесь очень давно.

Все это время Иглолапка шла рядом с Дождем, непринужденно болтая без умолку. Решив взять с нее пример, Ольхолап повернулся к полосатой кошечке, которая шла к нему ближе всех.

– Привет, меня зовут Ольхолап! – начал было он.

Кошка искоса взглянула на него желтыми глазами и промолчала.

«Хорошо, пусть будет так», – подумал ученик. Он был немного разочарован тем, что Небесная кошка оказалась столько неприветливой, но он сказал себе, что, возможно, все изменилось бы, узнай они его и его спутников получше и поняли бы цель их прихода.

Длинношерстный кот привел Ольхолапа с его товарищами к груде камней, у самого истока реки. У основания возвышения сидел крепкий мускулистый кот, его белый мех был чуть разбавлен черными пятнами вокруг глаз да черным длинным хвостом. Солнечный свет играл на его блестящей шкуре, голубые глаза сверкнули, когда он взглянул на гостей.

Ольхолап решил, что кот сейчас вскочит на возвышение и соберет котов на совет. Но нет! Внезапно его живот скрутило от ужаса. «Это ведь не та предводительница из моих ведений! Это другой кот!» Судорожно оглядываясь, пытаясь подавить нахлынувший страх, он оглядывал всех котов Небесного племени, выходящих из тени или отверстий в скалах и окружавших их маленькую группку. Он внимательно рассматривал каждого в надежде признать хоть кого-то из своего видения. Но все были незнакомы. «Что такое?»

Белый кот встал. – Кто это? – спросил он, насмешливо глядя на гостей. – Заблудившиеся котятки?

Грозовые коты подняли шерсть на затылке, услышав подобное оскорбление.

– Спокойно! – прошептал им Ольхолап. – Не провоцируйте их. Мы должны узнать побольше.

– Приветствую тебя, Темнохвост! – Дождь склонил голову. – Они пришли издалека и ищут Небесное племя.

«Так они называют предводителя Темнохвостом, – Ольхолап был еще больше сбит с толку. – Почему не Темнозвёзд? Или это еще один странный обычай?»

Темнохвост уставился немигающим взглядом на Ольхолапа. – Что вам нужно от Небесного племени?

Встретившись с жуткими голубыми глазами предводителя, Ольхолап почувствовал, что его шерсть встала дыбом от мрачного предчувствия. Он взмолился, чтобы Кротоус или Вишнегривка взяли вместо него инициативу на себя и ответили пугающему незнакомцу.

– Я из Грозового племени, – ответил он, с трудом сдерживая волнение. – И меня послали, чтобы найти Небесное племя.

– Зачем? – спросил Темнохвост.

Ольхолап задумался над тем, как лучше ответить. «Я надеялся, что мы узнаем всё, когда придём сюда».

– Выживание всех племен зависит от каждого племени, от того, как они взаимодействуют между собой, – мяукнул он неуверенно. И с облегчением увидел, как Вишнегривка и Кротоус кивают в знак согласия.

Темнохвост прищурился. – Вы просите меня и моих котов пойти в это… ваше Грозовое племя?

Чувствуя себя, словно беспомощный новорожденный котенок, который только открывает глазки, нащупывая путь в темноте, Ольхолап кивнул. Он сам до сих пор не знал, действительно ли Небесное племя именно то, что имели в виду Звездные предки. «Если мне удастся убедить их отправиться вместе с нами в путешествие к озеру, что подумает Ежевичная Звезда? Как мы сможем принять еще одно племя?»

– Вам нужна наша помощь? – нажимал на него Темнохвост.

– Да нет же! – выпалил Ольхолап. – Нам не нужна никакая помощь, ни в чем. Племена живут на своих территориях, у них не так много разногласий, добычи хватает каждому.

«Разве не вам нужна наша помощь? – добавил он про себя. – Или я совсем неверно понял свое видение? О, Песчаная буря, как бы я хотел, чтобы ты была рядом и помогла мне понять всё это».

Казалось, что Темнохвост задумался на мгновение. Затем вежливо склонил голову перед Ольхолапом. – Я впечатлен, – промурлыкал он. – Я понимаю, что вы проделали долгое путешествие, чтобы найти Небесное племя. Но я надеюсь, вы понимаете, что мы не может просто так покинуть свою территорию по просьбе незнакомцев.

Ольхолап почувствовал некоторое облегчение. «По крайней мере, Темнохвост рассуждает разумно». Рыжий котик никак не ожидал, что встреча пройдет именно так, и какая-то его часть хотела все бросить и сделать вид, что этого всего никогда не было. Похоже, что этим котам совершенно не нужна никакая помощь.

Тогда он вспомнил свое видение, особенно сон о котах, взывающих о помощи на холодной пустоши. «Я не могу просто повернуться и уйти домой, – рассуждал он, в который раз жалея, что рядом с ним нет Песчаной Бури».

– А почему бы нам не остаться на некоторое время? – Иглолапка высоко задрала хвост и бесстрашно обратилась к Темнохвосту: – Мы могли бы помогать вам с охотой и патрулями. И вы быстро поймете, что нам можно доверять.

Ольхолап не мог понять, нравится ли ему такое предложение или нет. Но ему самому в голову ничего не пришло, так что ему оставалось лишь согласиться.

Темнохвост некоторое время хранил молчание. Его голубые глаза спокойно и внимательно осматривали каждого из пришельцев. Потом он повернулся к Ольхолапу.

– Ну что ж, – произнес он наконец, – Дождь покажет нашим гостям, где они могут переночевать. И да, – добавил он для Ольхолапа, – сдается мне, что мы не так уж многому можем научиться друг у друга.

Ольхолап нехотя кивнул. Его до сих пор била дрожь от ушей до кончика хвоста. «Почему такое чувство, что здесь что-то не так?»

***

Ольхолап наклонился, чтобы попить из реки. Солнце приятно припекало шкурку. Ему хотелось вымыть лапы, но он понимал, что к мокрым лапам песок и пыль будут лишь сильнее прилипать. «Как Небесные коты могут жить в таком грязном месте? – рассуждал он. – Может быть, если они вернутся с нами в лес, то изменят свой уклад жизни».

Накануне вечером, когда Дождь отвел их в пещеру, представлявшую из себя пустоту в скале, на полу в которой не было ничего, кроме песка, Ольхолап улегся спать в надежде, что Звездное племя пошлет ему новое видение и направит его. Но теперь котик даже не мог вспомнить, видел ли он вообще хоть какие-то сны.

С неимоверной силой на него нахлынули ностальгические воспоминания о доме. Ему нестерпимо захотелось почувствовать прохладную траву под воспаленными лапами, услышать нежный шелест листвы над головой. «Я надеюсь, что Небесное племя согласится пойти с нами, и мы отправимся домой в ближайшее время. Мое племя даже не знает, что Песчаной Бури больше нет».

Горе затопило сердце Ольхолапа, когда он вспомнил старую мудрую кошку. Она точно знала бы, как поступить и помогла бы ему понять, почему здесь никто не похож на котов из моего видения и почему они не нуждаются в помощи.

«Я ошибся со временем? Я видел котов из прошлого?»

Тут ниже по течению раздался чей-то вой, он вывел Ольхолапа из тяжелых раздумий. Обернувшись, он увидел Иглолапку, сидевшую на камне в нескольких хвостах от него.

– Охотничий патруль возвращается, – объявила она. – Несут добычу.

Ольхолап вскочил на лапы и направился в центр лагеря, чтобы встретить охотников. Его живот свело от голода, когда он увидел дичь возле лап Темнохвоста. Ее было много, как будто Небесные коты специально показали, что умелые охотники. Они стояли полукругом, Дождь стоял ближе всех к предводителю.

Путешественники сгрудились возле Ольхолапа и смотрели, как Темнохвост выбрал упитанного голубя и сделал несколько смачных укусов. После этого кивнул Дождю, тот сделал шаг вперед и взял себе белку.

– Очень странно, – прошептала Огнелапка на ухо брату. – Где их общая куча с добычей? И почему они едят раньше, чем королевы и старейшины?

Прежде, чем Ольхолап успел открыть рот, чтобы ответить на ее вопрос, Дождь с белкой в зубах отступил назад. И как по сигналу, охотники сомкнули круг, бодая друг друга головами и шипя в попытке урвать самый сладкий кусочек добычи.

На краях круга Ольхолап приметил нескольких отощавших стариков, силившихся принять участие в драке за еду, но все только ради того, чтобы быть отброшенными более сильными котами, которые злобливо оглядывались, склонившись над своим куском и срывая с костей куски плоти. Королева-кошка с тремя крохотными комочками меха, мяукавшими и путавшимися под ее лапами, ворвалась в круг и схватила землеройку, но огромный полосатый кот вырвал дичь из ее зубов и отбросил кошку прочь сильным ударом задних лап. Путешественники обменялись взглядами, полными ужаса и смущения.

– Они хоть соображают, что творят? – выдохнула Вишнегривка.

Иглолапка, стоявшая бок о бок с Ольхолапом, пожала плечами.

– Может быть, их никогда не учили Воинскому Закону.

– Удивлена, что ты вообще о нем слышала, – буркнула Огнелапка.

– То, что я не всегда следую этим тупым правилам, не значит, что я не подозреваю об их существовании!– парировала Иглолапка, наградив искоса ученицу лукавым взглядом. Затем серая кошка без предисловий нырнула в глубины хаоса из сталкивающихся голов и сверкающих когтей, с легкостью сбив с лап нескольких младших котов. Мгновением позже она выбралась из свары с мышкой в зубах и ускользнула в тень скалы, чтобы отобедать.

Ольхолап заметил, как Темнохвост прогулочным шагом возвращается к куче камней, бросая в сторону дерущихся скучающие взгляды. Он свернулся калачиком под сенью скалы и наблюдал за свалкой, прикрыв глаза. Живот Ольхолапа урчал от голода, но он не мог себя заставить присоединиться к драке. "Я не собираюсь сражаться за еду с котятами и стариками!"

Он услышал, как Огнелапка рядом с ним подавила рычание.

– Это нечестно, – пробормотала она. – Некоторые из этих Небесных котов день за днем остаются голодными. Вот поэтому и выглядят они такими худыми и потрепанными!

Закончив речь, Огнелапка прыгнула вперед, огибая потасовку, и твердым маршем направилась прямо к Темнохвосту.

– Нет, Огнелапка! – воскликнул Ольхолап, бросившись следом за сестрой. К его облегчению, Вишнегривка с Кротоусом не замедлили к ним присоединиться.

– Почему вы едите так?! – с вызовом в голосе пискнула Огнелапка, усевшись напротив Темнохвоста.

Ольхолап даже не знал, восхищаться ли ее смелостью или ужасаться ее манерам. "В конце концов, мы в Небесном племени гости".

– Что ты имеешь в виду? – спросил Темнохвост, хлестнув хвостом.

– В племенах, – пустилась в объяснения Огнелапка, – мы приносим всю пойманную дичь в лагерь и делаем общую кучу с добычей. Кто-нибудь из котов относит пищу старейшинам и королевам с котятами, и еще тем, кто болен, и уже потом воители и оруженосцы могут позаботиться о своем желудке. Мы не устраиваем таких драк, – закончила она, презрительно дернув ухом.

Единственной реакцией Темнохвоста были прищуренные глаза. Ольхолап сделал шаг в сторону своей сестры, став с ней бок о бок, готовый защитить свою сестру, если предводителю Небесных котов вздумается броситься на нее.

– Честно только так! – горячо продолжала Огнелапка. – Вы ели так в своем далеком прошлом, когда и сами были воителями, и вам тоже нужно следовать Воинскому Закону.

Ольхолап заметил, как сверкнули от удовольствия глаза Темнохвоста при словах о Воинском Законе. – Мы создали свой собственный Воинский Закон, – сказал Огнелапке предводитель. – После того, как мы покинули другие племена, Небесные коты осознали, что слабеют. Тогда мы решили сочинить новые правила. Закон Небесного племени вознаграждает сильных и свирепых – котов, которые сумеют лучше защищать наше племя.

Огнелапка выглядела сбитой с толку.

– А что тогда с больными? Или со старейшинами?

– Они учатся заботиться о себе сами, – пожал плечиками Темнохвост.

Ольхолап вздрогнул, заметив, как затрещала от гнева шерстка на загривке Огнелапки.

– Так что же вы тогда напрягаетесь и живёте одним племенем? Сами для себя живут только бродяги!

Низкий гневный рык поднялся из груди Темнохвоста, из напрягшихся лап выскользнули когти. Кротоус торопливо выступил вперед, встав между Огнелапкой и Темнохвостом.

– Она молода и любопытна, только и всего, – мяукнул он. – Но пока достаточно. Идем.

Воин подтолкнул Огнелапку в сторону их палатки. На их пути обратно стало очевидно, что ученица страшно огорчена. Драка за еду к этому времени закончилась, и охотники отдыхали на солнышке, лениво умываясь; среди них Ольхолап заметил и Иглолапку. А тем временем старики и королева с котятами выискивали на земле каждый кусочек, упущенный охотниками. Котята плакали от голода.

– Нам нужно возвращаться домой, – шепнула брату Огнелапка, когда они устроились в своей палатке. – Этим странным котам не нужна наша помощь, и я даже не уверена, что они всё ещё племя.

Ольхолап был согласен с Огнелапкой насчет поведения этих котов. Россказни Темнохвоста про Закон, измененный Небесным племенем выживания ради, как-то не сходились с историей Ежевичной Звезды о походе Огнезвезда и Песчаной Бури вверх по реке для воскрешения Небесного племени.

– Все так запутанно... – начал он.

– О чем болтаете? – встряла юркнувшая в палатку Иглолапка.

– Я говорю, нам нужно домой. Эти коты в нас не нуждаются, – повторила Огнелапка.

– Чего? – насмешливо отозвалась Иглолапка. – Мы здесь для того, чтоб найти тех, что кроется в тенях, верно? И мы нашли их. Эти коты достаточно... мм, темные. Мы уже не можем развернуться и уйти.

– Думаю, Огнелапка права, – подала голос Вишнегривка, наградив Ольхолапа серьезным взором. – Что-то... не то в этих котах. Они будто бы за пределами нашей помощи. Ольхолап, ты уверен, что именно это ты видел в своем сне?

Оруженосец окинул взглядом окружающих его товарищей, чувствуя, что те по-настоящему в сомнениях.

– Не уверен, – сознался он. – Но я не верю, что Ежевичная Звезда понял все настолько неправильно, а Песчаная Буря умерла просто так. Я не знаю, почему, но я чувствую, что это – то место, где нам следует быть.

Он с нетерпением ждал ответа, пока остальные обменивались взглядами, полными сомнения. В конце концов, Вишнегривка кивнула.

– Тогда ладно, – мяукнула она. – Мы останемся и попытаемся выяснить, в чем тут дело.

– Спасибо, – ответил Ольхолап с вздохом облегчения.

"Надеюсь, Звездное племя пошлет мне другое видение, – добавил он самому себе. – Потому что я совершенно не понимаю, что мы тут делаем".

Глава 16

Когда последние кусочки добычи были подобраны, большая часть Небесного племени отошла в сторону. Только одна юная рыжая кошечка осталась рядом со своим предводителем; она кашляла так сильно, что едва могла держаться на лапах.

В крайнем изумлении Ольхолап увидел, как Темнохвост занес свою тяжелую лапу и с размаху ударил кошку по спине.

– Прекратить!

Глаза кошки расширились от страха, и она затихла. Ольхолап подозревал, что она попросту старается сдерживать кашель, чтобы не вызвать на себя новую волну гнева.

Рыжий ученик подошел к ним и вежливо склонил голову, махнув хвостом в сторону съежившейся кошки.

– По-видимому, она страдает от Белого Кашля и должна показаться вашей целительнице.

Оба Небесных кота наградили его таким взглядом, что Ольхолап вдруг показалось, что его окунули в ледяную воду. «У них что, нет целителя?»

– В-впрочем, Белый кашель – не такая тяжелая болезнь, - продолжил он, пытаясь справиться с шоком. - Пижма может запросто его вылечить.

Темнохвост по-прежнему выглядел так, будто даже не понимал, о чем говорит Ольхолап. Тот окончательно запутался. «Песчаная Буря же ведь говорила, что у них есть целительница по имени Эхо! И что же с ней случилось? И вообще, как так получилось, что их предводитель, по-видимому, даже не знает, что такое пижма?»

Между тем кошечка, опять закашлявшись, боком стала отступать в сторону, словно боясь, что снова разозлит Темнохвост.

– Я скоро вернусь, – пробормотал Ольхолап. – Найду пижму только.

Ученик двинулся в путь по направлению к вершине холма, туда, где находились заросли трав, среди которых должна была быть и пижма. Но тут котик увидел находящееся близко к воде небольшое углубление в скале, напоминающее палатку. Рядом виднелись какие-то увядшие растения. Подойдя поближе, он осторожно понюхал их и понял: так и есть! Помимо пижмы здесь еще был щавель, тысячелистник, кервель… Кто-то, кажется, специально посадил их тут, подобно тому, как сажали травы возле Гнезда Двуногих Листвичка с Воробьем. Но, судя по всему, это место было давно заброшено.

«Должно быть, тут был какой-нибудь целитель, - размышлял Ольхолпа. - Но почему же его нигде не видать? Может, Эхо умерла, не успев оставить после себя ученика?»

Листья пижмы уже чуть подвяли и пахли не так сильно, но все равно это было лучше, чем ничего. Сорвав то, что ему было нужно, Ольхолап направился в обратный путь.

По возвращению он обнаружил, что рыжая кошка уже бессильно лежит на земле, сотрясаясь от приступов кашля и брызгая вокруг слюной, а ее соплеменники проходят мимо, не обращая на нее никакого внимания. «А дело еще больше ухудшилось», - с тревогой подумал Ольхолап.

Он положил пучок пижмы перед кошкой и склонился перед ней:

– Вот, съешь это.

Растерянность и страх отразились в ее зеленых глазах; прерывисто выдохнув, она отшатнулась, насколько могла отшатнуться в таком положении.

– Я… лучше не буду, ладно? – надсадно прохрипела она. - Я не хочу, чтобы меня изгнали!

«Что она такое говорит?» Вздрогнув от ужаса, Ольхолап осторожно положил лапы на ее плечо:

– Как тебя зовут?

– Пламя, – выдавила из себя кошка и тут же снова закашлялась.

– А я Ольхолап. Я учусь быть целителем в своем племени! И я обещаю, пижма поможет.

Как только Пламя начала жевать лекарство, Ольхолап отступил в сторону, чтобы не мешать ей. Тут чье-то дыхание опалило его ухо, и хриплый голос спросил:

– Это должно помочь?

Испуганно обернувшись, котик увидел Темнохвоста, угрюмо глядевшего на него.

– Пижма снимает Белый Кашель довольно быстро, - Ольхолап говорил, стараясь казаться убедительным. - Если его долго не лечить, он рискует перейти в Зеленый, и тогда бы Пламя оказалась в настоящей беде.

Темнохвост стал выглядеть более заинтересованным; Ольхолап догадался, что он никогда не слышал названия таких болезней. «Может быть, в Небесном племени их называют как-то иначе».

– Так что лечит Зеленый Кашель? – По его голосу было похоже, что он не сильно беспокоится о Пламени.

– Ну, пижма тоже помогает. Но вообще лучше использовать кошачью мяту, правда, достать ее бывает труднее.

– Хм… – Темнохвостпошевелил усами. – А что же раны? Кошачья мята тоже помогает?

«Да он что, вообще ничего не знает?»

– Нет, когда раны, надо использовать паутину, чтобы остановить кровотечение. А от боли – корень окопника. А если рана заражена – тогда хвощ или календулу.

Темнохвост задумчиво кивнул.

– А от лихорадки?

Ольхолап застыл. «Это было посложнее, чем испытания, которые устраивал ему Воробей! Эх, почему тут нет ни его, ни Листвички!»

– Э… Листья… листья бурачника, вот. И одуванчик, чтобы можно было при лихорадке уснуть. Но, Темнохвост … – Он не мог не задать этот вопрос. – Вы… не лечите своих котов, что ли?

На какой-то миг тот выглядел несколько смущенным.

– Ну… лечим, конечно же. Только… немного по-другому. Почему мы должны быть похожи на другие племена?

«Потому что сначала вы жили там же, где и мы», - подумал Ольхолап. Но говорить это он Темнохвосту не стал, как не стал говорить, как и каким образом Небесное племя было изгнано из леса. Не сейчас.

«Ежевичная Звезда рассказывал мне, как это было ужасно, когда Небесное племя вынуждено было покинуть свой старый дом. И сейчас их потомки вправе винить нас за ту жуткую ошибку, несмотря на то, что это было очень давно».

Но Ольхолап упорно не мог понять, почему Темнохвост выглядел так, будто совсем не знаком с укладом племен. «Неужели они так отдалились от Воинского Закона?»

И тут понимание стало расти внутри него подобно цветку, раскрывающемуся из бутона. Может быть, то пророчество несло в себе несколько иной смысл? Под словами, что Небесное племя живет в тени, подразумевалось не то, что они обитают в далёком и забытом месте, а то, что они утратили связь с Воинским Законом и тем, что вообще отличает воителей от обычных бродяг?

«И, наверное, я должен вернуть их к старому укладу, чтобы небо очистилось!»

– Если вы хотите, – обрадовано обратился он к Темнохвосту, – я могу взять несколько котов и провести их по вашей территории, показать, где растут какие травы. Конечно, – скромно добавил он, – я всего лишь ученик…

Однако Темнохвосту, казалось, не было никакого дела до последних слов Ольхолапа. Одобрительно кивнул, он рявкнул:

– Эй, Дождь!

Длинношерстый серый кот, сидевший на берегу реки и разговаривавший с Иглолапкой, вскочил и подбежал к Темнохвосту.

– Что ты хочешь? – Дождь почтительно склонил голову в поклоне.

– Иди с ним, – Темнохвост махнул хвостом в сторону Ольхолапа. – Он покажет вам все необходимые травы. Слушай его: он – ученик.

Дождь кивнул, но он выглядел таким же растерянным, каким чувствовал себя в глубине души Ольхолап. Темнохвост произнес слово «ученик», будто бы это было чем-то… важным.

– Я тоже пойду! – воскликнула Иглолапка, подбегая к ним. – Хочу получше рассмотреть ущелье.

Ольхолап никак не мог взять в толк, отчего ей вдруг потребовалось увидеть это неприветливое грязное место. Однако в любом случае, это было в духе Иглолапки: все, что она делала, было странным.

Дождь взял на себя роль проводника. Возглавив процессию, он повел остальных вниз, минуя палатку, которая, как был уверен Ольхолап, когда-то принадлежала Эхо.

С каждым шагом котик чувствовал себя все лучше и лучше. Как все хорошо складывается! Сейчас он научит этих странным котов разбираться в травах; леча друг друга, они станут более милосердными и станут помогать слабым котам, таким, как Пламя, и перестанут бессредечно проходить мимо их страданий. Они начнут чувствовать себя как настоящее сплоченное племя и смогут вернуться в лес!

«Итак, первый шаг – сделать так, чтобы Небесное племя вновь стало племенем».

***

Ольхолап все никак не мог заснуть, ворочаясь в своем гнездышке. Заботы все грызли его душу. Он вспоминал, как вместе с Иглолапкой и Дождем они обошли территорию, и сколько всему надо было обучить Дождя. Похоже, тот был уверен в том, что тысячелистник и пижма – лекарство от всех болезней!

– Вам нужно будет искать травы на обеих сторонах ущелья, – сказал ему Ольхолап. – А может, даже выходить за пределы своей территории. Есть очень много болезней, которые могут поразить кота, и в таких случаях надо быть готовыми ко всему!

Дождь пожал плечами, будто соглашаясь с этим.

– В таком случае для Темнохвоста имеет смысл скорее показывать нам новые земли.

Ольхолап свернулся в еще более тугой клубок, пытаясь заснуть. Он очень хотел, чтобы ему было послано какое-нибудь видение, чтобы его посетила Песчаная Буря и подбодрила его! В глубине души юный целитель чувствовал, что в этих Небесных котах есть что-то неправильное. Это ощущение не покидало его, как он ни пытался убедить себя в том, что это лишь из-за их оторванности от остальных племен. И почему с момента начала его пребывания здесь к нему не приходят никакие важные сны?

И вдруг страшная мысль пронзила Ольхолапа, от которой он затрясся всем телом, словно потерявшийся маленький котенок. А что, если Звездное племя не может прийти к нему здесь!

Когда дрожь, бившая тело котика, стала сходить на нет, он внезапно услышал чьи-то голоса. Вообще он давно понял, что в ущелье такое было обычным делом: даже если говоришь шепотом, твои слова многократно отразятся эхом от каменных стен, и, хочешь-не хочешь, любой сможет тебя подслушать. Поэтому Ольхолап лишь закрыл уши хвостом и постарался сосредоточиться на сне. Но когда до его слуха донесся голос Темнохвост, он встрепенулся.

– Это будет нетрудно.

Так тихо, как он только мог, Ольхолап вышел наружу и выглянул в темноту. Мерцающий свет луны выхватывал темные силуэты: он узнал Темнохвост, Дождя и кошку с длинной чёрной шерстью по имени Ворона.

– Я не знаю… – в сомнении выдавила Ворона. – Путешествие будет долгим и трудным. Вы слышали про эти ужасные Гремящие Тропы, сколько котов там гибнет?

– Гремящие тропы нам не помеха! – Темнохвост пренебрежительно махнул хвостом.

Надежда птицей забилась в груди Ольхолапа. «А что, если Небесное племя принимает решение, чтобы уже завтра отправиться в путешествие к озеру и воссоединиться с другими племенами?»

Он уже было поднялся на лапы, намереваясь выйти из своего укрытия и сказать, насколько счастлив слышать это, как вдруг компания котов совершенно неожиданно разделилась на три части: каждый метнулся в свою сторону.

Темнота шевельнулась – и, к своему изумлению, Ольхолап увидел Иглолапку, что вышла навстречу Дождю. Лишь миг спустя котик осознал, что кошки не было в ее гнездышке, когда он пытался заснуть!

– Вы, кажется, уже сделали выбор? – промурлыкала она, обращаясь к Дождю.

Однако серый кот, казалось, не обратил на эти слова никакого внимания и прошипел, вздыбив шерсть:

– Ты подслушивала?

– У меня почти не было выбора! – Иглолапка вовсе не была напугана рассерженным тоном кота; наоборот, ее голос звучал даже игриво. – Но… хочется сказать, что вы… не совсем искусны в составлении планов.

Дождь что-то пробормотал в ответ, но Ольхолап уже ничего не услышал. Серый кот развернулся и пошел к своим товарищам.

Иглолапка пошла вместе с ним, и, не зная толком, почему, Ольхолап бесшумно выбрался из своего убежища и тенью последовал за ними вверх по течению к груде камней. Даже с того приличного расстояния, которое соблюдал Ольхолап, ему было слышно мурлыканье Иглолапки:

– Жизнь в других племенах, она отличается от вашей, Дождь. Есть… правила. Тебе, Темнохвосту и всем остальным надо выучить их, если хотите вписаться в обстановку.

– Все получится, – откликнулся Дождь. – Так, как это и должно получиться.

Ольхолап не мог понять, надежда ли или веселость звучала в голосе кота; в любом случае, ученику это не понравилось. «Я слышал достаточно», – подумал он, разворачиваясь по направлению к своей палатке.

Но вдруг юный целитель задел лапой камушек, и тот издал глухой звук, стукнувшись о другой. Иглолапка и Дождь одновременно развернулись.

– Кто здесь? – резко спросил Дождь.

– Э-э… Это я, – понуро отозвался Ольхолап. – Вот, вышел только что, чтобы сделать свои дела.

Не дожидаясь ответа, он стремительно развернулся и помчался назад в темноту, чувствуя, как сердце вот-вот выскочит из груди. Тяжело дыша, он добрался до пещеры и рухнул на свою подстилку. Со всех сторон слышалось мирное сопение его товарищей. Его надежды куда-то испарились. Возвышенный трепет внутри Ольхолапа будто сменился тяжелым камнем, изнутри давившим на него, словно заставляя спуститься на землю.

Глава 17

Следующим утром Ольхолап чувствовал себя настолько измученным, что едва мог передвигать лапы. Вылезая из пещеры и разминая затекшие лапы, он все время размышлял, как же помочь котам Небесного племени вернуться к племенной жизни согласно Воинскому Закону, если они даже понятия не имеют, что значит быть настоящими воителями. Эти мысли не давали ему покоя всю ночь, как и щемящая боль в груди, что усиливалась каждый раз, стоило ему вспомнить разговор Иглолапки с Дождем.

– Думаю, нам нужно поохотиться, – предложил Кротоус, когда все проснувшиеся путешественники умывались у берега реки. – От Небесных котов приглашения к куче дичи не жди!

– Всеми лапами – за! – согласно закивала Вишнегривка. – Страсть как мечтаю покинуть это забытое Звездным племенем ущелье!

– Ну, не зна-а-ю, – зевнула Иглолапка, показывая свои острые, как иглы, клыки. – Здесь не так уж плохо, коль привыкнешь!

– Так оставайся! – огрызнулась Огнелапка, и тихо прошептала себе под нос: «Тебя, кстати, вообще никто не звал!»

– Хватит! – Кротоус вскочил на лапы и окинул властным взглядом честную компанию. – Делай, что хочешь, Иглолапка. А мы пойдем охотиться!

– Лес на той стороне реки вроде бы гуще, – задумчиво протянула Вишнегривка. – Пойдемте туда!

Друзья выходили из ущелья под пристальные взгляды нескольких небесных котов, однако никто не попытался их остановить. Кротоус молча вел отряд Грозовых воинов мимо каменной насыпи. Ольхолап помедлил, думая, что на охоте от него будет мало толку – он едва видел куда ступает, глаза его то и дело закрывались. Но стоило ему оказаться под сенью деревьев, как в его тело потихоньку начала возвращаться сила. Его лапки слегка пружинили, когда он несся по влажному перегною. Как же приятно снова слышать шелест листьев и видеть кусочки голубого неба сквозь паутину ветвей! Листья на деревьях уже начали желтеть и казались почти золотыми в лучах утреннего солнца. «Сезон Листопада не заставит себя ждать!» – думал Ольхолап.

Вишнегривка и Огнелапка уже куда-то засеменили, а Кротоус обернулся к Ольхолапу:

– Хочешь поохотиться со мной? – спросил он.

– Эээ… нет, благодарю, – покачал головой Ольхолап. Слишком часто бывший наставник был свидетелем его провалов. – Я сам немного потренируюсь.

– Хорошо, увидимся в лагере! – Кротоус протиснулся через заросли папоротника и исчез в роще.

Как только топот лап старшего кота утих вдали, Ольхолап скользнул вглубь леса, навострив ушки и открыв пасть, чтобы не упустить ни одного запаха.

Вскоре он услышал звонкий щебет и хлопанье крыльев, перебивающий шелест листьев, прямо над своей головой. Подняв глаза, он заметил, что упитанный дрозд примостился на ветке близ растущего дерева.

При виде птицы пасть Ольхолапа наполнилась слюной, в животе предательски заурчало, и котик понял, что очень голоден. Они с товарищами почти и не ели, с тех пор как нашли песчаное ущелье два дня назад. В голове у него промелькнула мысль: «Не накажут ли меня, если я поймаю эту птичку для себя, а не понесу в лагерь?» И тут же вспомнил, что он больше не в Грозовом племени. «Слишком много чести есть с котами Небесного племени, если они не заботятся о своих котятах и старейшинах!»

Пока он размышлял, дрозд перепорхнул на другое дерево, глубже в лес. Котик вскарабкался на ствол ближайшего дерева, внимательно высчитывая местоположение дрозда. Он лихорадочно пытался вспомнить, что ему рассказывали об охоте на птиц. До того, как ему сказали, что он ужасный охотник и определили в целители. «Не думай об этом, не думай об этом! – говорил себе котик. – Это всего лишь маленькая птичка. У меня все получится!» Ольхолапу каким-то чудом удалось перелезть на дерево, где сидел дрозд, не привлекая внимания добычи. Он напряг мышцы, приготовился к прыжку, предвкушая самый лучший улов в своей жизни, и тут какой-то котяра появился из ниоткуда и взмыл в воздух уверенным прыжком, выбрасывая передние лапы. Но лапы кота лишь коснулись гладких перышек, поскольку перепуганная птица встрепенулась и взвилась ввысь, а незадачливый охотник в ярости повалился на землю.

– Лисий помет! – прошипел Ольхолап.

Странный незнакомец – косматый, тощий серый кот вскочил на лапы и недобро уставился на Ольхолапа.

– У тебя что, глаза на загривке? Ты что не видел, что это я выслеживал эту птицу? – зарычал незнакомец. – Это из-за тебя я её упустил! Хотел перехватить да поспешил!

Но Ольхолап и думать забыл о дрозде. Теперь, когда он хорошенько смог разглядеть незнакомого кота, Ольхолап не мог оторвать от него взгляда. «Это же воин из моего видения!» И вновь у него перед глазами словно возродились силуэты: Листвяная Звезда касается подбородком макушки кота с лоснящейся серой шкурой. Что же произошло с этим молодым воином, что сейчас он выглядит словно блохастый бродяга – тощие ребра просвечивают сквозь шкуру, шерсть свисает свалявшимися клочьями?

– Ты кто? – спросил Ольхолап, обретя дар речи.

– Меня зовут Туманец, – резко ответил кот. – А тебе какое дело?

Осторожно, не отрывая взгляда от серого кота, Ольхолап спустился с дерева. Держась на почтительном расстоянии от Туманца, чтобы тот ненароком не подумал, что его новый знакомый ищет боя, Ольхолап вежливо склонил голову.

– Приветствую, – спокойно начал он. – Меня зовут Ольхолап, и я из Грозового племени.

Серый кот уставился на Ольхолапа со смесью удивления и недоверия в глазах.

– Из Грозового племени? Правда? – воскликнул он. – Тогда ты должен знать Огнезвёзда! Я конечно, еще не родился, когда тот пришел возродить мое племя, но история о нем звучала каждое полнолуние на Небесной скале. Мои соплеменники чтят его выше всех и никогда не забудут о нем.

Ольхолап почувствовал, как каждая шерстинка на его загривке поднимается от возбуждения. Он решил было сказать Туманцу, что Огнезвёзд мертв, но вовремя передумал – рано пока ему знать. Вместо этого он спросил:

– Тебя изгнали из племени?

Серый кот непонимающе уставился на него.

– Изгнали? Меня? – переспросил он с едва скрытой горечью в голосе. – Нет, друг мой. Изгнали все наше племя!

– Что ты имеешь в виду? – спросил Ольхолап, недоверчиво уставившись на нового знакомого.

Туманец поманил его хвостом подойти поближе. Ольхолап устроился в корнях дерева, на котором он хотел поймать того злополучного дрозда, а серый кот присел рядом.

– Ты уже встречался с теми котами в ущелье, да? – начал Туманец. – Спорю на дрозда, они заставили тебя думать, что они и есть Небесные коты. Но это не так. Эти бродяги напали на настоящее Небесное племя и захватили нашу территорию.

Сначала Ольхолап почувствовал волну облегчения. Недаром ему казалось, что с теми котами в ущелье что-то не так! Они вообще не племя! Неудивительно, ведь они не имеют ни малейшего понятия о Воинском законе! Но тут до него дошла ужасающая истина слов Туманца. «Это ли означало мое видение? Небесное племя изгнано, и нуждается в моей помощи?»

– Откуда пришли эти бродяги? – спросил Ольхолап.

– Понятия не имею, – ответил Туманец. – Как и не знаю, следуют ли они какому-нибудь закону. Все, что мы от них видели – только зло.

Когда волна облегчения спала, сомнения прокралось в голову Ольхолапа, словно блоха в шкуру.

– Но ведь целое племя должно было справиться с налетом бродяг?

Туманец отвел глаза в сторону, его усы стыдливо опустились:

– У нашего племени были трудные времена. Сказать тебе по правде, дневных воителей у нас было столько же, сколько воинов, постоянно живущих в ущелье.

– Что за дневные воители? – недоуменно спросил Ольхолап.

– Коты, которые приходили в ущелье тренироваться и охотиться вместе с нами, – объяснил Туманец. – А на ночь возвращались к своим Двуногим.

– Р-ручные? Домашние, хочешь сказать? – Ольхолап едва не поперхнулся, настолько он был возмущен. – Вы домашних в племя принимаете?

– Нас не смущало их происхождение, дневные воители были храбрыми воинами и верными товарищами, – оправдывался Туманец, – но бродяги напали ночью, когда дневные воины спали в гнездах Двуногих. Бродяг было больше, чем котов в ущелье. Вот и все.

– И бродяги победили, – невесело протянул Ольхолап.

Туманец мрачно кивнул.

– Мы пытались защищать своих соплеменников, а не убивать врагов. А таким бродягам без закона и чести было победить куда легче.

– А где сейчас все остальные? Из племени? – спросил Ольхолап, поглядывая по сторонам, словно сейчас, среди стволов, он увидит тощие силуэты изгнанных соплеменников Туманца.

– Не знаю. Мы все рассеялись по свету. Я один остался здесь. Я даже не знаю, сколько выжило, не говоря уже о том, куда выжившие ушли.

– Но почему ты остался?

Янтарные глаза Туманца подернулись пеленой горечи и скорби.

– Моя подруга была убита в битве. Я решил, что лучше буду жить как одиночка в месте, где она погибла, чем отправлюсь в далекие земли.

Когти жалости и одновременно невиданной доселе ярости стиснули сердце Ольхолапа. «Теперь мне ясно, почему предки послали меня сюда!» Чувство вины раздирало его словно лисьи клыки, когда он понял, что по-настоящему значили его видения. Небесное племя нуждалось в помощи, но он и его друзья пришли слишком поздно.

– Вот почему коты в ущелье вели себя не как племя, – пробормотал Ольхолап полушепотом. – Они просто бессердечные бродяги, которые напали на племя под покровом ночи. Когда коты в ущелье были наиболее уязвимы. О, нет, эти бродяги – не племя! Они грязные воры! Хуже грязных воров!

– Что ты об этом знаешь?! – раздался свирепый рык позади Ольхолапа. Он резко обернулся и увидел Темнохвоста, стоящего всего в нескольких лисьих прыжках от него, с насмешливой гримасой на морде. Бродяга явно разобрал последние слова ученика, но его холодные синие глаза не выражали никаких эмоций, когда тот обвел взглядом Ольхолапа и Туманца.

– Вижу, ты тут познакомился кое с кем! – злобно протянул Темнохвост. – Не думал, что он останется в живых! И теперь ты со своим новым дружком что-то задумал против моих котов!

Ольхолап попятился назад, но уперся спиной в ствол дерева. Он лихорадочно смотрел по сторонам, надеясь углядеть знакомые силуэты своим соплеменников. Но ими даже не пахло. В тени деревьев Темнохвост казался вдвое выше Ольхолапа. «Я должен что-то придумать, и как можно быстрее!»

Но усталость и голод, казалось, наложили свой отпечаток на сознание бедного Туманца. Серый воин с трудом приблизился к Темнохвосту, но глаза его горели безумной яростью, когда он зашипел:

– Грязный проходимец! Похититель территории!

– Территория принадлежит тем, кто достаточно силен, чтобы охранять её… или захватить силой! – отрезал Темнохвост, ни единый мускул не дрогнул под его шкурой. – Если Небесное племя не смогло защитить свои земли, то не о чем им скулить, как пустолайкам. Или, ты хочешь доказать, что ты не такой? Почему бы тебе не отвоевать свою территорию у меня? Здесь и сейчас!

Ольхолап едва не подавился от негодования. Разве Темнохвост не видит, что Туманец едва стоит на лапах?

Но изгнанник распушил шерсть, выпустил когти и обнажил клыки в яростном рыке:

– Ты сам напросился, Темнохвост!

Ольхолап вскочил, чтобы встать между двумя разъярёнными котами, но Туманец знаком хвоста приказал ему отойти.

– Не лезь! – зашипел серый кот. – Битва есть битва!

«Не битва – бойня!» – подумал Ольхолап, неохотно пятясь назад.

Туманец рванулся вперед, намереваясь обрушиться всем своим весом на Темнохвоста, но бродяга ловко отскочил в сторону и, вывернувшись, прошелся когтями по загривку Туманца.

– Надо же, какая скорость! – съехидничал Темнохвост.

Но Туманец упрямо развернулся и снова бросился на Темнохвоста. Бродяга выскользнул так же быстро, как и в первый раз. Казалось, поединок с серым котом его только забавляет. Дыхание из глотки Туманца вырывалось хриплыми, рваными вздохами. Он пошатнулся и чуть не упал, когда Темнохвост презрительно пихнул его в бок.

Ольхолап не мог не восхититься мужеством и верой бывшего воина Небесного племени. Он лишь молча мог наблюдать за исходом этой неравной схватки, не в силах помочь Туманцу. Умелые выпады и хорошо просчитанные прыжки – Небесный кот был бы грозным противником в бою, если бы его не обессилили голод и усталость, которые были его спутниками много дней.

Туманец прыгал и махал лапами на противника, но Темнохвост ловко ускользал от ударов, не забывая хорошо прочесать шкуру серого кота когтями. Вскоре кровь уже сочилась из глубоких царапин на теле Туманца, а на земле валялись клочья свалявшегося серого меха.

И вот, все силы окончательно покинули Туманца, воин хрипел, хватая ртом воздух, его грудь судорожно вздымалась. Зловещий силуэт Темнохвоста вырос над ним. Туманец поднял было лапу, чтобы ударить противника в плечо, но выпад получился медленным и слабым. Темнохвост как будто бы лениво откинул лапу Туманца в сторону. Мышцы Ольхолапа свело от предчувствия неизбежного, когда он беспомощно наблюдал, как настоящий Небесный кот безвольно опадает на землю, измученный и беззащитный.

– Глупая паршивая шкура! – прорычал Темнохвост. – Тебе стоило держаться подальше от этих мест!

– Прекрати! Не надо! – заорал Ольхолап, вскочив на лапы и побежав в сторону побежденного кота. Но было уже поздно.

Темнохвост вскочил на задние лапы и одним молниеносным ударом обрушился на тело беспомощного врага. Сверкнули когти, брызнула кровь, когда лапа Темнохвоста распорола горло Туманца. Тело Туманца дернулось в предсмертной судороге, а затем обмякло, кровь ручьем лилась из распоротой глотки.

Ольхолап в ужасе уставился на мертвого воина Небесного племени.

Глава 18

Острые когти Темнохвоста с размаху прошлись по бедрам Ольхолапа, и ученик поморщился. Всего несколько минут прошло с момента смерти Туманца, и его убийца тащил Ольхолапа обратно в лагерь.

– Пошевеливайся! – хрипел бродяга.

Спотыкаясь, Ольхолап на миг закрыл глаза и вздрогнул, представив тело несчастного кота, оставшееся лежать в луже крови, с распоротым горлом.

– Туманец не должен был умереть! – он резко вскинул голову, пытаясь скрыть страх. – Что он мог тебе сделать? Он был уже слаб и беззащитен! И… – Его голос сорвался и перешел на шепот. – Ты даже его не похоронил.

И снова – резкая боль от удара лапой.

– Такой кот даже не заслуживает быть похороненным! – прошипел Темнохвост. – А когда ты и все твои дружки отправитесь вслед за ним, я тоже оставлю ваши тела сгнивать!

Охваченный ужасом, Ольхолап полуобернулся к тирану, пытаясь защититься, но злодей просто наградил его очередным пинком, заставляя двигаться вперед. «Это конец моих поисков? – в отчаянии спрашивал он себя. – Ах, может, мне вовремя надо было послушать совета остальных и уйти?»

– Мы не сделали ничего, чтобы быть убитыми! – запротестовал он.

– Ах, значит, так? – сплюнул Темнохвост. – Не ври, блохастая шкура! Я вас раскусил. Вы – шпионы Небесного племени. Они, эти слабаки, послали вас все вынюхать и вызнать здесь, чтобы они потом снова смогли вернуться на эту землю! Но нет! Мы отстояли ее, она – наша! Вы ничего не получите!

Ольхолап даже не знал, что отвечать на поток этих ложных обвинений и как изменить мнение Темнохвоста.

Под взглядами множества пар глаз Ольхолап был со всего размаху втолкнут в круг бродяг. Его соплеменники, завидев это, сразу же поспешили на место происшествия.

– Что происходит? – задыхаясь, выкрикнул Кротоус.

Темнохвост, вздыбив шерсть, стоял у подножия скалы и обводил пристальным взглядом собравшихся, уже готовясь что-то сказать. И тут неожиданная мысль осенила Ольхолапа. «Конечно! Настоящий предводитель не стал бы оставаться на земле; он бы взобрался на скалу, чтобы поговорить со своими соплеменниками. А Темнохвост… Он и никогда не вел себя как настоящий первый кот племени!»

– Я застукал это жалкое подобие кота, – Темнохвост наградил Ольхолапа презрительным взглядом, – разговаривающим в лесу с одним из Небесных. Наши гости лгали нам! Их намерения вовсе не дружелюбны. Они – за Небесное племя и хотят, чтобы наша территория, за которую мы так храбро сражались, снова отошла им! Они лгали, лгали нам с самого начала!

Сердитый ропот пронесся по толпе. Ольхолап внезапно понял, что сгрудившиеся вокруг бродяги медленно, но неуклонно сжимают кольцо; их шерсть вздыбилась, хвосты метались из стороны в сторону, глаза горели нехорошим огнем. Его же товарищи даже почти не сопротивлялись, слишком ошарашенные услышанным.

– Они – не Небесное племя? – охнула Вишнегривка.

– Мы должны были догадаться! – шипел Кротоус. – Много сейчас становится понятным!

– Это правда? – Дождь приблизил свою морду к мордочке Иглоглапки так, что они почти касались носами. – Вы снюхались с Небесным племенем?!

По тому, как кот втягивал и выпускал когти, вонзая их в землю, Ольхолап понял, насколько он разъярен. Но… было за этим еще что-то. «Боль?» Только котик подумал об этом, он почувствовал неприятную, тянущую тяжесть в груди.

Между тем Иглолапка оставалась спокойна и не отводила взгляд от пронзительных зеленых глаз Дождя.

– Конечно, это неправда. Мы живем далеко отсюда и, когда только начинали наше путешествие, вообще не были уверены, что Небесное племя существует. Так как мы могли с ними сговориться?

Яростный вой Темнохвост прервал ее:

– Так ты зовешь меня лжецом?

Иглолапка медленно повернулась к нему и, не теряя своего самообладания, пригладила лапкой усы. Ольхолап мысленно позавидовал ей. Ну и выдержка!

– Я не могу назвать никого лжецом. Наш маленький друг-целитель, – она повернулась к Ольхолапу, и на ее мордочке было написано раздражение, которое иногда появлялось у Кротоуса в еще те времена, как он был наставником Ольхолапа, – вероятно, проводил время… не с тем котом. Но не более того.

Казалось, Темнохвост обдумывал ее слова. Но тут Ворона повернулась к нему и сказала:

– Как говорится, лучше перебдеть, чем недобдеть, – в окружающей полной тишине ее голос звучал очень громко. – Мы не знаем точно, можно ли доверять этим котам. В конце концов, они нагрянули так внезапно… Да и верит ли здесь кто-нибудь их словам?

Дыхание Ольхолапа на миг перехватило. Неужели все коты, собравшиеся здесь, такие беспощадные и жестокие?

Темнохвост думал еще мгновение, потом перевел немигающий взгляд голубых глаз на Иглолапку.

– Вы знаете, мы не можем вас отпустить. Не после всего того, что произошло.

Вишнегривка и Кротоус одновременно сделали шаг вперед, ощетинив спины и расправив плечи. Сейчас они выглядели по-настоящему угрожающе.

– Вы не можете насильно держать нас здесь! – прорычал Кротоус.

– Верно, – сказала Вишнегривка. – Если мы сказали, что хотим уйти, мы уйдем.

В отчаянии Ольхолап понял, что Темнохвост уже и не собирался отвечать. Кольцо бродяг вокруг них стало еще плотнее; куда ни посмотри, везде были ощеренные клыки и обнаженные когти. Бродяги были готовы к драке.

«Мы в меньшинстве, – пронеслось в голове. – Они сделают с нами все, что им угодно».

– Ничего личного, – притворно ласково обратился к ним Темнохвост. – Один враг уже просочился в лес. Мне лишь надо убедиться, что ни один из них больше не заглянет к нам. Как только станет понятно, что опасность миновала, я отпущу вас. – Кот лизнул лапу и медленно провел ею за ухом. – Я обещаю.

– Но можем ли мы верить твоим обещаниям? – еле слышно пробормотал Ольхолап.

***

Солнце медленно опускалось за горизонт, и длинные тени опустились на ущелье. Ольхолап и остальные после стычки были отправлены в другую пещеру, что была не больше чем маленькое углубление-трещина в скале, такое тесное, что они лежали, плотно прижавшись друг к другу. Каменные стены сдавливали со всех сторон, и о каком-то удобстве можно было даже не мечтать.

Снаружи, спиной к пленникам, сидела Ворона, охраняя пленников. Уши черной кошки то и дело подергивались, и нельзя было что-то обсуждать в полный голос без опасений, что она могла подслушать.

– Так что же случилось с настоящим Небесным племенем? – шепотом спросила Вишнегривка у Ольхолапа. – Ты узнал?

Ученик кивнул.

– Туманец, кот, которого я встретил в лесу, рассказал, что на них напали бродяги, Небесное племя было изгнано из этих мест и рассеяно по свету. Туманец не знал, куда его соплеменники ушли. А потом Темнохвост убил его.

Огнелапка испустила испуганный возглас и вонзила когти в песчаный пол пещеры.

– Темнохвост воплощение зла, – сказал Кротоус. – А о чем думала ты, Иглолапка, в это утро? Зачем ему надо было что-то пытаться объяснять? Мы должны были просто развернуться и уйти без всяких объяснений.

– Ага, конечно, – буркнула Иглолапка. – А если бы они устроили за нами слежку? Мы бы привели их на нашу территорию!

В порыве чувств кошечка повысила голос, и ее товарищи в один миг испуганно обернулись назад, туда, где сидела Вороная. Но даже если та и услышала что-то, то не подала вида.

Снова настала неловкая тишина. Закрыв глаза, Ольхолап прижался боком к холодной стене пещеры, чувствуя, как острые камни больно колют его лапы, и начал думать, отчего же их путешествие обернулось так странно.

«Мы поняли, что случилось с Небесным племенем… Разделим ли мы их судьбу?»

Глава 19

Сон Ольхолапа был беспокоен. Кот то и дело ёрзал и вертелся на подстилке. Стоило ему, наконец, заснуть, как кто-то осторожно тронул его за плечо. Он открыл глаза и в полутьме различил склонившуюся над ним Огнелапку.

– Тише! – прошептала она. – Нам нужно уходить! Сейчас же!

Ольхолап непонимающе моргнул.

– О чем ты говоришь?

– Бродяги спят, – вполголоса объяснила Огнелапка. – Но кто знает, долго ли они будут дрыхнуть? Скоро рассвет. Лучшей возможности уйти у нас не будет.

Ольхолап поднялся на лапы и смачно зевнул. Кот выгнул спину, разминая затекшие мышцы. Кротоус и Вишнегривка уже проснулись. Иглолапка, стоявшая у входа в пещеру, выглядела непривычно нерешительной:

– Не нравится мне все это, – неуверенно пробормотала она. – Если они нас поймают…

Кротоус погладил её хвостом по плечу.

– Мы сделаем все, чтобы этого не случилось!

Иглолапка неохотно кивнула, а Кротоус повернулся к остальным, чтобы дать им сигнал к выходу. Воин повел своих товарищей прочь из ущелья. В паре лисьих хвостов от них дремала Ворона, обернув свой нос кончиком хвоста. Ольхолап подумал, что кошке не избежать неприятностей, когда Темнохвост узнает о побеге лесных котов.

Путники в полной тишине огибали скалы, направляясь к береговой линии. Ольхолап невольно распушил шерстку, представив себе, как проснувшиеся бродяги высовывают свои морды из пещер и замечают уходящих котов. Но ни один визг тревоги не нарушил предрассветную тишину.

Наконец путники добрались до реки и свернули вниз по её течению. Кротоус всё ускорял шаг, пока они вприпрыжку не поскакали по прибрежным камням.

Воздух был холодным и промозглым, и Ольхолап невольно поежился. Небо затянулось плотной завесой облаков, через которую не пробивался ни единый светлый луч. В какой стороне должно взойти солнце, понять было невозможно.

Путники ушли не так далеко, когда на их пути вырос отрог скалы, вода пенилась и бушевала у его подножия.

– Мышиный помет! – выругался Кротоус, осторожно взбираясь на мокрый камень. – Когда же мы, наконец, уберемся из этого забытого Звездным племенем места?

Ольхолап вскочил следом за своим бывшим наставником, тщательно выбирая трещинки в скале, за которые можно было зацепиться когтями. Это было нелегко, так как в коготки то и дело забивалась грязь и размытый речной песок. К облегчению кота на другой стороне скалы склон был более пологим, и Ольхолап легко соскользнул, оказавшись рядом с Кротоусом.

– За этой глыбой нас хотя бы из лагеря не видно, – заметила Вишнегривка, когда остальные путники присоединились к Ольхолапу и Кротоусу.

– Но вот замедляться нам не следует, – пробормотал Кротоус. – Не стоит забывать, что бродяги могут выследить нас по запаху.

– Тогда, может, нам стоит перебраться через реку? – предложил Ольхолап. – Это развеет наш запах, и Темнохвосту и остальным будет сложнее нас выследить. Так у нас будет больше шансов отделаться от них.

– Соображаешь, – ответила Вишнегривка. – Вот бы только найти место, где можно безопасно перебраться.

Кротоус с готовностью направился вперед, а вот Огнелапка осталась на месте, неуверенно переминаясь с лапы на лапу.

– Что-то не так? – спросил Кротоус с едва скрытым раздражением в голосе.

– Сомневаюсь, стоит ли нам уходить, – неуверенно протянула Огнелапка. — Звёздное племя отправило нас сюда, но Небесных котов мы так и не нашли. Может, нам следует остаться неподалеку и поискать их.

– Сейчас мы уже Небесному племени не поможем, – мрачно отрезал Ольхолап, хоть и невольно восхитился мужеством сестры, которая посмела возразить старшему воину. – Мы понятие не имеем, сколько котов выжило. Не говоря уже о том, где их искать. Но останься мы неподалеку, Темнохвост и его банда доберутся до нас. Может быть, когда мы вернемся домой, Ежевичная Звезда придумает что-нибудь, когда узнает от нас правду. А пока… это наше путешествие… – он на мгновение замолк, чтобы унять дрожь в голосе. – … обернулось провалом. Лучшее, что мы можем сделать, это вернуться домой. Живыми.

– Твой брат прав, – Вишнегривка ласково боднула свою ученицу плечом, – Мы сделали все, что могли. Но спасение Небесного племени не в нашей власти. По крайней мере, сейчас.

– Угу, – выдохнула Огнелапка, понуро свесив голову.

Кротоус вновь возглавил патруль, ведя своих спутников вдоль берега. Ольхолап всё высматривал место, где они могли бы безопасно перейти реку, но было ещё темно и он так и не смог понять, насколько река глубока. А вода неслась быстрым стремительным потоком, тая в себе невидимую опасность.

«Речным котам не было бы нужды искать переправу, они плавают, – вспомнил Ольхолап и поежился. – Но мы не речные. Даже пытаться не стоит!»

– Вижу деревья, вниз по течению, – объявила Огнелапка, будто бы прочитала мысли своего брата, – Может, там получится перебраться.

Вишнегривка оживленно кивнула.

– А что? Проверить стоит. Только быстрее. Скоро рассвет. Бродяги не будут спать вечно.

И она засеменила в сторону деревьев, остальные за ней. Первое дерево на их пути – маленькое и тонкостволое – не помогла бы им ничем. Ольхолап надеялся найти поваленное дерево, наподобие того, по которому коты-воители перебирались через озеро в ночь Совета. Но единственный ствол, который попался им на глаза, одним концом был вкопан в землю у берега под странным углом, в то время как другой его конец, торчал прямо из реки.

На расстоянии виднелись более крепкие деревья и маленькие кустики.

– Неплохое место для охоты, – выдохнула на бегу Огнелапка, едва поспевая за братом.

– Времени нет! – буркнул на ходу Ольхолап.

– Но я так голодна! – пожаловалась Огнелапка. – Может, если…

– Эй! Посмотрите туда! – громкий оклик Вишнегривки прервал жалобу Огнелапки. Воительница приблизилась к крепкому дереву, склонившемуся к земле. Его длинные ветви свисали над водой, простираясь практически до противоположного берега. – Вот здесь и пересечем!

Но вот Ольхолапу дерево показалось не таким уж безопасным, однако он промолчал. Лучшей переправы через реку, они, пожалуй, не найдут! Кто знал, может, бродяги уже идут по их следам?

– Дайте-ка подумать, – прошептал Кротоус, хмуро осматривая ветви. – Вроде бы длинные. И, если наш запах развеется, Темнохвост и его прихвостни подумают, что мы свалились в воду и нас унесло течением.

– Стоит попробовать, – сказал Ольхолап, хотя ледяные когти страха сжали его живот.

– Чур, я первая! – воскликнула Огнелапка и, не дожидаясь разрешения, взлетела на кривой ствол, а затем осторожно засеменила по одной из веток. – Вперед… здесь безопасно!

Огнелапка уже была на середине ветви, когда Кротоус решился взобраться на ствол. Ольхолап с трудом оторвал взгляд от сестры, расторопно продвигающейся вдоль ветви, чтобы посмотреть назад и убедиться, что бродяги не напали на след беглецов. И хотя солнце уже начало потихоньку пробиваться сквозь тучи, ни намека на приближающуюся погоню не было. «Остается лишь надеяться, что когда бродяги придут, мы уже будем далеко!» – подумал Ольхолап.

– Ты следующий! – голос Иглолапки прервал его мысли.

Огнелапка уже почти перебралась к концу ветки, еще чуть-чуть, и она сможет спрыгнуть на берег. Кротоус и Вишнегривка шли друг за другом. Ольхолап со смесью страха и восхищения наблюдал, как его товарищи балансируют на тонкой ветви, которая отделяла их от бурного потока.

– Иди первая! – сказал он Иглолапке. – Я покараулю!

Иглолапка неуверенно взглянула на него, но затем, собравшись с мыслями, пожала плечами.

– Как скажешь!

Серая Сумрачная ученица ловко запрыгнула на ствол и направилась вдоль ветки.

Не смея больше медлить, Ольхолап осторожно последовал за Иглолапкой. На ствол вскарабкаться было не сложно, ветка под лапами тоже оказалась достаточно крепкой, но под весом перебирающихся котов она начала прогибаться.

«Разумнее было бы перебираться по одному, – рассудил Ольхолап, впиваясь когтями в древесину, – но нам нужно было спешить!»

Живот его вновь скрутило, когда он увидел, что Огнелапка напрягает мышцы, готовясь спрыгнуть на берег. Когда кошка прыгнула, ветка сильно зашаталась, и Ольхолап взвизгнул от страха, почти потеряв равновесие. Но спустя мгновение он выдохнул с облегчением: Огнелапка благополучно приземлилась. Кротоус и Вишнегривка не замедлили сделать то же самое.

А вот Иглолапка медленно продвигалась вперед, маленькими шажками, не более чем на один мышиный хвостик. Вдруг она резко остановилась, ветка наклонилась и опасно изогнулась под весом тела кошки. Послышался скрежет когтей о древесину – это Иглолапка судорожно впилась когтями в ветвь.

– Не останавливайся! – настаивал Ольхолап, но кошка лишь обернулась через плечо и бросила:

– Если б не остановилась, уже была бы в воде! – прошипела она.

– Лучше, чем в лапах бродяг без закона! – процедил Ольхолап. – Вперед! Ты справишься!

Но стоило Иглолапке приподнять лапу, как ветвь угрожающе затрещала. Оцепеневший от страха Ольхолап едва мог шевельнуться. Он решил было продвинуться назад, к стволу, но было уже поздно. Громкий треск, визг Иглолапки – и ветка резко ускользнула из-под его лап. Мгновение – и они оба оказались по уши в ледяной воде!

Он в ужасе замолотил лапами, но не знакомое доселе прикосновение сковывающего холода словно парализовало все его движения. Мощное течение несло его прочь в неизвестном направлении. На уши что-то сильно давило, а, когда он попытался открыть глаза, он увидел лишь тьму. В глазах щипало, он отчаянно барахтался в воде, грудь его разрывало от боли. «Еще мгновение – и все закончится! Я умираю!» – думал он, но не переставал бороться со стихией.

И тут ему удалось вынырнуть на поверхность. Ольхолап лихорадочно вздохнул, воздух наполнил разрывающиеся легкие. Кот изо всех сил работал задними лапами, чтобы удержать себя на плаву. Он отчаянно крутил головой, всматриваясь сквозь бурлящую пену, надеясь увидеть Иглолапку. Но кошки нигде не было видно.

«Здесь слишком темно! Все ещё темно! – думал он, колотя уставшими лапами по воде. – Она где-то здесь! Она со мной! Просто я её не вижу!»

Он напряг слух, пытаясь услышать ее крики или голоса своих соплеменников с берега, но шум реки заглушал все остальные звуки.

Казалось, что течение стало еще сильнее. Впереди Ольхолапа не было ничего, только темное небо. Поверхность воды исчезла вдали, рев воды в ушах отдавался все громче и громче.

«Водопад!»

«Нужно добраться до берега! Во что бы то ни стало!» – думал Ольхолап, брыкаясь и извиваясь против течения, но не мог противостоять ревущему потоку, несущему его к краю водопада. «Бесполезно! Здесь я и погибну!»

И тут Ольхолап почувствовал, что наткнулся на что-то, выступающее из воды. Это столкновение подтолкнуло его к берегу. Когда внезапная волна подбросила его вперед, Ольхолап с удивлением осознал, что цепляется за мокрую шкуру Иглолапки.

Вид его спутницы и близкие очертания берега подарили Ольхолапу надежду.

– У нас получится! – крикнул он Иглолапке, насколько хватило ему сил. – Главное, не останавливайся!

Но как бы сильно коты ни боролись за свою жизнь, стихия была сильнее. Течение несло их к краю воды, как опавшие листья. Из глотки Ольхолапа вырвался крик ужаса, когда он краем глаза заметил изгиб русла реки и понял, что сейчас упадет.

Страх захлестнул его, он потерял из вида Иглолапку. Волны безжалостно подкинули его, сила водопада мотала кота, охваченного паникой, из стороны в сторону. Его крик прервался, когда он упал на поверхность воды. Ударившись, Ольхолап почувствовал, как будто из его тела вышибли дух. Вода заполнила его легкие, в глазах потемнело, он погружался все глубже и глубже под толщу воды. И волны снова подтолкнули его вперед, свет озарил его глаза, и он вновь оказался на поверхности. Ошеломленный, он судорожно хватал ртом воздух и молотил лапами по поверхности изо всех сил, боясь снова оказаться во тьме, под гнетом воды.

Что-то сильно ударило его в затылок, направляя к берегу. Вскоре он почувствовал вязкую землю под своими лапами и потянулся вперед, изо всех сил пытаясь выкарабкаться из воды. Обернувшись, он увидел Иглолапку. Её мокрая шерсть прилипла к телу, кошка судорожно двигалась вслед за Ольхолапом.

Сделав последний рывок, Ольхолап плюхнулся животом на прибрежную грязь, не смея поверить, что сумел выжить. Дрожа от холода и страха, он с облегчением почувствовал, что Иглолапка рухнула рядом.

С трудом отдышавшись, Ольхолап напряг слух. В ушах все еще звенело от неумолимого рокота воды. Но он надеялся услышать голоса своих соплеменников.

– Я не слышу наших, – выдохнул он. – А ты?

Иглолапка встала и стряхнула воду с шерсти.

– Нет! – провыла она. – Я вообще ничего не слышу, кроме этой воды! Говорила же я вам, что все плохо закончится!

Ольхолап беспокойно осмотрел берег, но все, что он мог увидеть – это лишь деревья и небо. Все что мог услышать – это рев воды позади. Все, что он мог почувствовать – это мокрая грязь под лапами и волны страха, исходившие от мокрой шкуры Иглолапки. И ни следа его товарищей. Страх завладел им до последней шерстинки.

Мысли лихорадочно вертелись у него в голове: «Что же нам теперь делать?»

Глава 20

Некоторое время Ольхолап и Иглолапка, оглушенные, лежали в безмолвном оцепенении. Когда первая волна страха и безысходности прошла, мысли о соплеменниках заставила Ольхолапа прийти в себя.

– Нужно идти… дальше, – хрипло выдохнул он. – Мы должны понять, как выбраться отсюда и найти наших.

Иглолапка пригладила языком шерстку на плече.

– Мы едва не погибли. Мне нужно отдохнуть.

– Но мы не знаем, что с ними случилось! – воскликнул Ольхолап, бросив беспокойный взгляд вверх по течению. «И как же мы теперь отыщем Небесных котов?»

Но Иглолапка только фыркнула.

– Знаешь, пора бы тебе перестать беспокоиться о других и подумать о себе. Пусть сами нас ищут. Мы такое пережили, имеем право отдохнуть.

Не находя себе места от тревоги за соплеменников, Ольхолап все же признал, что Иглолапка в чем-то права. На шатающихся лапах он прошел немного вперед, чтобы получше осмотреть местность. В нескольких лисьих прыжках от котов сновали туда-сюда по Гремящей Тропе Чудища, позади тропы тесными рядами высились заборы, окружающие Гнезда Двуногих. Только сейчас, когда он смог полной грудью вздохнуть, он почуял вонь Двуногих и смрад Чудищ.

– Поверить в это не могу! – простонал он. – Это место кишит Двуногими!

– Да ладно тебе! Не так все страшно! – ответила Иглолапка, махнув хвостом в сторону полосы буковых кустов, растущих у кромки воды. – Устроимся там, и Двуногие нас не найдут!

«Надеюсь, ты права!» – подумал Ольхолап, пробираясь за серой кошкой в гущу кустов. Примяв лапами траву, Ольхолап устроил себе импровизированное гнездышко и свернулся калачиком рядом с Иглолапкой. Лапы его ныли от усталости, он был изможден после битвы за свою жизнь со стремительным потоком. Но, несмотря на это, Ольхолап никак не мог уснуть, хотя Иглолапка уже сладко посапывала. Рев и вонь Чудищ, непрекращающиеся мысли о бродягах, идущих по следу, не давали ученику забыться сном.

Прижавшись ближе к Иглолапке, Ольхолап вдохнул её запах и попытался представить себе уютную палатку оруженосцем в лагере Грозового племени. «Да, я сейчас там, и Огнелапка спит рядом со мной!» Наконец, уставший кот провалился в сон.

Яркий солнечный свет пробивался сквозь ветви бузины, когда Ольхолап открыл глаза. Иглолапки рядом с ним не оказалось, и он почувствовал укол тревоги. Резкие голоса Двуногих донеслись до его ушей. Кот осторожно выбрался из своего укрытия и заметил нескольких двуногих котят, что резвились у Гнезд. Котята шумели и бросали друг другу какую-то яркую игрушку.

Острое желание как можно скорее вернуться домой, в тишину лесов и безмятежность озер, захватило Ольхолапа. «Как же галдят эти котята! Неужели мы никогда не найдем спокойное местечко?»

Стебли высокой травы расступились, и оттуда показалась морда Иглолапки. Серая кошка несла в зубах упитанного воробья.

– Свежатинка! – объявила она, гордо положив свою добычу у лап Ольхолапа.

– Слава Звездному племени, ты вернулась! – воскликнул Ольхолап. – Я же волновался!

Иглолапка задорно махнула хвостом.

– За меня? Незачем! Лучше ешь давай!

– И что же нам делать дальше? – спросил Ольхолап, когда проглотил первые кусочки еще теплой дичи. Кусты бузины были безопасным прикрытием, а солнце полностью согрело промокшие шкуры котов. Но Ольхолап понимал, что они не могут оставаться здесь надолго.

– Дфухих ишкать! Фто нам ифе оштается? – прошамкала Иглолапка с набитым ртом. Ольхолап был рад, что Сумрачная ученица не стала с ним спорить. Он просто не мог представить себе обратный путь без своих верных соплеменников. И никогда бы не смог себе простить, если бы даже не попытался их отыскать!

Закончив свою трапезу, они пошли обратно вверх по течению реки, пока вновь не вышли к водопаду.

– Думаю, нужно идти тем путем! – пробормотал он, глядя на груды замшелых камней у подножия скалы. Он не мог без содрогания смотреть на водопад, где он едва не лишился жизни.

– Не так уж и сложно! – крикнула Иглолапка, ловко запрыгнув на первый камень.

Ольхолап бы так не сказал, но все равно старался не отступать ни на шаг от своей спутницы. Шум бегущей воды грохотал в его ушах, и кот едва не оступился, когда вспомнил, как бушующий поток подхватил его. Камни были скользкими от брызг, кусочки влажного мха застревали в когтях. Ольхолап пытался вытрясти приставший мох, но чуть не поскользнулся, потеряв равновесие. Иглолапка уверенно взбиралась впереди, комья грязи и капли воды, ссыпавшие из-под её лап, падали на Ольхолапа.

К тому времени, как они добрались до вершины, он едва дышал. Подъем был труден, Ольхолапу хотелось отдохнуть, но тревога за соплеменников гнала его вперед.

Они с Иглолапкой брели вдоль берега, зовя товарищей и пытаясь поймать их запах. Надежда начала покидать Ольхолапа, когда он понял, что они невольно возвращаются к песчаному ущелью. «Значит, бродяги все-таки поймали их. Мои друзья сейчас могут лежать где-нибудь мертвые в этом забытом Звездным племенем месте!»

– Эй, сюда! – воскликнула Иглолапка, учуяв что-то у корней мрачного вяза, что рос на берегу. Ольхолап подбежал к ней и тоже принюхался: земля в ложбинке меж корней была немного примята, в воздухе отчетливо чувствовались запахи трех соплеменников Ольхолапа.

– Должно быть, они останавливались здесь на привал! – волна облегчения пронеслась по его голосу, и он изо всех сил завопил: – Огнелапка! Кротоус! Вишнегривка!

Он надеялся, что они где-то поблизости, но никто не отозвался.

– Знаешь, что я чувствую? – сказала Иглолапка, сосредоточенно пропуская воздух через пасть. – Их запах идет вниз по течению. Спорю на луну рассветных патрулей, они искали нас!

Сердце Ольхолапа пропустило глухой удар:

– Но как же мы могли с ними разминуться? Почему мы их не заметили?

– Не знаю, – пожала плечами Иглолапка.

– В любом случае, нам нужно просто идти по их запаху! – рассудил Ольхолап, чувствуя, как силы вновь возвращаются к нему. – Идем же!

– Ну, вот! Опять перелезать камни у этого проклятого водопада! – пожаловалась на ходу Иглолапка.

Они шли по запаху, то строго вдоль берега, то отдаляясь от реки на несколько лисьих прыжков. Они чувствовали, что иногда отдельные запахи уводили их в разные места, но все три запаха вновь соединились вместе у основной тропы.

– Они искали нас! – мяукнула Иглолапка. – Не могу понять, почему мы их не видели!

Но когда они вернулись в то место у буковых кустов, то почувствовали, что полоса запахов шла прямо по траве между рекой и Гремящей Тропой, мимо импровизированной палатки молодых котов.

– Поверить не могу! – зашипела Иглолапка, гневно взмахнув хвостом. – Они нас не заметили! Прошли мимо нас, пока мы спали!

Ольхолап подавил в себе рык отчаяния.

– Мы были мокрые, а вода смыла наш запах! А ещё вся эта вонь Двуногих! – сказал он. – Но не все так плохо. Мы знаем, что они живы. Темнохвост их не выследил. Значит, нам нужно просто продолжать идти по их запаху!

Но все оказалось не так просто: стоило Ольхолапу и Иглолапке пройти немного вниз по течению, как слабые запахи их товарищей сменились резкой вонью Двуногих и смрадом Чудищ. От тропы, по которой, как думал Ольхолап, недавно пробежало Чудище, несло чем-то удушливым. На траве блестели капли чего-то темного и дурно пахнущего. «Видимо, Чудище останавливалось здесь. Может, чтобы поспать?» – подумал Ольхолап. Вскоре запахи Грозовых котов и вовсе пропали.

– Мы потеряли их, – уныло протянул Ольхолап.

– Должно быть, они подумали, что мы утонули, – тихо промолвила Иглолапка. – Кто знает, куда они могли отправиться, смирившись с тем, что нас больше нет?

– Но они все равно бы пошли вдоль берега реки! Куда им еще идти? – вставил Ольхолап. – Здесь нет больше переправы.

– Может быть, – почти прошептала Иглолапка. Сумрачная ученица выглядела необычайно подавленной. – Ну, а что, если ты ошибаешься? Что если мы их так и не найдем?

Ольхолап нервно сглотнул.

– Тогда, нам придется одним возвратиться к озеру. Будем сами искать путь к дому из этого места, – выдавил он, стараясь говорить ровным голосом. – Если они прекратили попытки искать нас, то повернули домой.

Но посмотрев по сторонам, Ольхолап понял, что понятия не имеет, где они с Иглолапкой находятся. Вместе со своими товарищами они пришли к песчаному ущелью с другого берега. Здесь же, на противоположном берегу реки, все выглядело иначе. Ольхолап даже не был уверен, не унесло ли их течение в другую сторону.

– Придется перейти на противоположный берег, – рассудил он. – А оттуда уже идти в сторону заходящего солнца.

– Смутно я себе это представляю, – отозвалась Иглолапка с недоверчивым фырканьем. – Мы не знаем, где находимся. Могли и пропустить озерные территории племен. – И быстро добавила: – Даже не думай предлагать переплыть реку – прошлого раза мне вполне хватило!

– Тут я с тобой соглашусь, – мягко ответил Ольхолап. – Сначала пойдем вниз по течению на этом берегу. Может, найдем еще одно поваленное дерево или что-то вроде него, чтобы перебраться. А если повезет, ещё нагоним наших!

Иглолапка хмыкнула: – Да, немножко везения нам бы не помешало!

Солнце уже начало клониться к закату, окрашивая небеса алым, не тлеющим костром. «Нужно искать место для ночлега, – невесело подумал Ольхолап. – Хорошо хоть, что мы отошли подальше от тех гнезд Двуногих!»

Вскоре русло реки повернуло в сторону от Гремящей Тропы, так что глазам путников предстала поляна, окруженная маленькими кустиками.

– Здесь бы неплохо сделать привал! – широко зевнул Ольхолап. – Дичи не чуешь?

Иглолапка воспрянула духом при мысли об охоте.

– Чую ли я добычу? Смотри и учись!

Не успел Ольхолап и моргнуть, как серая кошка сорвалась с места и юркнула в ближайшие кусты. Спустя несколько мгновений она вернулась с тушкой дрозда, безвольно свисающей из её пасти. К этому времени Ольхолап наскреб кучку сухих листьев и примял их, создав импровизированное гнездышко под сенью орешника.

Проглотив последний кусочек дрозда, Ольхолап понял, несколько он устал. Ни беспокойные мысли о соплеменниках, ни заботы о поиске пути к озеру не смогли потревожить его глубокий сон.

Солнце вставало три раза, а Ольхолап и Иглолапка все шли вдоль реки. За эти ночи звездные предки так и не явились Ольхолапу во сне. Однако надежда затеплилась в груди Ольхолапа, когда путникам все же удалось поймать запахи своих товарищей – казалось, Ольхолап и Иглолапка идут прямо по их следам. Реки не было видно ни конца, ни края – русло становилось шире, вода стремительнее и опаснее – коты так и не нашли места, где можно было бы безопасно пересечь реку.

На третий день отвратительная вонь Двуногих, о которой путники уже успели позабыть, вновь опалила их ноздри. Но легкая пелена тумана покрывала землю, а посему коты не совсем видели, что находится впереди. Лишь когда солнце засияло на макушке неба, туман рассеялся, и на горизонте показались первые очертания гнезд Двуногих.

– Мы здесь не были, когда шли в песчаное ущелье, – застонал Ольхолап. – Столько гнезд Двуногих я ещё не видел! Мы ушли слишком далеко!

Иглолапка лишь пожала плечами.

– Выбора-то у нас особо не было.

– Да и сейчас нет, – процедил Ольхолап, оглядываясь через плечо на бушующую реку, перебраться на противоположный берег не было никакой возможности. – Похоже, придется-таки нам пробираться через это отвратительное место.

– А знаешь, может это и не так уж плохо, – размышляла Иглолапка, когда два путника бок о бок приближались к нарастающим впереди каменным глыбам Гнезд Двуногих. На Ольхолапа давили звуки и запахи этого незнакомого места.

– Очень смешно! – прошипел он.

– Я не шучу! – Иглолапка остановилась и обернулась к нему. В её глазах плясали озорные искорки, но голос был спокоен и предельно серьезен. – Нам нужно найти домашнего кота.

– Ручную кису? – непонимающе повторил Ольхолап. – Иглолапка, ты не заболела? Извини, но я не знаю травы, которая возвращает кошке нормальную голову вместо мышиной!

– Мышеголовый тут ты, если не хочешь выслушать, что я скажу! – Иглолапка нетерпеливо дёрнула ушами. – Домашние коты, что здесь живут, могут подсказать нам, как перебраться через реку!

Ольхолап фыркнул:

– И с чего ты так решила?

– Да с того, что они здесь живут, а посему и знают эту местность хорошо, – ответила Иглолапка, – в отличие от нас! А может, они даже угостят нас своей едой!

К горлу Ольхолапа подступила тошнота.

– А вот сейчас ты шутишь?

– Вовсе нет. Впереди у нас длинный путь, – спокойно сказала Иглолапка, – почему бы не набить желудки тем, что есть.

– Да с того, что это противоречит Воинскому Закону! – твердо ответил Ольхолап, когда они снова двинулись в путь. – Я такого никогда в пасть не возьму! Говорят, что ручные кисы едят катышки, похожие на мышиный помёт!

Но Иглолапка не слушала его протесты и решительно шагала вперед. Ольхолап лишь следовал за ней, пока они не достигли Гремящей Тропы, что бежала вдоль ряда каменных жилищ. Иглолапка остановилась, а затем, посмотрев по сторонам и убедившись, что нигде нет Чудищ, положила свою лапку на гладкую черную поверхность тропы.

– Ты что делаешь? – спросил Ольхолап.

– Проверяю, не дрожит ли земля, – ответила она. – Ты же знаешь, что Чудища просто громадные. Почувствовать их приближение можно задолго до того, как они появятся.

– А это полезно, – согласился Ольхолап. Он никогда не видел, чтобы Иглолапка так делала. Но раньше Песчаная Буря, а после неё Кротоус и Вишнегривка брали на себя ответственность переводить отряд через Гремящую Тропу.

«Интересно, сколько раз Иглолапка самостоятельно пересекала опасные тропы?» – задумался Ольхолап.

Несильный толчок в бок отвлек кота от этих мыслей:

– Идем же! Сейчас безопасно!

Ольхолап чувствовал себя все более и более неуютно, следуя за Иглолапкой в тесноту территории Двуногих. «Она чувствует здесь себя так свободно! Будто всю жизнь здесь живет! – думал он. – Неужели ей не противно приближаться к Двуногим? Они же могут взять нас в свои голые лапы и начать гладить!»

Все его существо противилось углублению в эти земли. Ольхолап весь напрягся, когда заметил, что Иглолапка засеменила в сторону Двуногого, который купал ярко-синее Чудище позади своего гнезда. Совсем не страшась Чудища, она подбежала к Двуногому и потерлась боком об его лысую заднюю лапу, довольно урча. До того как Двуногий успел схватить кошку, Ольхолап подбежал к подруге и изо всех сил пихнул её в плечо, отгоняя подальше от Двуногого. Он продолжал толкать ее до тех пор, пока они не оказались достаточно далеко. – Ты что творишь? Хочешь стать обедом для его Чудища?!

– Не глупи! – оборвала его Иглолапка. – Разве ты не знаешь, что если приластиться в Двуногому, он угостит тебя мясом или ещё чем-нибудь вкусненьким? Я так всегда делала, когда Двуногие приходили на нашу территорию в сезон Зеленых Листьев жить в своих палатках из разноцветных шкур. – Иглолапка смерила Ольхолапа серьезным взглядом. – Нет, у тебя это вряд ли получится. Они дают еду только ласковым кошкам.

– У тебя пчелы в голове завелись, вот, что я скажу, – угрюмо прорычал Ольхолап. – Просто иди.

Иглолапка отвернулась и самодовольно зашагала вперед, высоко подняв хвост. К облегчению Ольхолапа, больше Двуногих на пути не было. Повернув за угол, они увидели упитанного рыжего котяру, лениво растянувшегося на крыше.

– Эй! Привет тебе! – закричала Иглолапка, ловко взбираясь к нему.

– Эм… Привет! – ответил домашний кот, сонно хлопая глазами. – Чем могу помочь?

– Мы коты из племени и мы потерялись, – объясняла Иглолапка. – Нам нужно вернуться на свои земли, но это сделать невозможно, не пересекая реку. Ты знаешь, как перебраться?

Ольхолап был удивлен, но и немного обеспокоен тем, с какой легкостью Иглолапка рассказала домашнему коту так много. «Мы ведь его даже не знаем». Но затем успокоился, подумав о том, что рыжий лежебока наверняка не понимает, о чем ему талдычит Иглолапка.

Рыжий кот смачно зевнул.

– Вы, видимо, знаете трех котов, которые проходили тут на рассвете? – спросил он.

– Трех котов? – Ольхолап подался вперед. – Ты случайно не говоришь про кремового кота, рыжую кошку и молодую кошечку с ярко-рыжим мехом в полоску?

Домашний кивнул.

– Во-во, про них я и говорю. Подавленные они были. Сказали, что потеряли в пути двух молодых котов.

Волна облегчения пробежала по шкуре Ольхолапа.

– Они сказали, куда направляются?

– Батюшки, так вы и есть те молодые коты? – пытливо спросил кот, но глаза его были полны сочувствия и доброжелательности. – Они тоже искали место, чтобы пересечь реку.

– И ты им помог? – спросила Иглолапка.

– Туда идти надо, – рыжий кот махнул хвостом в сторону узкой дорожки, теснившейся между двумя рядами каменных гнезд. – Так вы выйдете обратно к реке. А немного ниже по течению найдете мост.

– Мостик Двуногих? – неуверенно спросил Ольхолап.

– А что же еще, мышеголовый! – Иглолапка пихнула его в бок. – С таким мы и раньше справлялись. Спасибо тебе, – добавила она, поглядывая на домашнего кота.

– Да не за что! – ответил кот, раскрыв пасть в широком зевке.

Ольхолап уже было отвернулся, как тут вспомнил кое-что.

– Скажи, пожалуйста, ты не видел случайно более многочисленную группу котов, путешествующую через эти земли? – спросил он домашнего кота. – Они могли проходить здесь некоторое время назад.

Домашний кот покачал головой.

– Прости, не видел.

«Значит, Небесного племени здесь не было», – подумал Ольхолап, и его последняя надежда найти исчезнувшее племя угасла.

– Все равно спасибо, – дружелюбно мяукнул он домашнему коту.

Он повернулся, чтобы уйти, но Иглолапка и не думала следовать за ним.

– Прежде чем мы уйдем, можно попросить у тебя немного еды? – спросила она рыжего кота. – Мы очень голодны!

– Конечно, – домашний вскочил на лапы и довольно потянулся. – Идите вдоль этой стены до проема. Встретимся там.

Кот спрыгнул со своего насеста и исчез.

Иглолапка нетерпеливо засеменила вдоль стены, Ольхолап нехотя поплелся следом. Домашний кот ждал их у забора, сделанного из блестящих и жестких тонких ветвей, с большими зазорами между прутьями. Ольхолап и Иглолапка нырнули в один такой зазор.

Лапы их нащупали неровную тропинку, покрытую мелкой галькой. За тропой была поляна, окруженная пышными кустами и яркими цветами Двуногих. Позади кустов высились каменные стены жилищ Двуногих. Шерсть Ольхолапа невольно вздыбилась, он поверить не мог, что ступил на эту территорию.

– Еда там, – сказал домашний, указывая хвостом в сторону маленькой пещеры в конце галечной тропы. Ольхолап в ужасе прирос к месту: в пасти маленькой пещеры виднелось Чудище.

– Мы туда не пойдем! – сказал он Иглолапке, но та уже беспечно бежала в сторону пещерки вместе с домашним котом.

– Чудище спит! – крикнула на ходу Иглолапка. – И, если честно, только не говори никому из наших, мне уж очень любопытно узнать, какова еда домашних кисок на вкус!

– А что если… – Ольхолап не закончил, ибо Иглолапка, не обращая на него никакого внимание, уже скрылась в пещерке вместе с домашним.

Но Ольхолап не собирался следовать за ними. «Я не притронусь к еде для домашних кисок! Никто не обвинит меня в нарушении Воинского Закона!»

Вместо этого он стоял начеку, наблюдая за Чудищем. «А вдруг проснется? Или Двуногие объявятся?» Все это время он нетерпеливо кромсал сочную траву передними лапами, оставляя мягкие рытвинки от своих когтей. Он здесь, в этом месте, а с каждым ударом сердца его соплеменники уходят все дальше и дальше.

Наконец Иглолапка и домашний кот вышли из пещеры.

– Славно поела! – довольно мурлыкала Иглолапка, облизываясь. – Спасибо, Боб!

«Боб? – опешил Ольхолап. – Это что, так домашнего зовут? Ну и имечко!»

– Да, спасибо большое, Боб, – вежливо добавил Ольхолап. – Ты нам очень помог.

– Всегда рад, – ответил Боб, коснувшись носом носа Иглолапки. – Ну, удачи вам в путешествии.

Ольхолап направился вниз по дорожке, которую им показал Боб. Иглолапка бежала рядом с ним.

– Поблагодаришь позже, – довольно мяукнула Иглолапка. – Сказала же, что сработает! Теперь мы знаем, как перебраться через реку, а там и до дома недалеко. – Она на мгновение замолчала, затем добавила. – Ты что не рад, что мы возвращаемся домой? Ты чего такой хмурый?

Ольхолап надеялся, что ему удалось скрыть чувство вины, тяготившее его с того мгновения, как Боб сказал ему, что он не видел здесь Небесных котов. Но от проницательного взгляда Иглолапки сложно было что-то утаить.

Он повернулся к ней и спросил с горечью в голосе:

– А ты не догадываешься? Мы не справились, мы потерпели неудачу. Какой же я после этого целитель?

Глава 21

Иглолапка выглядела озадаченной.

– Что ты имеешь в виду? – спросила она.

– Тебе прекрасно известно, что я имел в виду! – Ольхолап старался подавить свой гнев на Иглолапку, задающую глупые вопросы. – Небесное племя покинуло ущелье после того, как бродяги напали на них, и никто не видел, куда они ушли. Мы могли спасти их! Мы должны были прийти раньше, но мы опоздали!

– Почему ты так уверен в этом? – спросила его Иглолапка, склонив голову набок.

– Потому что другие племена, наши племена, выгнали Небесное племя из леса. Это было таким позором для нас, что эта история до сих пор держится в секрете. Мои видения говорили мне, что нужно найти Небесное племя, вернуть их и разделить наши территории с ними, чтобы Небесное племя жило вместе с нами возле озера, – очистить небо, как сказано в пророчестве. – Голос Ольхолапа предательски задрожал, когда он осознал всю глубину своего поражения. – Я запутался! Из-за того, что я не понял первое видение, Песчаная Буря умерла... Мы пришли в ущелье слишком поздно. Мы не смогли найти тех, кто скрываются в тенях, поскольку Небесное племя покинуло свой дом. Теперь небо никогда не прояснится! Кто знает, что теперь будет с племенами? И этого бы не случилось, ни будь я таким ужасным целителем!

Он присел на дорожке Двуногих и уткнулся носом в лапы, глухо захныкав. Ольхолапу казалось, что перед ним беспросветная тьма.

Иглолапка ничего не сказала, и когда Ольхолап поднял глаза, увидел, что она сидит напротив и внимательно рассматривает его, аккуратно обвив хвостом свои передние лапы.

– Выплакался? – спросила она со скептическим выражением на лице.

Ольхолап дёрнул ухом, досадуя на Иглолапку и на самого себя, за то, что так опозорился в её глазах.

– Наверное, - буркнул он

– Ты глуп и зря жалеешь себя, – тон Иглолапки был резок. – У бродяг изгнание Небесного племени из их лагеря и заняло много времени. И судя по тому, как ты описал Туманца, – что он весь тощий и оборванный, – следует, что нападение не вчера произошло. Твоё видение было послано в такое время, что мы бы все равно не успели прийти в ущелье и спасти Небесное племя.

Ольхолап понял, что он начинает чувствовать себя чуть-чуть лучше.

– Итак? – мяукнул он в ответ.

– Итак. – Продолжила кошка, поднимаясь на лапы и спускаясь вниз по аллее. – Твоё видение означало что-то другое.

Ольхолап замолчал, обдумывая слова Иглолапки. В конце тропинки, немного ниже по течению, они заметили небольшой мостик, про который говорил им Боб. К его облегчению, это была не огромная Гремящая Тропа, переправляющая Чудищ через реку, а узкое деревянное строение, больше похожее на полумостик, находившийся на берегу озера. Увидев, что поблизости Двуногих нет, Ольхолап и Иглолапка пропустили пару ударов сердца, после чего бросились бежать через мост.

На противоположном берегу небольшой ручей впадал в реку, что текла, окруженная берегами, поросшими высокими травами, в сторону леса на горизонте. Ольхолап немного повеселел, когда они направились в лес, но он все равно был погружен в размышления о смысле своего путешествия.

Он не мог не признать, что слова Иглолапки имели смысл. «Но если мои видения не привели меня к Небесному племени, чтобы я мог спасти их, то на что они указывали? – Он подводил неутешительные для себя итоги: – Мы не никого не спасли. Мы не нашли и не приняли тех, кто таится в тени. Нам чудом удалось выжить самим. И мы потеряли Песчаную Бурю. Что ещё я испортил?» Без направляющей лапы Звёздного племени Ольхолап чувствовал себя беспомощным, словно новорождённый котёнок.

Прошло несколько восходов, а Ольхолап и Иглолапка всё также брели по открытой местности, направляясь к заходящему солнцу. Они пересекали Гремящие Тропы, огибали Гнёзда Двуногих и пробирались через поля, где странные животные щипали траву, с любопытством наблюдая за котами. Подошёл к концу еще один тяжелый день путешествия. Ольхолап устал и замёрз; ему надоело спать под кустами или в гнёздышках на голой земле. Он мечтал о своём удобном гнёздышке в каменном овраге.

«По крайней мере, мои охотничьи навыки улучшились, – мрачно подумал он. – Похоже, что все, что мне нужно было - это несколько раз остаться голодным, чтобы сосредоточиться на добыче так, как учил меня Кротоус ».

Время от времени он и Иглолапка находили запахи других путешествующих котов, и они понимали, что идут в правильном направлении. Но каждый раз, когда они находили следы, они становились всё слабее, как будто остальные коты двигались быстрее и ушли далеко вперед.

Дневной свет постепенно угасал, серые тучи плотно заволокли всё небо. Дул холодный пронизывающий вете, пригибая траву и ероша путешественникам мех. Снова и снова Ольхолап чувствовал, как сверху падали капельки дождя, и он догадался, что скоро будет буря.

– Этого нам и не хватало! – застонал он.

Вдруг Иглолапка, ушедшая немного вперед, возбужденно вскрикнула и рванула с места.

– Подожди! Что случилось? – крикнул ей вслед Ольхолап.

– Это ферма! – бросила через плечо Иглолапка. – Та, мимо которой мы проходили по пути! Следом за ней и Ольхолап заметил блестящий забор и поле, где росли высокие желто-коричневые растения. Теперь остались только остроконечные стержни, и не было никаких признаков Чудища с вращающейся челюстью.

Иглолапка добежала до забора и легко перелезла через него, а затем бросилась вперед по направлению к постройке Двуногих.

– Подожди! Вернись! – взвыл Ольхолап, но Иглолапка проигнорировала его.

В то же время разверзлись хляби небесные и начался шквальный ливень. Ольхолапа в миг стал мокрым с головы до лап. Он едва мог видеть сквозь стену дождя маячащую впереди Иглолапку. Когда он добрался до забора, блестящие прутья были уже настолько мокрыми и скользкими, что он собрал все свои силы, чтобы вскарабкаться наверх.

Резкий укол боли пронзил сердце Ольхолапа, когда он вспомнил Песчаную Бурю: «Вот где все пошло не так. Этот ужасный колючий забор, липкая грязь занесли инфекцию в её рану. Должно быть, по пути мы прошли мимо её могилы, даже не осознавая этого. О, Песчаная Буря, прости меня».

Неловкое приземление по ту сторону забора прервало горестные воспоминания Ольхолапа, и ему удалось обнаружить Иглолапку, которая по-прежнему направлялась к центру фермы.

– Стой! Вернись! – позвал он снова, но если она и услышала его, то не обратила внимания.

– Лисий помёт! – зарычал Ольхолап. Он считал, что разумнее всего оставить ферму и найти укрытие под деревьями, пока гроза не закончится, а затем выбрать лучшую дорогу. Но понимая, что теперь у него нет выбора, он последовал за Иглолапкой.

Та пробежала мимо скопления построек Двуногих и направилась в поле с большим желтым сараем. Широкие деревянные двери загородили вход, но там была щель в нижней части, и Иглолапке удалось протиснуться. Раздражённо рыча, Ольхолап прижался к грязной земле и прополз вслед за ней, оставляя в проёме клочки своей шерсти. Вскочив на лапы, кот огляделся по сторонам. Огромный амбар был разделен на части деревянными барьерами, и он напрягся, когда увидел, что в двух из них стояли лошади.

– Иглолапка, берегись! – предостерёг он подругу и лишь потом понял, что длинные усики крепко держали лошадей на месте. «Слава Звёздному племени, они не смогут напасть на нас!»

Иглолапка вбежала в одну из пустых частей сарая, а затем просунула голову и поманила Ольхолапа легким движением ее ушей.

– Давай, мышеголовый!

Ольхолап последовал за ней. Внутри этой части сарая пол был покрыт сухими стеблями, что напомнило ему о желто-коричневых растениях, что встретились им на поле. Теплый аромат животных наполнял воздух; запах лошадей был силен, но Ольхолап смог учуять и мышь.

– Зачем ты привела нас сюда? – спросил он Иглолапку, гнев всё ещё клокотал внутри него. – Ты ничему не научилась? Двуногие опасны!

Иглолапка устроилась среди колючих стеблей и начала вылизывать свою шёрстку.

– Я никогда не хотела жить с Двуногими, – мяукнула она, вылизывая шёрстку. – Но у них есть хорошие тёплые гнёзда и много пищи. Или тебе действительно больше нравится проводить время прямо под проливным дождём?

Прислушавшись к каплям дождя, стучащим по крыше сарая, Ольхолап был вынужден признать, что пусть эта кошка иногда его и раздражает, но в этот раз ученица была права. Издав вздох, он опустился рядом с ней, стараясь устроиться среди стеблей.

– Мы уйдём, когда дождь закончится, – успокоила его Иглолапка. – А сейчас у нас есть безопасное место, и мы можем отдохнуть и хорошенько перекусить.

Закончив вылизываться, она вскочила на лапы и нырнула в кучу стеблей. Спустя пару мгновений она появилась, вся увешанная сухими стеблями и тушкой упитанной мышки в пасти.

– Это тебе, – мяукнула она, бросив добычу перед Ольхолапом. – Тебе стоит извиниться за своё поведение во время дождя.

«Интересно, наступит ли тот момент, когда Иглолапка станет прислушиваться к другим?» – подумал Ольхолап, покачав головой.

– Спасибо, – сказал он и впился зубами в теплую добычу.

Иглолапка поймала еще одну мышь для себя и устроилась, чтобы съесть ее рядом с Ольхолапом. Постепенно Ольхолапу удалось расслабиться. Тепло, полный живот и монотонный шум дождя вскоре усыпили его.

– Рада видеть тебя.

Ольхолап открыл глаза и заметил мерцание звёздного света на водной глади и мягкий плеск волн. Он вскочил на лапы, его сердце бешено заколотилось. Ольхолап понял, что находится рядом с Лунным Озером. Песчаная Буря стояла рядом с ним, её светло-рыжая шёрстка светилась морозным светом, и звезды сверкали на её лапах. Она мурлыкала, и её зеленые глаза светились любовью к Ольхолапу.

– Песчаная Буря! – выдохнул Ольхолап. – Я так рад тебя видеть.

Когда звёздная кошка склонила голову, чтобы прикоснуться носом к его уху, Ольхолап невольно отвернулся.

– Это не твоя вина, – мягко сказала ему Песчаная Буря, как будто она могла слышать его мысли. – Пришло моё время переселиться в Звёздное племя. Ещё когда мы отправились в путешествие, я почувствовала, что я не смогу пережить это путешествие. Ты знаешь, – добавила она, её голос стал мягче: – Я никогда не хотела, провести свои последние дни как старейшина, бесполезно сидя в лагере. Я хотела умереть, делая что-то важное... и твои поиски дали мне возможность пережить моё путешествие с Огнезвёздом вновь.

– Ты и Огнезвёзд вместе сейчас, в Звёздном племени? – спросил Ольхолап.

– Да, мы вместе, – замурлыкала Песчаная Буря. Она села на край Лунного Озера и поманила хвостом Ольхолапа. – Теперь, – продолжала она, – скажи мне, как прошло ваше путешествие. Что вы узнали?

Горькое разочарование вновь охватило Ольхолапа.

– Это было ужасно! – выпалил он. – Я не думаю, что я узнал что-нибудь вообще.

Песчаная Буря молча ждала, устремив зелёный взгляд на него, пока ученик рассказывал всё, что произошло с тех пор, как она умерла: как они нашли Темнохвоста и его котов в ущелье, как обнаружили, что те не являются настоящим Небесным племенем, и что Небесное племя было изгнано, как пытались решить, что делать дальше, а затем бежали из лагеря и как их с Иглолапкой унесло рекой.

– Скажите, пожалуйста, что теперь делать! – закончил он.

Песчаная Буря ничего не ответила, и Ольхолап печально понурил голову.

– Я знаю, что я натворил кучу дел и всех запутал, вот и всё.

– Как? – спросила Песчаная Буря.

Ольхолап подумал, что это как раз и было очевидно.

– Я не успел добраться туда вовремя! Мы должны были сохранить Небесное племя, чтобы "очистить небо". Сейчас никто не сможет это сделать. Я повёл всех в это путешествие, подвергал их большой опасности, и чего мы добились? Ничего! Я потерпел неудачу!

Ольхолапу стало невыносимо больно смотреть на Песчаную Бурю. Он всхлипнул в отчаянии. Через мгновение он почувствовал, как она прикоснулась носом к его шее, и чувство вины стало постепенно проходить, заменяясь теплом. Кот поднял глаза на палевую кошку.

– Ты знаешь разницу между тобой и Огнелапкой? – спросила Песчаная Буря.

Ольхолап не понял смысл вопроса.

– И в чем разница?

– Огнелапка считает, что она решит любую проблему, – ответила ему Песчаная Буря. – А ты считаешь, что ты источник всех проблем. Вы две стороны одного и того же листа. Но не ты причина этих бед, – продолжала она. – Вы не потерпели неудачу. И ещё не поздно выполнить задание. Просто нужно найти другой путь.

– Что ты имеешь в виду? – спросил Ольхолап, и во время того, как кот говорил эти слова, он чувствовал, как поднимается его боевой дух. Солнечные лучи заблестели на поверхности Лунного Озера, и оно начало исчезать, а дух Песчаной Бури растворялся вместе с ним.

– Подожди! – в тревоге воскликнул Ольхолап. – Что за другой путь?

Но он уже проснулся, оттого что Иглолапка толкала его в плечо.

– Дождь закончился, – мяукнула она. – Я подумала, что ты захочешь это узнать, ведь ты так рвёшься домой.

Ольхолап сел, сонно зевая.

– Да, пойдем домой, – пробормотал он. «Но, – добавил про себя, – мы пойдём другим путём».

Глава 22

Ольхолап и Иглолапка подходили к Гремящей Тропе, той самой, которую они пересекали много дней назад, в самом начале путешествия. Чувствуя усталость и боль в натруженных от долгой ходьбы лапах, Ольхолап боролся со смешанными чувствами при мысли о том, что он так близко от дома.

– Жду не дождусь, как вернусь назад в племя Теней! – тараторила семенившая сбоку от него Иглолапка. – Я так соскучилась по своей палатке, и…

– А у тебя не возникнут проблемы? – озабоченно спросил кошечку Ольхолап. – Что скажет твой наставник? Ученики же не должны покидать племя самовольно.

– Не забывай, я сделала это во имя своего племени! – напомнила ему ученица. – Я же знала, что это хитрющее Грозовое племя собирается найти то, что спряталось в тенях. Кроме того! – Она беззаботно взмахнула хвостиком. – В племени Теней никогда ни у кого не возникает проблем. Может, старшие коты поворчат чуток, но что они…

Ее голос затихал по мере того, как они вплотную подходили к Гремящей Тропе. Их обдало зловонным дыханием сияющих Чудищ, снующих туда-сюда. Ольхолап уже давно перестал слушать спутницу, вместо этого он вытянул голову и задумчиво всмотрелся вдаль. Мгновением спустя Иглолапка пихнула его в бок.

— Ты чего?

— Задумался.

— О чем задумался? — раздраженно фыркнула Иглолапка.

— Не хочется мне возвращаться домой, – устало вздохнул Ольхолап. – Это будет означать, что мои поиски закончены. И я до сих пор не разобрался, что это было.

– Речь шла о том, что ты найдешь тех, кто спрятался в тени. Ну и что, что не совсем вышло? Мы не нашли, но узнали много чего нового! И сейчас, будь добр, не стой тут и не ной. Может, пойдём уже?

– Я… чувствую, что должен сделать большее.

Ольхолап вдруг неохотно признался себе, что должен рассказать Иглолапке о том, как к нему в амбаре приходила Песчаная Буря. Он все пытался понять, что же Звёздная воительница имела в виду под «другим путем», но осознавал, что далёк от разгадки всё так же, даже сейчас, когда путешествие почти подошло к концу.

– У меня был сон… – начал котик.

Глаза Иглолапки удивленно расширились, когда она наконец узнала, что сказала Песчаная буря.

– Почему ты не сказал об этом раньше? – после нескольких мгновений молчания спросила она.

Ольхолап неловко пожал плечами.

– Это было мое видение. И я хотел сам разобраться.

Иглолапка нарочито тяжело вздохнула.

– Комок меха… Кажется, после всего того, что мы пережили, ты должен был понять, что тебе без меня никак! Хм… – Тут ее взгляд стал блуждать. – Другой путь…

– Э-э, вряд ли Песчаная Буря говорила буквально… Просто другой способ мышления, такой как… – нерешительно попытался остановить ее Ольхолап. Но Иглолапка не обращала на его слова внимания.

– Смотри! – вдруг завопила она, метнувшись в сторону от Гремящей Тропы.

Ученица рыбкой нырнула в высокие заросли травы рядом и подбежала к… туннелю. Его черная зияющая пасть была крест-накрест закрыта несколькими прутьями, которые обычно устанавливают Двуногие, не желающие, чтобы кто-то проник внутрь. Но для кота просунуться между ними было очень просто. Ольхолап подошел ближе, и на него пахнуло сыростью и затхлостью.

— Что ты делаешь? — окликнул Иглолапку кот, едва за ней поспевая. — Выглядит небезопасно.

Иглолапка закатила глаза.

– У тебя пчелиное гнездо в башке? Смотри, все сходится! Нам не нужно будет пересекать эту Тропу по земле – мы сделаем это под землёй! Это и есть «другой путь». К тому же, он весь в тенях!

– Да это у тебя пчелы в голове! Вряд ли Звездное племя имело в виду, что мы просто должны перейти Гремящую тропу по туннелю. Там темно, плохо пахнет, а еще сыро! Там может быть что угодно! И я вижу там воду!

Но спорить не было никакого смысла: Иглолапка уже извивалась, пытаясь протиснуться через решетку.

– Ты никогда меня не слушаешь! – застонал Ольхолап, но та даже и ухом не повела.

Ольхолап посмотрел на Гремящую Тропу. Потом на туннель. Потом – опять на Гремящую Тропу. На ней было меньше Чудищ, чем когда они пересекали ее в первый раз. Ольхолап мог, не слушая Иглолапку и махнув на неё лапой, пойти своим путем, предоставив ученице поступать так, как ей вздумается… В конце концов, она не из его племени. Она даже не должна была отправляться в это путешествие! Но в то же время ученик понимал, что в этих мысленных уговорах всё равно не было никакого смысла. Вздохнув, он полез вслед за Иглолапкой.

Его дыхание сразу же перехватило от сильной вони, так, что Ольхолапа чуть не стошнило. Он осторожно пошел вперед, чувствуя, как вода хлюпает под его лапами. Но потом котик сообразил, что чуть выше есть небольшое сухое возвышение, по которому можно было идти и не мочить лапы.

Казалось, вокруг была кромешная тьма, но когда глаза Ольхолапа привыкли, он понял, что спереди и сзади, со стороны входа и выхода, в туннель проникают лучи света. Впереди маячил силуэт Иглолапки.

– Я думаю, что Песчаная Буря хотела от нас? – спросила она, и ее голос отразился странным эхом от каменных стен туннеля. – Другой путь… А что самое-самое другое? Может, – тут она развернулась к Ольхолапу в вполоборота, – мы вообще должны изменить направление? Скажем, петлять по территории племен, а потом пройти через земли племени Теней? Или держаться другой стороны озера, где живет Речное племя. Я была в Речном племени только один раз… Они тогда засекли меня, обругали и отправили домой.

– Мышиные твои мозги, – тяжело вздохнул Ольхолап.

Только Иглолапка повернулась, чтобы идти дальше, до ушей Ольхолапа донесся тихий плач, он раздавался из темноты туннеля, откуда-то со стороны противоположной стены. Ученик замер, подергивая ушами. И когда плач раздался снова, кот осторожно пошел туда, откуда исходил звук.

В тусклом свете Ольхолап смог разглядеть гнездо из мха и сухих листьев. И там… что-то копошилось. Поняв это, ученик сначала испуганно отшатнулся, но потом, пересилив страх, наклонился вперед и почувствовал знакомый молочно-нежный запах. Котята! Крохотный черно-белый малыш лежал в гнезде рядом с таким же серым, и они были почти неразличимы в темноте.

Казалось, почувствовав присутствие Ольхолапа, малютки потянулись к нему, в писке широко раскрывая ярко-розовые ротики.

– Что случилось? – Иглолапка подбежала к нему. – Почему ты… – И тут кошка резко затормозила, увидев, что нашел Ольхолап.

– Это… – начал было тот, но Иглолапка его оборвала:

– Это котята! – покачала она головой, будто не веря. – Где же их мама? Смотри, их глазки еще не открылись… Им от силы пара дней.

– И они такие тощие, – добавил Ольхолап. – Как будто вообще никогда не ели.

– Я пойду искать их маму! – решительно сказала Иглолапка. Она понеслась по направлению к выходу из туннеля и выбежала наружу; Ольхолап слышал, как она громко кричит, зовя кошку.

Ольхолап наклонился чуть ближе, чтобы лучше рассмотреть найденышей. Это были обе девочки; казалось, их тельца были лишь кожей да костями.

– Эй, Иглолапка! – закричал он. – Пока оставь поиски! Эти котята должны поесть. Поймай что-то прямо сейчас!

– Хорошо! – откликнулась та.

Прошло совсем немного времени, и Иглолапка вернулась, сжимая в зубах жирную полевку.

– Так быстро! – восхитился Ольхолап. – Теперь мы сможем накормить их.

Но когда они разжевали немного мяса и попытались дать получившуюся кашицу малышам, то столкнулись с непредвиденной проблемой: котята давились и выплевывали еду.

– Мышиный помет! – воскликнула Иглолапка. – Они же такое не едят. Им нужно молоко.

– Ну, если только у тебя вдруг чутка не завалялось, нам не остается ничего другого, как пытаться заставить их проглотить полевку, – проговорил Ольхолап.

Он решительно всунул немного мяса в рот одной из котят и стал массировать ей горлышко, чтобы мясо прошло. Сначала малышка начала снова давиться, но потом проглотила и запищала еще громче, прося следующий кусочек.

– Слава Звездному племени! – воскликнула Иглолапка.

Ученица стала кормить черно-белого котенка, и вскоре обе малышки уже охотно ели сами, стремясь наполнить пустые животики.

– Они бы умерли от голода без нас, – пробормотала Иглолапка, с непривычной нежностью глядя на котят, словно сама была их матерью.

Ольхолап тоже почувствовал необыкновенное тепло, охватившее его с головой. «Хоть я и провалил своё задание, но зато нам удалось спасти этих малышей».

– Теперь нам нужно согреть их, – мяукнул он, когда котята наелись. Особо стараться не пришлось: малышки уже прижимались к ученикам в поисках тепла.

– Ой! – вскрикнул Ольхолап, когда крошечная серая лапка прошлась по его носу. – А когти-то какие острые!

Он начал вылизывать серую крошку против шерсти, чтобы разогнать кровь. Иглолапка принялась делать то же самое с черно-белым котенком. Вскоре обе кошечки замурлыкали и погрузились в сон.

– Это хорошо, что мы нашли их, – сказал Ольхолап Иглолапке. – Я не думаю, что они бы дольше продержались без нас.

Иглолапка пробормотала что-то, что, видимо, было согласием.

– Интересно, что случилось с их мамой? Как ты думаешь, может, ее убило Чудище?

Ольхолап содрогнулся при этой мысли.

– Я не уверен. Но в любом случае мы должны отнести их в племя, чтобы о них позаботились.

– Отличная идея, – кивнула Иглолапка. – А давай их как-нибудь назовем? Вот эта. – Она погладила по голове черно-белую кошечку. – Пусть будет Фиалочкой. Я чувствую запах фиалок, должно быть, их мама выстилала их листьями это гнездышко.

– Хорошее имя, – улыбнулся Ольхолап. – А эту малышку я назову… Веточкой! Она тонкая, как прутик!

– Веточка, точно! – весело фыркнула Иглолапка.

Когда они уже поднялись на лапы, взяв котят, ученица вдруг насмешливо спросила:

– И когда ты собираешься меня поблагодарить за то, что мы оказались тут?

По-прежнему сосредоточенный на котятах Ольхолап даже не понял, о чем она говорит, и удивленно вскинул глаза:

– Ты о чём?

– Ты не понял? – самодовольно заурчала Иглолапка. – Эти малыши – то самое, что прячется в тенях!

Глава 23

Ольхолап стоял на вершине холме под порывами пронизывающего ветра, трепавшими его мех, и смотрел вниз по склону, где лежало сверкающее в лучах утреннего солнца озеро. Во рту он сжимал загривок Веточки; малышка махала лапками и пронзительно пищала. Ольхолап мягко опустил её на густо растущую траву.

– Мы почти дома! – выдохнул он.

После того, как они вышли из туннеля, Ольхолап и Иглолапка шагали до тех пор, пока не наступила ночь. Тогда они и сделали привал, выбрав укрытие недалеко от того места, где они видели Двуногих и ели их еду. Иглолапка поймала пару мышей, и они снова покормили котят. Перед ними, вкруг озера, тянулись леса и болота: даже солнце не успеет взобраться на макушку неба, как коты вернутся в свои лагеря.

Иглолапка взобралась на холм и встала рядом с ним, опустив Фиалочку в траву рядом с её сестричкой.

– Мы это сделали! – пропыхтела она.

– Я думаю, нам пора прощаться, – начал Ольхолап, чувствуя себя немного неловко. – Чтобы вернуться домой, тебе стоит пройти через территорию Речного племени – это будет самый быстрый способ.

– Да, я тоже так думаю, – согласилась кошка.

– Э-э... Иглолапка... – чувствуя себя ещё более неловко, Ольхолап повернулся к ней лицом. – Ты не могла бы никому не рассказывать о том, что произошло в ущелье, по крайней мере, пока я не поговорю с Ежевичной Звездой? Я говорил тебе, что Небесное племя — это, своего рода, секрет.

Он внутренне съежился, ученик понимал, что Иглолапка с её характером вряд ли будет держать всё в секрете: с чего ей хранить молчание ради кота Грозового племени? Ольхолап ожидал, что она зашипит на него в гневе, но Иглолапка просто молча смотрела на него в упор.

– Тогда ладно, – Ольхолап понял, что лучшее, что он может сделать, это побыстрее ретироваться. – Не поможешь тогда подсадить Фиалочку мне на спину?..

Иглолапка в изумлении открыла рот.

– О чем ты говоришь? – зашипела она. – Я не оставлю «котят, что лежат в тени». Я помогла их найти! С чего ты взял, что им место в Грозовом племени?

Ольхолап не верил своим ушам: « У неё точно в голове завелись пчёлы!»

– Мы ни за что не нашли бы их, если бы не мой сон и слова Песчаной Бури!

Иглолапка распушила мех на загривке.

– Если бы ни я! – огрызнулась она, предостерегающе прижав уши к голове. – И не моя идея пройти через туннель, ты бы до сих пор сидел перед этой дурацкой Гремящей Тропой, пытаясь найти другой «образ мышления», о котором тебе говорила Песчаная Буря. Ты что, издеваешься надо мной?

Ольхолап чувствовал, как его собственная шерсть встала дыбом, и гнев стремительно рос в нём.

– Это ты издеваешься надо мной! – прошипел он. В глубине души он понимал, что был не прав, вымещая гнев на Иглолапке, но Ольхолап был в такой ярости, что он не мог себя контролировать.

– Путешествие с самого начала был моим! К тому же, я ни за что не отдам котят в племя Теней, где отродясь не было никаких правил, а ученики из кожи вон лезут, чтобы придумать, как бы обойти Воинский Закон? С таким же успехом я мог бы отдать их банде Темнохвоста!

– Трус! – с полным отвращением рявкнула Иглолапка ему в лицо. – Мы никогда бы не вернулись сюда, если бы не нарушили Воинский Закон, по крайней мере, несколько раз. А твоё племя, Ольхолап, ты ослеплен правилами настолько, что не видишь, что творится у тебя прямо под носом!

Ольхолап не смог ответить; мяуканье котят нарушило молчание. Он и Иглолапка посмотрели вниз на копошащиеся в траве комочки шерсти, и Ольхолап почувствовал, как беспокойство о котятах взяло вверх над его гневом на Иглолапку. По зелёным глазам кошки он увидел, что та чувствовала то же самое.

– Есть только один справедливый способ решить эту проблему, – мяукнула она через несколько мгновений. – Мы делим котят, и каждый берет по одному в своё племя.

Ольхолап посмотрел вниз на котят, которые с жалобным мяуканьем прижимались друг к другу. Его сердце больно ёкнуло в груди.

– Мы не можем сделать это, – ответил он. – Это было бы неправильно. Иглолапка, разве ты не видишь, что у этих малышей есть особая связь друг с другом. Как у меня и Огнелапки… Я не всегда согласен с ней, но я не могу представить свою жизнь без неё.

Иглолапка молчала, глядя вниз на котят. «Интересно, есть ли на свете кто-то, о ком она заботится, как мы с Огнелапкой друг о друге?» – подумал Ольхолап.

Ольхолап продолжал наблюдать за Иглолапкой и котятами, пока не услышал на шаги какого-то кота, шедшего вниз по склону. Инстинктивно он и Иглолапка встали, не сговариваясь, перед котятами, чтобы защитить их. Но когда Ольхолап посмотрел вниз и узнал кота, то взвизгнул от восторга.

– Кротоус!

Его бывший наставник бежал вверх по склону, с тремя другими котами Грозового племени, находившимися чуть поодаль от него: Берёзовиком, Маковкой и Ягодником. Ольхолап бросился вниз, чтобы встретить их рядом с изгородью лошадиного пастбища.

Глаза Кротоуса расширились от удивления и восторга.

– О, хвала Звёздному племени, ты жив! – воскликнул он.

– Так же, как и ты! – Ольхолап испытывал неимоверное облегчение. – Вишнегривка и Огнелапка в порядке?

– Да, в порядке, – заверил его Кротоус. – Вчера мы вернулись в лагерь и сказали остальным, что случилось. Все были вне себя от горя, решив, что ты утонул. Мы искали тебя и Иглолапку на берегу реки, но так и не смогли найти вас.

– Так что сегодня утром, – мяукнул Берёзовик, подойдя к Ольхолапу, – Ежевичная Звезда послал нас в качестве поискового патруля: Кротоус должен был отвести нас к тому месту, где вы пропали без вести.

– Но как же ты выжил? – спросила Маковка, глядя на Ольхолапа, как будто не могла поверить, что он был перед ней.

– Иглолапка помогла мне выбраться из реки, – ответил Ольхолап и махнул хвостом: – Она тоже здесь, только чуть выше.

Он повернул назад и отвёл других кошек обратно к хребту, где оставил Иглолапку.

– Привет, – мяукнула Сумрачная ученица, как только патруль Грозового племени подошёл к ней. – Как вы видите, мы принесли компанию, – лапой она отодвинула траву в сторону, открывая для взглядов двух задремавших котят, смешавшихся в один меховой комочек. Кротоус и другие, бормоча от удивления, окружили котят и изумлённо рассматривали их сверху вниз.

– Они очаровательны! – воскликнула Маковка.

– Кто они? – спросил Ягодник, подозрительно обнюхав их. – Где вы их нашли?

– Я могу всё объяснить, только позже, – ответил Ольхолап. – Но сейчас котята нуждаются в уходе. Они очень плохи, так что мы собирались отвести их в лагерь Грозового племени и выходить их.

Иглолапка зыркнула на него.

– Вообще-то...

– Это хорошая идея, – сказал, Берёзовик властным тоном: судя по всему, поисковый патруль возглавлял он. – Ольхолап, ты и сам целитель, так что ты сможешь помочь присматривать за ними.

– Но я тоже нашла этих котят! – возразила Иглолапка, распушив шерсть на плечах. – Если точнее, мы нашли их вместе. Мы думаем, что, быть может… Быть может, само Звёздное племя хотело, чтобы мы нашли их.

Патрульные Грозового племени обменялись удивленными взглядами.

– Ты веришь в это? – спросил Берёзовик у Ольхолапа.

– Такое возможно, но я пока не совсем уверен, – ответил, замявшись, Ольхолап

– Тогда вот, как мы поступим, – решил Берёзовик. – Мы сейчас возьмем котят в Грозовое племя, где о них позаботятся, а потом...

– О них точно также могут позаботиться в племени Теней! – упрямо повторила Иглолапка.

«А могут ли? – всерьёз задумался Ольхолап. – В Грозовом племени есть два целителя, а если считать и меня, то три, в то время как в племени Теней есть лишь старый и больной Пёрышко».

Берёзовик строго взглянул на Иглолапку: ему явно было непривычно спорить с заносчивыми учениками.

– Позволь мне закончить, – мяукнул он. – Следующей Совет состоится через несколько дней. Мы можем принести туда котят, и там уже решить, что же будет с ними дальше. Иглолапка, ты согласна? В конце концов, мы все согласны, что жизнь и здоровье котят — превыше всего.

Иглолапка понурила голову.

– Хорошо, – пробормотала она.

Ольхолап заметил, что она подавлена решительным тоном Берёзовика: «Ну, такой я её ещё никогда не видел!»

– Ты сумеешь вернуться в лагерь племени Теней? – спросил Берёзовик у Иглолапки. – Тебе вообще безопасно ли оставаться одной?

– Всё будет в порядке, спасибо, – ответила Иглолапка, закатив глаза. Очевидно, она была сыта по горло этим вопросом, и её уважительное поведение не могло продлиться долго. Она обернулась к Ольхолапу. – Полагаю, мы вскоре снова увидимся.

Рыжий кот посмотрел на неё, задумавшись, приняла ли она вообще всерьёз то, что он просил держать существование Небесного племени в тайне.

– Я найду тебя на Совете, – мяукнул он.

Когда Иглолапка отвернулась, Ольхолап почувствовал, как в его сердце впились ежевичные шипы. «В конце концов, мы так много пережили вместе, это должно быть… Чем-то большим…»

Ему показалось, что Иглолапка тоже выглядела грустной, когда бросила ему на прощанье последний взгляд перед тем, как направилась домой, устремившись вниз по склону в сторону территории Речного племени.

Когда Иглолапка ушла, Маковка прижалась плечом к Ольхолапу, её глаза светились восторгом.

– Ольхолап, ты большой молодец!

– Да, Грозовое племя будет гордиться тобой, – сказал ему Кротоус. – И я не могу представить, как обрадуется Вишнегривка, когда увидит котят.

Пока Берёзовик и Ягодник поздравляли его с возвращением, Ольхолап с наслаждением вдохнул свежий воздух, чувствуя, как внутри растёт гордость: «Я чувствую себя героем. О, великое Звёздное племя, как же хорошо оказаться дома!»

Глава 24

Голова Ольхолапа показалась в проёме детской:

– Можно войти? – спросил он тихо.

– Конечно! – отозвалась Лилия. – Только смотри под лапы!

Когда глаза Ольхолапа привыкли к полумраку детской, он понял просьбу королевы. Три её котёнка – Листочек, Жавороночек и Медовичка – возились на подстилке из мха и папоротника, устроив весёлую потасовку. Веточка и Фиалочка, которые уже открыли глазки, наблюдали за ними со стороны.

– Так оруженосцы учатся драться, – сказала Листочек младшим котятам. Стряхнув ошмётки мха с черепаховой шкурки, она села.

– Кто такой оруженосец? – спросила Веточка.

– Это когда тебе шесть лун, и у тебя есть наставник, и ты учишься быть воителем, – ответила Ящерка.

– А потом ты будешь сражаться с лисами, и барсуками и котами-недругами, – добавила Медовичка. С этими словами она напала на брата, грозно рыча: – Убирайся из нашего лагеря, противный барсук!

– Сама ты противная! – отозвался он и пустил в ход задние лапы.

Ольхолап обогнул играющих котят и сел на мшистую подстилку возле Лилии.

– Хлопот полон рот, – улыбнулся он.

– Точно. Но это приятные хлопоты, – промурлыкала Лилия. – Тем более, мне помогает Ромашка. Сейчас она охотится и скоро принесёт нам чего-нибудь свеженького.

– Здорово, – ответил Ольхолап. – Ну, как у вас дела? – спросил он, вытягивая шею, чтобы поздороваться носами с Веточкой и Фиалочкой.

– Очень хорошо, спасибо, – ответила Фиалочка. И это было заметно. Больше не нужно было беспокоиться об их здоровье. За те несколько дней, что они провели в племени, их бока стали заметно округлились, а шерстка даже начала лосниться. Котята смотрели на Ольхолапа своими круглыми ясными глазёнками.

– Нам так хорошо здесь, с мамой! – замурлыкала Веточка, прижимаясь к Лилии.

– Она не твоя мама! – выпалил Листочек, прежде чем Ольхолап и Лилия успели среагировать. – Она наша мама, а ваш дом далеко-далеко отсюда! Даже дальше, чем озеро!

Веточка и Фиалочка растерянно переглянулись, в их взгляде читалась обида.

– Не волнуйтесь, крохи, – сказала Лилия. Она наклонилась и лизнула каждую из них между ушек. – Я люблю вас так же, как настоящая мама.

– Это точно, – подхватил Ольхолап, ласково бодая котят носом. – Помните, что вы совершенно особенные.

Успокоившись, оба котёнка довольно замурлыкали. На мгновение в голове Ольхолапа промелькнула мысль о том, что их спасение стоило всего пережитого.

– Они прелесть, – мяукнула Лилия. – Я буду счастлива принять их в свою семью. Мои котята тоже успели их полюбить!

Ольхолап кивнул, хотя понимал, что по-настоящему судьба котят решится сегодня ночью на Совете.

«Надеюсь, им позволят остаться, – подумал он, осознав, насколько сильно привязался к малышам. – Жаль только, что я ничего не решаю».

На выходе из детской Ольхолап чуть не врезался в Воробья.

– Вот ты где! – воскликнул тот с раздражением в голосе. – Я тебя обыскался.

– Я навещал котят, – ответил ученик.

Воробей фыркнул.

– И как я не догадался! Ладно, идём. Ежевичная Звезда и Листвичка хотели поговорить с тобой.

Времена, когда Ольхолап боялся вызовов к предводителю, остались позади. Однако волнение и предчувствие чего-то важного по-прежнему стискивало грудь.

Он шёл за Воробьём и вспоминал своё возвращение в лагерь несколько дней назад. Всё племя радовалась его приходу, а Огнелапка с тех пор не отходила от него ни на шаг. Этим утром она первый раз охотилась без него, в патруле с Вишнегривкой, Бурым и Медовушкой.

Как только Ольхолап вернулся в племя, Ежевичная Звезда при первой же возможности отвел сына в сторону, чтобы спросить его мнение о событиях в ущелье.

– Мы были сильно подавлены, – признался целитель. – Мы должны были прийти вовремя и спасти Небесное племя от бродяг, но не смогли…

Ежевичная Звезда коснулся кончиком хвоста его плеча.

– Я не понимаю, – признался он, – зачем Звёздному племени отправлять тебе послание, если было уже поздно что-то предпринимать? Разумеется, в этом нет твоей вины, – поспешно добавил предводитель.

Ольхолап понуро пожал плечами.

– Такое чувство, будто я пропустил что-то важное. Что Песчаная Буря погибла напрасно, и вина за это лежит на мне.

– Не кори себя из-за её гибели, – твёрдо сказал Ежевичная Звезда. – Я скорблю по ней, как и всё наше племя, но отправиться в путь было её решением. Помнишь, как я пытался ей помешать? Для себя Песчаная Буря давно всё решила, и никто на целом свете не смог бы её переубедить.

– Наверное, – отозвался Ольхолап, не в силах, однако, подавить чувство вины.

– Кстати, – сказал Ежевичная Звезда, переводя тему, – Я велел Кротоусу, Вишнегривке и Огнелапке держать существование Небесного племени в секрете, по крайней мере, пока.

– Нет ведь ничего страшного в том, что я им сказал? – виновато начал Ольхолап, вспомнив, что случайно посвятил в эту тайну Иглолапку.

– Всё в порядке, у тебя не было выбора.

– Так что мы будем делать с Небесным племенем, вернее, с тем, что от него осталось? – спросил Ольхолап. Одобрение отца сняло груз с его плеч. – И что насчёт тех бродяг в ущелье?

– Я долго думал над этим, – ответил Ежевичная Звезда, не сводя с Ольхолапа взгляда своих янтарных глаз, – и решил, что на данный момент Грозовое племя ничем не может помочь Небесному.

– Но… – начал было Ольхолап, однако Ежевичная Звезда опередил его.

– Небесное племя разбито. Никто не знает, где они теперь. Только если Грозовому племени станет известно больше…

Ольхолап ощущал на себе тяжесть предводительского взгляда. «Он имеет в виду ещё одно видение. - Волнение поднималось в груди целителя, словно надвигающаяся грозовая туча. - Будет ли следующее? Что если нет?»

– Я сказал племени, что ты достиг места, указанного в твоём видении, – бодро продолжал Ежевичная Звезда, – но ничего не обнаружил. Это поможет сохранить Небесное племя в тайне до тех пор, пока Звёздные предки не пошлют нам более ясного видения. По крайней мере… – начал он и вдруг осёкся. – А что насчёт Иглолапки?

– Я попросил её хранить секрет, – ответил Ольхолап. – Но не уверен, что она послушает меня.

Предводитель задумчиво кивнул.

– Ну, это всё, что мы можем сделать на данный момент, – наконец ответил он. – Котят обсудим позже, с Листвичкой и Воробьём.

Прокручивая в голове ту беседу, Ольхолап полагал, что на этот раз речь пойдёт о Веточке и Фиалочке.

«Надеюсь, они останутся», – подумал кот.

Воробей взобрался по камням так же аккуратно и уверенно, как любой зрячий. Ольхолап поднялся следом. Листвичка и Белка уже дожидались их в пещере Ежевичной Звезды.

– Рад тебя видеть, – сказал предводитель, тепло погладив сына по спине, словно до конца не мог поверить в то, что тот вернулся живым. – Уже оправился от путешествия?

– Да, я в порядке, – ответил Ольхолап.

– Значит, пришло время поговорить о нашем будущем, – объявил Ежевичная Звезда. – И, в первую очередь, о Веточке и Фиалочке. – Взмахом хвоста он пригласил остальных котов сесть. – Ольхолап, расскажи нам, что ты знаешь.

Ученик, не присаживаясь, рассказал, как Песчаная Буря явилась ему во сне и дала подсказку, с помощью которой он и Иглолапка нашли котят в туннеле.

– Иглолапка в самом деле помогла тебе? – удивлённо спросила Белка.

– Да, пойти через туннель было её идеей. Иглолапка помогла мне донести котят до озера, а также кормить малышей и ухаживать за ними. Она очень хорошо с ними обращалась.

– Вопрос в том, что с ними делать сейчас, – продолжил Ежевичная Звезда. – Листвичка, Воробей, думаете, они могут быть «тем, что найдёшь в тенях» из пророчества?

Воробей поежился, как будто мысль доставляла ему дискомфорт.

– Я не знаю. Мне кажется, всё гораздо проще. Скорее всего, они просто пара сирот. Их мать, должно быть, погибла на Гремящей Тропе или от зубов лисы.

– Но Песчаная Буря говорит Ольхолапу, что его задание ещё не закончено, – заметила Листвичка, глаза её на мгновение затуманились при упоминании покойной матери, – а затем указывает местонахождение котят. Велика вероятность того, что они часть пророчества, и если мы примем их, то «небо прояснится».

– Что думаешь, Ольхолап? – спросила Белка.

Целитель впал в замешательство, нервно моргая и не зная, что ответить.

– Может быть, – сказал он. – Но пока котята не выросли, мы ничего не можем сказать наверняка.

– Верно подмечено, – одобрительно промяукал Ежевичная Звезда. – Это означает, что мы не должны бросать этих котят на произвол судьбы.

Воробей усмехнулся:

– Могу представить, как такое решение понравится племени Теней. Как бы я к ним ни относился, их можно понять. По словам Ольхолапа, Иглолапка принимала в нахождении котят равное участие, и теперь племя Теней имеет полное право претендовать на них.

– Может, и так, – вздохнул предводитель, – но посмотрим, что они скажут на Совете.

– Да знаем мы, что они скажут! – Воробей пошевелил усами. – Даже несмотря на то, что ещё две маленькие проблемы – последнее, что нужно Рябинозвёзду.

Этот комментарий явно позабавил Ежевичную Звезду, но не Ольхолапа. Разговор о племени Теней вернул его к воспоминаниям об Иглолапке.

***

Холодный ветер всколыхнул рябь на озере, разбив отражение безмятежно висевшей в небе полной луны. В воздухе под сильными порывами ветра под скрип ветвей вилась пожелтевшая листва.

Ольхолап вместе со своими соплеменниками шли вдоль озера. Кот распушился, пытаясь согреться на холоде. На его спине, крепко уцепившись маленькими коготками за шерсть, ехала на Совет Фиалочка. Веточку несла шагавшая рядом Огнелапка.

– Не думаю, что племя Ветра и Речное знают о нашем желании найти Небесное племя или о «том, что найдёшь в тени», – сказала кошка. – Разве они не удивятся? Тому, что мы нашли «скрытое в тенях», по крайней мере. Они будут кусать собственные уши, когда узнают, что это сделал Грозовой кот.

– Но Ежевичная Звезда не до конца уверен, что пророчество касается этих котят, – мягко заметил Ольхолап.

– Думаешь, он ничего не скажет? – ответила Огнелапка. Она возбуждённо подпрыгнула, едва не уронив свою маленькую ношу, которая пискнула от неожиданности. – Ой, извини, Веточка. Так вот, – продолжила Огнелапка, – эти котята совершенно точно связаны с пророчеством, нужно быть глупейшим комком шерсти в лесу, чтобы этого не понимать!

Ольхолап довольно сощурился и продолжил слушать её болтовню. Они перешли ручей вброд и оказались на территории племени Ветра, ведомые Ежевичной Звездой и старшими воителями. Как же здорово вновь быть рядом с Огнелапкой, заражаясь её уверенностью и оптимизмом после всех пережитых невзгод!

Когда они подходили к границе племени Ветра, Ольхолап увидел, как Однозвёзд и его соплеменники спускаются с холмов и огибают озеро, проходя лежащие впереди пастбища.

– Кто эти коты? – взволнованно спросила Фиалочка.

– А, это племя Ветра, – ответил Ольхолап.

– Неужели никто не рассказывал тебе о племенах? – удивилась Огнелапка. – Как же так? Честное слово… Итак, – начала она, обрадованная возможностью блеснуть перед котятами своими знаниями, – в окрестностях Озера живут четыре племени. Мы – Грозовое племя, самое лучшее из четырёх! Эти тощие крольчатники впереди нас – племя Ветра. Ещё есть Речное племя и племя Теней. Сегодня вы увидите котов из всех племён.

– Да, все четыре племени встречаются в полнолуние. Это называется Совет, – добавил Ольхолап. – Мы собираемся на том острове, видите? – сказал он, указывая хвостом на тёмный силуэт, высящийся посреди озера.

– Мне страшно! – мяукнула Веточка. – Я не хочу туда, где так много котов!

– Тебе нечего бояться, – бодро отозвалась Огнелапка. – Мы никогда не дерёмся в полнолуние. Вам вообще повезло, потому что котята обычно не допускаются на Совет. Вы – совершенно особый случай.

– Подумайте, что вы сможете рассказать Листочку, Жавороночку и Медовичке, когда вернётесь! – сказал Ольхолап. «Если вернётесь», – хмуро добавил он про себя.

Котята сильнее вцепились в Ольхолапа и Огнелапку, когда те переходили озеро по упавшему стволу. Вынырнув из кустов, Ольхолап понял, что Грозовые коты пришли последними: поляна с Великим Дубом кишела котами, а в воздухе висела душная смесь племенных запахов.

Он и Огнелапка устроились под кустом на краю поляны, посадив котят рядом. Те с открытыми ртами озирались по сторонам огромными глазёнками.

– Я не думала, что в мире так много котов! – промяукала Фиалочка.

Ольхолап почти сразу заметил Иглолапку по другую сторону от Великого Дуба. При виде Ольхолапа и котят она округлила глаза. Ученик ожидал, что кошка встанет и подойдёт к ним, но она не сдвинулась с места. Затем к ней подошёл белый кот из её племени, они обменялись парой слов, повернулись и ушли куда-то вдвоём. Когда Ольхолап потерял её из виду, в его животе возникло странное ощущение пустоты. Разумеется, он был счастлив, что вернулся в родное племя, где все так обрадовались ему, но всё же не мог смириться с тем, что Иглолапка ушла домой, толком с ним не попрощавшись. Его также волновало, рассказала ли она соплеменникам о Небесном племени? С одной стороны, Ольхолапа терзало желание пойти и отыскать её в толпе, но с другой, он прекрасно понимал, что сегодня его место – рядом с котятами. И когда решится их судьба, они с Иглолапкой станут врагами.

Погружённый в размышления, Ольхолап не заметил, как четыре предводителя запрыгнули на ветви Великого Дуба, а глашатаи собрались у корней. Целители расположились рядом. Постепенно гомон на поляне начал стихать.

– Ну что ж, я начну? – сказала Невидимая Звезда, поприветствовав племена. – Территории Речного племени изобилуют дичью и...

Она остановилась на полуслове и недовольно посмотрела на Рябинозвёзда, который встал и прошёлся до конца своей ветви.

– Создаётся впечатление, что это самый обычный Совет, – заявил он. – Я знаю, что Ежевичной Звезде есть о чём рассказать, разве нет? – добавил он, повернувшись к предводителю Грозовых котов и сверля его взглядом.

Ежевичная Звезда на минуту оцепенел. Ольхолап запаниковал, угадав ход его мыслей. «Иглолапка рассказала о Небесном племени?»

– Какие-нибудь новости, связанные с пророчеством? Может, что-то касающееся нашей молодёжи? – продолжал Рябинозвёзд голосом, полным сарказма. – Ты наверняка хочешь поделиться с нами.

Ольхолап облегчённо вздохнул. «Она не выдала секрет».

Откашлявшись, Ежевичная Звезда встал:

– Да, новости есть, – сказал он, повышая голос, чтобы каждый кот мог его услышать. – Но я сомневаюсь, что это имеет отношение к пророчеству. Ученик нашего целителя уходил на поиски "того, что сокрыто в тенях". К несчастью, во время путешествия скончалась наша мудрая старейшина, Песчаная Буря. Всё племя скорбит по ней. Однако на пути домой Ольхолап нашёл двух котят, – он указал на малышей хвостом, – неподалеку от наших границ.

Ольхолап вдруг почувствовал, что взгляды всех котов на поляне сосредоточились на нём, котятах и Огнелапке. Целитель ощутил острое желание скрыться в тени ближайшего куста, но вместо этого он взял себя в лапы и окинул толпу спокойным взглядом.

– Всё было не совсем так, Ежевичная Звезда, – продолжил Рябинозвёзд. – Не хочешь ли ты упомянуть, что в этом есть заслуга Иглолапки? Разве не она спасла твоему целителю жизнь, когда тот чуть не утонул?

Ежевичная Звезда кивнул.

– Да, это правда. Но разве нормально, что Сумрачные оруженосцы разгуливают где попало? Позволь спросить, как она вообще там оказалась?

– Это не твоя забота! – отрезал Рябинозвёзд. Но от Ольхолапа не скрылось, что этот вопрос его смутил. – Спасибо, но племя Теней способно присмотреть за своими оруженосцами. Важно то, что Грозовое племя нашло котят не в одиночку. И, как я понимаю, – добавил кот, дёрнув усами, – котята были отданы в ваше племя для оказания первой помощи, и их племенная принадлежность должна решиться на этом Совете.

Прежде чем Ежевичная Звезда успел ответить, Невидимая Звезда вышла вперёд.

– Мы с Однозвёздом будем рады, если вы поделитесь с нами этой информацией, – вежливо вставила она. – Мы первый раз слышим об этом задании.

– Ещё как рады! – напружинив тело, прорычал Однозвёзд с нижней ветви, где в тени листвы виднелись лишь два его жёлтых глаза. – Или Грозовое племя снова полагает, что может управлять всем лесом?

– Вовсе нет, – ответил Ежевичная Звезда. Ольхолап видел, что тот с трудом сохраняет спокойствие.

Предводитель начал рассказ о задании, опуская все детали, касающиеся Небесного племени.

– И, благодаря духу Песчаной Бури, Ольхолап обнаружил этих котят, – сказал он, закончив повествование. – Что даёт мне основания судить об их большом будущем, даже если они окажутся не "тем, что сокрыто в тени".

Тишина на поляне резко сменилась оживлёнными спорами и обсуждениями. Ольхолап опасался, что шум и пристальные взгляды напугают котят, но, кажется, это их не беспокоило. Они свернулись в один клубок и внимательно слушали, явно не осознавая, что решается их судьба.

На вершине дуба тоже завязался спор.

– Вы никогда не убедите меня, что эти котята – те, кого мы должны были принять, – рычал Однозвёзд, – В самом деле... Они же котята! Что они вообще могут знать?

– Они и не должны ничего знать, – возразил Рябинозвёзд, яростно хлестнув хвостом. – Звёздное племя привело нас к ним, для меня этого достаточно!

Невидимая Звезда согласно кивнула.

– Мы не можем сказать наверняка, – ответил Ежевичная Звезда, ловя взгляды остальных трёх предводителей, – пока котята не выросли и не показали себя. Очевидно то, что племена обязаны позаботиться о них.

– Это всё хорошо и здорово, – ответил Рябинозвёзд, обнажая клыки, – но вовсе не значит, что они остаются в Грозовом племени. Может быть, их место в племени Теней, с Иглолапкой, которая помогла найти котят и позаботиться о них?

– Но они прижились у нас, – возразил Ежевичная Звезда. – И тяжело переживут расставание.

– Не прикрывайся чувствами котят! – прошипел Однозвёзд. – Всё чего тебе хочется – это оставить их в своём племени.

– Похоже на то, Ежевичная Звезда, – почти виновато подала голос Невидимая Звезда. – Пророчество было послано всем племенам, не только Грозовому. Вы не имеете права присвоить их себе.

– Это же нечестно! – воскликнула Огнелапка, но Ольхолап взмахом хвоста призвал её молчать. В этом споре он боялся пропустить любое слово.

– Я признаю это, – к ужасу Ольхолапа промяукал Ежевичная Звезда. – И я признаю ваши права на котят, по крайней мере, на одного из них.

– Было бы справедливо, – вставила Невидимая Звезда, – оставить одного котёнка в Грозовом племени, а другого отдать племени Теней.

Ольхолап потрясённо взглянул на Веточку и Фиалочку. Разлучать их будет неслыханной жестокостью!

– Что случилось? – спросила Веточка, хлопая внимательными глазёнками.

– Да, почему все так злятся? – добавила Фиалочка.

– Всё хорошо, малютки, – Ольхолап с нежностью лизнул котят между ушек. – Предводители вечно спорят.

Котята успокоились, поверив Ольхолапу, но целитель чувствовал себя виноватым, что ему приходится лгать малышам.

– Ты же не думаешь, что Ежевичная Звезда позволит их разлучить? – шепнула ему на ухо Огнелапка.

– Не знаю, – прошептал он в ответ, внутри себя осознавая, что это самый вероятный исход. Все остальные предводители ополчились против него, и у Ежевичной Звезды просто не остаётся выбора.

Когда Ольхолап вновь сосредоточился на их разговоре, Ежевичная Звезда взял слово.

– Я не рад такому решению, – сказал он, – но, кажется, я вынужден отдать одного из котят в племя Теней.

– Этого недостаточно! – возразил Однозвёзд. Ольхолап похолодел в отчаянии. – Что насчёт Речного племени и племени Ветра? Разве не должны мы воспитать этих котят сообща?

Его решение было встречено молчанием со стороны остальных предводителей.

– Он совсем мышеголовый? – прошептала Огнелапка. – Как он собирается это устроить?

Однозвёзд только издал раздражённое шипение и ещё глубже скрылся в тени листвы, злобно сверкая оттуда глазами.

Воители на поляне всё ещё перешёптывались. Некоторые из них начали собираться вокруг котят, чтобы как следует их разглядеть. Веточка и Фиалочка прижались друг к дружке, и теперь казались ещё меньше по сравнению со взрослыми котами, которые нависли над ними.

– Не подходите, шкуры блохастые! – прошипела Огнелапка. – Вы их пугаете!

На вершине Великого Дуба Невидимая Звезда нервно хлестала хвостом:

– Остались ли ещё события, достойные обсуждения? – спросила она, пытаясь перекричать толпу.

– Не смеши меня, – буркнул Однозвёзд. – Кому захочется обсуждать всякую рутину после таких новостей!

– Тогда я объявляю Совет оконченным. – Она спрыгнула с ветви и растворилась в толпе Речных воинов.

Сердце Ольхолапа бешено колотилось в предчувствии самого страшного. Ежевичная Звезда и Рябинозвёзд вместе спрыгнули вниз и начали расталкивать толпу на пути к котятам. Когда предводители подошли к кусту, под которым сидели Ольхолап и Огнелапка, целитель не выдержал:

– Я не могу поверить, что ты согласился на это! – выпалил он в лицо отцу.

Взгляд Ежевичной Звезды был тяжёл. Отвечая, он печально склонил голову:

– Другого выхода нет. Рябинозвёзд, выбирай котёнка.

Сумрачный кот замешкался, и Ольхолапу показалось, что кот также недоволен принятым решением. Хоть он и готов был до последнего отстаивать права своего племени, но бессердечным не был, и прекрасно осознавал, что делает.

– Я забираю чёрно-белого, – наконец вымолвил он.

– Это Фиалочка, – сказал ему Ольхолап, не в силах скрыть дрожь в голосе. – Пожалуйста, позаботьтесь о ней.

Рябинозвёзд кивнул:

– Ей будет хорошо в племени Теней, – пообещал предводитель, а затем осторожно поднял котёнка за загривок.

Тут сестрёнки наконец поняли, что происходит. Фиалочка заплакала пронзительным голоском, беспомощно болтая в воздухе крошечными лапками.

– Нет! Нет! Не забирайте её! – завизжала Веточка и бросилась на лапу Рябинозвёзда, впившись своими крохотными коготками в его густую шерсть.

– Ольхолап! Помоги мне! – взмолилась Фиалочка. – Я хочу домой! Я хочу к Лилии!

Ольхолапу казалось, что его сердце разорвётся на кусочки. Обернув хвостом Веточку, он оттащил её от Рябинозвёзда.

– Бесполезно, крохи, – сказал он, – просто так надо.

– Забирай её быстрее! – рявкнул на Рябинозвёзда Ежевичная Звезда. Предводитель племени Теней тут же развернулся и пошёл в ту сторону, где его ждало племя. Болтаясь в его зубах, Фиалочка извернулась так, что всё же могла видеть свою сестру.

– Веточка! Веточка! – продолжала звать она жалобно, пока крик её не стих вдали.

Ольхолап представил, как болезненно переживал бы расставание с Огнелапкой. Но боль, разрывавшая его сейчас когтями изнутри, была ещё сильнее. Казалось, племена падают в глубокую, чёрную пропасть, и эта ужасная разлука – только начало страшных бед, которые им предстоит пережить.

"Я должен быть рад, – говорил он себе, – что нашёл этих котят. Если мы примем их, они могут спасти племена". Однако вместо этого его не оставляло мрачное предчувствие, нависавшее над ним, как в любой момент готовая разразиться громом туча.

Болезненный толчок от Огнелапки выдернул его из размышлений.

– Хватит уже витать в облаках! Ты нужен Веточке.

Маленький серый котёнок сжался в комок и горестно завыл. Ольхолап склонился над ним и лизнул Веточку в лоб, затем в уши.

– Не грусти, малышка, – прошептал он, – мы о тебе позаботимся. Ты увидишь Фиалочку снова, когда подрастёшь и начнёшь ходить на Советы.

– Но всё будет не так, – заскулила Веточка. – Я хочу сейчас! Как она будет без Лилии?

– Её будет растить Сумрачная кошка, – пообещала Огнелапка. – Хорошая Сумрачная кошка.

Ольхолап нежно погладил Веточку хвостом, а Огнелапка прижалась к ней щекой. Но котёнок был безутешен.

– Другие уходят, – заметила Огнелапка. – Нам тоже пора.

Подняв глаза, Ольхолап увидел, что Ежевичная Звезда собирал соплеменников у корней Великого Дуба, а племя Теней уже скользило мимо, направляясь к стволу-мосту. Среди них он заметил Иглолапку с Фиалочкой на спине. На секунду они встретились взглядами. В голове целителя роилась тысяча вопросов.

«Рассказала ли ты о Небесном племени? Собираешься ли? Будешь ли заботиться о Фиалочке? Ты скучаешь по мне?»

Но в её взгляде не было и тени тепла, кошка почти сразу же отвернулась и продолжила свой путь. Когда Иглолапка прижалась к земле, чтобы проползти под кустом, Фиалочка выглядела напуганной. В следующее мгновение они скрылись из виду.

Ольхолап задумался о том, какая судьба уготована этой черно-белой кошечке? Он вспомнил, какое одиночество он почувствовал в Иглолапке, и теперь задавался вопросом: не разделит ли это чувство разлученная с сестрой Фиалочка? В то же время он осознал, что никак не сможет повлиять на её судьбу.

«Я могу оберегать Веточку, – подумал он, глядя сверху на серого котёнка. – Я всегда буду рядом, и сделаю всё возможное, чтобы она была счастлива».

Дотронувшись до неё носом, он ощутил, как по его телу разливается ощущение тепла.

«Напрасно моё путешествие или нет, я в любом случае обеспечу этой малышке хорошую жизнь».










Перевод: Тоша (пролог, 5, 9, 11, 15 главы), Шипокрылая (1-4, 6-7, 10, 14, 17, 19 главы), Хрусталинка (8, 12, 16, 18, 22 глава), Камыш (13, 24 главы), Легкокрылая (21, 23 главы)


На главную
К разделу "Переводы"
© Коты-Воители Знамение Звёзд, 2008-2016